Голубые глаза Шандры пробежали по его бронзовой груди. Она изо всех сил старалась отогнать от себя чувство, которое внушал ей этот человек.
– Ты получишь половину сокровищ, после того как мы привезем золото в Натчез, – продолжала она искушать его, не замечая его оскорбительных намеков.
Вот уже и три доли, подумал Нолан. Часть – Даффу, часть – Шандре и часть ему, Нолану. Кое-кому придется проиграть свою долю, и если это будет Шандра, Нолану наплевать.
Воспользовавшись его молчанием, Шандра продолжала:
– Мне нужен опытный проводник, чтобы добраться до сокровищ. Переговорив с комитетом и Эйвери Джонсоном, старым другом моего отца, я узнала о тебе многое. Оказывается, ты изъездил едва ли не весь континент, продавая лошадей и американским, и испанским офицерам. Это правда?
– Правда, – подтвердил Нолан. – Но я предпочитаю работать в одиночку. Женщина – нежелательная обуза, от нее одни неприятности. Испанцы не доверяют почти никому, кто приближается к их границам. Предатели индейцы предпочитают пустить стрелу в белого, не разбираясь, друг он или враг. Если мы попадем в суровую переделку, тебя могут изнасиловать или похитить и даже пытать. – Он усмехнулся уголком губ. – При мысли о том, какие напасти тебе грозят, мое сердце обливается кровью.
По выражению его лица Шандра без труда заключила, что ему доставит истинное удовольствие видеть ее страдания. Но и сама она пальцем не шевельнет, чтобы помочь этому подлецу, если тот попадет в муравейник. Скорее укажет муравьям кратчайший путь к логову негодяя.
– Я сама за себя постою, и ты, думаю, тоже, – твердо сказала она.
Нолан затрясся от смеха. С ленивой грацией он развалился в кресле и зажег сигару. Надменная Шандра д'Эвре уверена, что отразит любое нападение. Возможно, она и права, когда речь идет о Натчезе. Но дикие земли – совсем другое дело. Она и понятия не имеет, что ждет ее вдали от цивилизации. Опасность будет следовать за ней по пятам. Одно ее присутствие вызовет тысячи подозрений у испанцев, которые охраняют границу с Техасом как зеницу ока. Индейцы вечно выскакивают словно из-под земли. Вокруг рыщут разбойники, подкарауливая путешественников.
– Для женщины, обладающей столькими талантами, ты слишком наивна, Шандра, – усмехнулся Нолан.
Голубые глаза так и буравили его.
– Я считала, моя наивность тебя только порадует. Если я попаду в беду, вторая половинка карты достанется тебе.
– Неужели? – хмыкнул Нолан. – А вот мне кажется, что твоя матушка и комитет потребуют у меня твою долю, если я выживу в этой переделке.
– Я бы сказала то же и о твоей семье. Ты женат? – внезапно осведомилась она.
– Нет, – ответил Нолан, впившись в нее настороженным взглядом.
– Тогда, я полагаю, единственная возможность сделать так, чтобы оставшийся в живых унаследовал долю своего компаньона, – заключить брачное соглашение.
Это предложение настолько ошеломило Нолана, что он не сразу заметил лукавую улыбку, заигравшую у нее на губах. Жениться на этой бестии? Да скорее пески пустыни обратятся в заснеженные ледники! Никакие деньги не заставят его связать свою судьбу с этой мегерой!
Шандра рассмеялась, заметив выражение недоумения, появившееся на его обычно непроницаемом лице. У него такой вид, будто он целиком проглотил арбуз.
– Мне было интересно проверить, как ты ко мне относишься, – пояснила она, продолжая смеяться. – Теперь я вижу, что ты любишь меня не больше, чем я тебя. Кроме того, ты совершенно мне не доверяешь, впрочем, так же как и я, что является еще одной причиной, по которой нам следует объединить наши усилия. Золото, которое мы добудем, сослужит мне неплохую службу, а твоя половина сокровищ сделает тебя богачом.
– Странная из нас получится супружеская пара, – фыркнул Нолан, разглядывая вызывающий наряд Шандры сквозь клубы табачного дыма.
Шандра гордо вздернула подбородок.
– Мы никогда не будем делить друг с другом постель, – твердо заявила она. – Отныне никаких поцелуев и ласк. Если бы мне не понадобилось обшарить твои карманы, я бы никогда не напросилась на поцелуй. Я скорее поцелую лягушку и тот вечер у Эйвери вспоминаю с содроганием.
Нолан привык выслушивать льстивые восхваления от женщин, которые побывали в его объятиях. Шандра говорит, что его поцелуй не произвел на нее никакого впечатления. Видимо, ее страсть – всего лишь ловкое притворство, призванное отвлечь его внимание, с тем чтобы она могла выкрасть у него половинку карты. Он бы нисколько не удивился, узнав, что эта чертовка обыскивала его и на веранде у Эйвери, хоть он и уверял ее, что карты при себе не имеет.
Слишком часто он стал попадаться в ее сети. Ну нет, больше ей не удастся его провести. Тот факт, что поцелуй на веранде совершенно не тронул ее, больно задел его мужское тщеславие. Либо он уже не тот, либо колдунья неподвластна его чарам.
– За что ты так ненавидишь меня? – неожиданно спросил Нолан. – Я довольно приятный в общении человек – это подтвердят все, кто меня знает.
Шандра изумленно подняла брови. Приятный? Странные же у него представления о хорошем и плохом! И почему плут напрашивается на оскорбление, задавая ей такой вопрос? Он же прекрасно понимает, что она не скажет ему ничего лестного. Но поскольку он имел глупость вынудить ее на откровенность, Шандра решила ответить:
– Существует два типа мужчин: золотоискатели и светские охотники за приданым. Ты очень напоминаешь мне Родерика Вона, который охотится за женщинами в надежде жениться и пустить по ветру состояние жены. Родерик женился бы на моих деньгах, если бы я приняла его предложение. И ты поступил бы так же, будь у тебя такая возможность. По слухам, ты в последнее время завел себе знакомства среди знати. Такие, как ты, всегда ищут самый легкий путь к богатству, а тебя Господь наградил льстивым языком и сметливым умом. Никто не знает, на чьей ты стороне, и ты сознательно поддерживаешь вокруг себя ореол таинственности. Ты воплощаешь все, что я ненавижу. Ты используешь свое обаяние для достижения мелких корыстных целей.
– Он предлагал? – внезапно перебил ее Нолан.
– Он – это кто? – Шандра так увлеклась перечислением недостатков Нолана, что не сразу поняла, о чем он спрашивает.
– Родерик Вон, – подсказал Нолан. – Он просил твоей руки?
Шандра утвердительно кивнула:
– Он просил моей руки, надеясь получить мое состояние и все остальное. Он умолял меня выйти за него замуж на балу несколько дней назад – мне, видите ли, нужна защита. Родерик приходил ко мне еще дважды после того вечера, но я сказала ему, что не собираюсь выходить замуж ни за него, ни за кого бы то ни было.
Нолан нахмурился, но у него не было времени обдумать эти слова, поскольку Шандра торопливо продолжала дальше:
