К. Он хотел вас поймать?
Ч. Да, но это ему не удалось. Офицер западногерманской разведки в своем заключении, видимо, написал, что я представляю интерес как по своему образованию, так и по связям в Польше и мог бы сообщить нечто важное для американской разведки, с которой сотрудничает западногерманская разведка. Мое дело передали в Нюрнберг. Выглядело это так: ежедневно за мной приезжал автомобиль из Нюрнберга, меня привозили к довольно угрюмому зданию, и начинались допросы.
Вел допрос офицер американской разведки, но были там также английский офицер и представители западногерманской разведки. Спрашивали меня по очереди, в зависимости от специальности. Один интересовался политическими вопросами, второй — общественными, третий — экономическими и т. д. После завершения всех требуемых формальностей меня сфотографировали, взяли отпечатки пальцев и, наконец, оставили в покое. Теперь мое дело передали в так называемый «суд», который решал вопрос о предоставлении права политического убежища. Вскоре это право мне было предоставлено, и меня отправили в пересыльный лагерь в Мюнстер, на север Западной Германии. Там я пробыл три месяца, а потом, получив документы, поступил на службу в охранную роту Британской рейнской армии. Однако еще в ходе допросов я установил контакт с представителем «Свободной Европы».
К. Разве представители радиостанции участвуют в допросах?
Ч. Конечно. Представитель радиостанции вы-дает себя за корреспондента, на самом же деле это агент американской разведки, получающий информацию о беженцах от руководства лагеря в Цирндорфе. Пока я находился в лагере, кто-то из американских офицеров посоветовал представителям «Свободной Европы» обратить на меня внимание, считая, что я могу дать полезную информацию. Первый контакт со мной установил некто Которович. Между прочим, он умер еще до того, как меня приняли в «Свободную Европу». Которовичу в большой мере я обязан тем, что установил непосредственный контакт с Новаком.
К. Расскажите, как все это произошло. Вас Которович представил Новаку?
Ч. Да. Он дал обо мне очень хороший отзыв. Я написал несколько заметок, он остался ими доволен и стал доверять мне.
К. Как вас принял Новак?
Ч. Когда я еще жил в лагере, меня вызывали на радиостанцию «Свободная Европа». Там меня подвергли целому ряду испытаний. Потом я написал несколько материалов для радиопередач, разумеется под псевдонимом. Меня представили Новаку. Он сказал мне: «В общем-то вы подходите нам, но в данный момент у нас нет свободных мест, поскольку месяц назад мы приняли нового человека. Но вы не теряйте надежды, потерпите. Поступите пока куда-нибудь на работу и подождите. Мы будем иметь вас в виду».
К. Наверное, это был предлог, чтобы лучше проверить вас?
Ч. Да, конечно. Им нужно было выиграть время. Они сразу никого и никогда не принимают и обычно весьма тщательно выясняют целый ряд вопросов. Этим занимается американская разведка вместе с западногерманской. Я ждал полтора года. Выйдя из лагеря, я поработал на нескольких фабриках, был мойщиком посуды в американском госпитале. В конце концов мне все это надоело и я поступил в охранную роту Британской рейнской армии.
Командование этой группы войск находится в городе Хампе. Там я получил обмундирование, и в течение нескольких дней меня обучали, как отдавать честь, как маршировать и пользоваться оружием. Затем меня направили в маленькое местечко. Это была английская база, где находились автомашины, боеприпасы, различные материалы и т. п. Разумеется, я работал за гроши, и условия были ужасные, но я должен был терпеливо ждать. Поддерживая связь с Новаком и другими сотрудниками «Свободной Европы», я готовил им различные материалы для радиопередач. Наконец, в начале 1965 года мне сообщили, что меня могут принять. Разумеется, я написал о своем согласии и в апреле 1965 года приступил к работе. Мне очень повезло. Я попал в департамент анализа и исследований вместо одного из уволенных сотрудников, который не подходил господину Заморскому.
К. Расскажите в нескольких словах о задачах и структуре этого департамента.
Ч. Главная задача этого департамента — сбор различной информации о социалистических странах, начиная от военной информации и кончая информацией о людях, занимающих ответственные посты в этих странах.
Шефом департамента является кадровый офицер американской разведки Джеймс Браун. В кулуарах его называют Джими. Он прибыл из США год назад.
К. А кто руководит польским отделом?
Ч. Брауну подчиняются все национальные отделы анализа и исследований, в том числе и польский, во главе которого стоит Казимеж Заморский. Он тоже агент американской разведки. Правда, звания его я не знаю.
К. Кажется, он в прошлом был связан с деятельностью «двойки»?
Ч. Да, будучи еще студентом, он начал с довоенной «двойки». Затем был в «двойке» 2-го корпуса на Ближнем Востоке. Между прочим, там у него произошла ссора с Трощанко, нынешним редактором «Свободной Европы». Трощанко написал какие-то ехидные стишки в адрес одного из командиров. Началось следствие, в котором, разумеется, как сотрудник «двойки» принимал участие Заморский. В результате, когда выяснили, кто был автором этих стишков, между Заморским и Трощанко вспыхнула ссора, закончившаяся будто бы дракой. Во всяком случае, с того времени они не терпят друг друга.
К. Да, это, конечно, не создавало предпосылок для хороших взаимоотношений между ними. Итак, вы попали в главное подразделение радиостанции «Свободная Европа», в котором сосредоточены именно разведывательные функции радиостанции.
Ч. Да. Как я уже говорил раньше, главной задачей департамента является сбор разного рода материалов и ведение картотеки на всех людей, занимающих ответственные посты в социалистических странах. На журналистов, научных работников, писателей также заведены там досье. На вас, между прочим, в «Свободной Европе» также имеется довольно толстое досье. Я даже сам несколько раз заносил в него различную информацию.
Картотека польского отдела департамента насчитывает в настоящее время приблизительно 60 тысяч досье на различных лиц, работающих в учреждениях Польши.
К. Почему же, на ваш взгляд, имея довольно солидную разведывательную службу, «Свободная Европа» в своих передачах иногда несет такую чепуху, которая не выдерживает никакой критики?
Ч. Причина здесь одна: большинство сотрудников радиостанции — это люди, плохо знающие подлинное положение дел в Польше.
К. Видимо, правильно оценить факты им мешают определенные антикоммунистические догмы?
Ч. Да, они придерживаются определенных схем, давно устаревших. Кроме того, большинству сотрудников просто не хватает образования.
К. Думаю, Анджей, мы не будем принимать к сердцу кадровые заботы «Свободной Европы».
Ч. Конечно.
К. У нее и так слишком много забот в данный момент, особенно после того, как на пресс-конференции вы привели ряд фактов.
Примечания
1
Герой польского приключенческого телевизионного фильма «Ставка больше, чем жизнь». — Прим. авт.
2
Журнал, издаваемый в Париже реакционными кругами польской эмиграции. — Прим. авт.
