даже в тюрьму бы не посадили — максимум, выгнали со штрафом за какое-нибудь нарушение внутреннего распорядка, заодно запретив поступать на государственную службу. Тоже неприятно, — с таким запретом и нормальные частные компании на работу не берут, никому не надо связываться с нарушителем — но всегда можно было бы уехать в глушь и заняться сельским хозяйством. Да хоть в далекий северный Локарат, откуда родом Кешам, промышлять там сбором диких грибов и ягод, горя не знать. Но задним умом все крепки…
Короче, единственное достижение, которое Даари без всяких оговорок относила на свой счет, — это побег из плена ООЧР. Там она действительно совершила подвиг: не только сама спаслась (и спасла своих нерожденных дочерей), но и подопытных детей освободила. Одной удачей такой дерзкий побег не объяснишь. Требовались и настойчивость, и смелость, и воображение, и ум, и трезвый расчет. Ну, повезло немного, что по стечению обстоятельств Даари в Академии разучивала как раз методы создания иллюзий; так ведь полученными знаниями еще нужно было уместно распорядиться.
Правда, спящую в кристалле теплого льда Есуа разбудила по ходу пьесы, но Дракон аргументированно доказал ей, что та и так бы проснулась — может, месяцем или годом позже. Иначе Даари просто не удалось бы потревожить ее сон.
В общем, следовало признать, что кое-каким опытом и твердостью Даари обзавелась. Но хватит ли этого, чтобы преуспеть на поприще не много не мало, Императрицы — первой за четыреста лет? Даари не знала до сих пор. Пока ее, вроде, не отравили, не посадили под домашний арести и прилюдно не опозорили, но… Три года тут не срок, тем более, что Дракон ввел мораторий на внутрисемейные интриги. Что же касается ее более компактного проекта, то тут все решалось как раз сегодня. Даари понятия не имела, как упадут кости.
В нормальных условиях люди дорастают до руководителей крупного предприятия или направления годам к пятидесяти, а то и позже — если брать реально квалифицированных руководителей, а не о тех, кто просто протирает кресло и рисует красивые графики. Если у вас есть солидные природные таланты, вы готовы дневать и ночевать на работе, наплевав на личную жизнь, параллельно напряженно обучаясь, то этот путь можно ужать во времени и вызреть годам к тридцати пяти или сорока. Раньше? Утопия. Может быть, в годы серьезных потрясений или катастроф, когда с одной стороны год идет за три, а с другой и выбирать-то особо не из кого.
Даари же оказалась назначена на свой новый пост в двадцать два, не имея за плечами даже полных полгода опыта! Курам на смех. Так можно развалить отрасль, а не поднять ее с колен.
К счастью, Даари быстро поняла, что особого руководства от нее не требовалось. Генеральным руководителем всего и вся становился Сантир Алат — как раз тот самый самородок, забивший на все и титаническим усилием вытянувший себя в титаны и мастодонты к тридцати с небольшим годам. Под ним работал его прежний особый штаб, теперь разбухший до Круга в тридцать человек, который включал как крепких профильных специалистов, так и знающих магов-теоретиков, а также опытных хозяйственников. Даари по должности являлась председателем этого Круга, но фактически выполняла роль «лица проекта». Плюс занималась, насколько могла, организационными и административными задачами — в тех областях, где специальных знаний не требуется, а достаточно, по сути, честности и здравого смысла (к ее удивлению, таких мест набралось немало). Например, на Саар-Доломском космодроме она могла нормально лично контролировать только отдел хозяйственного обеспечения: это чтобы дорожки были выметены, а кусты на территории подстрижены. Тоже немаловажно, кто спорит, но несколько не то, на что нужна целая Императрица!
Впрочем, она старалась. Читала, консультировалась, изучала отчеты по направлениям, принимала личные обращения и пыталась в них разобраться… Очень утомительно, очень тяжело и выхлоп получался минимальный, особено поначалу. Через три года Даари начала в этом мало-мальски ориентироваться, но ценой колоссального напряжения — как физического, так и психического. Ни один раз ей приходилось рыдать ночами в подушку, а с утра надевать на лицо маску благостной и невозмутимой Императрицы и идти в свой кабинет заниматься делами или ехать на очередную инспекцию.
Кое-каких результатов добиться удалось. Старты прототипов тяжелой ракеты прошли успешно — но им занималась не только она: тяжелая ракета требовалась и для вывода человека в космос. Так что эту программу курировал лично Алат, Даари была скорее на подхвате. А по самому первому серийному образцу высотного спутника оставалось слишком много вопросов: выйдет ли он на расчетную орбиту, сможет ли сохранить ее хотя бы год-два (по проекту срок работы таких спутников должен был составить от двенадцати до пятнадцати лет, но то по проекту)… А как насчет остальной серии? Первый образец всегда делается и проверяется особенно придирчиво. Удалось ли Даари выстроить такой конвейер, который позволит достигнуть целей без сбоев?
Репортер между тем вещал.
— У вас, безусловно, получилось создать коллектив таких же увлеченных и компетентных людей, что работали тут при профессоре Латарре, — пожилой красавец улыбнулся, причем уважительно, а не подхалимски — высший пилотаж. Несмотря на все свое обучение, Даари не смогла бы так безбожно льстить таким искренним тоном, с таким естественным выражением лица. — Кроме того, не может не вызывать восхищение ваша работа со смежными отраслями! Если я не ошибаюсь, ваши усилия за последние три года позволили создать около миллиона, да-да, повторюсь, — тут ведущий обернулся к камере, — миллиона рабочих мест?
— На самом деле мой вклад очень невелик. В основном тут постарался министр космоса — господин Алат. Я же занималась лишь логистикой своего текущего проекта.
Угу, в частности, собирала базу для назначения штрафам целой кодле крупных производителей артефактов и кристаллов, в включая уже упомянутые «Артефакторные Комплексы Вейката». Именно вокруг этого дела ходил вокруг до около интервьюер: кишка была тонка выражаться прямо. Судебные тяжбы и уголовные процессы тянулись до сих пор, подогревая интерес публики. Несколько крупных богачей — в том числе и двое-трое кланов — уже числились банкротами. Даари знала, что многие усматривали в этом личную месть (молва
