— Боюсь, никакой ошибки нет. — Виктор упрямо покачал головой. — Именно поэтому я позволил себе настаивать на личной встрече. Сначала я просто хотел уточнить, на что потрачены эти деньги, чтобы получить налоговые льготы, но если вы действительно не знаете, куда деваются эти тысячи… Поймите, это не может меня не беспокоить.
Он говорил таким тоном, что Талли показалось — Виктор считает ее беспечной и безответственной транжирой.
— Бриджит наверняка передала вам расходную ведомость по моей кредитной карте, — возразила она. — За все, что стоит дороже пяти долларов, я расплачиваюсь кредиткой.
— Тогда как вы объясните, что каждый месяц с вашего счета обналичивается по двадцать пять тысяч долларов? — парировал Виктор. — Может быть, это Бриджит делает для вас какие-то покупки?
— Бриджит тоже пользуется кредитной карточкой. У нас открыт специальный совместный счет, средства которого она использует при покупке для меня каких-то вещей или оплате услуг. — Тут Талли вспомнила, что именно Виктор и посоветовал ей открыть такой счет. — Да вы и сами хорошо это знаете, — добавила она. — Я уверена, что Бриджит тоже не станет расплачиваться наличными. Ей это просто не нужно, к тому же это неудобно.
Виктор Карсон покачал головой.
— И все-таки кто-то тратит ваши деньги, мисс Джонс. Если это не вы, то… Словом, вы должны как можно скорее выяснить, кто это может быть.
Он явно был обеспокоен, и Талли тоже почувствовала растущую тревогу. Но как узнать, куда деваются деньги?
— Я не знаю, смогу ли я… — проговорила она неуверенно.
— За три года вы потеряли таким образом около миллиона долларов, — ответил бухгалтер. — Такая сумма не может исчезнуть бесследно.
— Ну хорошо, — согласилась Талли. — Я спрошу Бриджит. Быть может, ей и приходится платить за что-то наличными, просто я об этом не знаю. Пока она вовремя оплачивает все мои счета, мне глубоко безразлично, как она это делает — кредиткой, наличными или, может быть, чеком. Хорошо, я у нее спрошу, — повторила она, несколько успокаиваясь.
Талли не сомневалась, что случившемуся должно быть какое-то разумное объяснение. До сих пор Бриджит вела учет всех ее расходов совершенно безупречно — Виктор, во всяком случае, был ею доволен. Похоже, только внезапная аудиторская проверка заставила его разобраться в ее финансовых делах более тщательно — вот он и обнаружил то, чего не замечал прежде.
А Виктор терялся в догадках. Обычно он не расспрашивал клиентов о том, сколько и на что они тратят свои деньги, если, конечно, им не грозили финансовые проблемы. Талли, разумеется, было до этого очень далеко, однако за три года сумма набежала достаточно внушительная даже для нее, да и Виктор считал себя обязанным знать о средствах клиента все, что только возможно. Странное исчезновение столь значительных сумм было для него оскорбительным как для профессионала. «От наличных одни только неприятности!» — подумал он. Некоторые его клиенты тратили наличные доллары направо и налево, а потом никак не могли вспомнить — на что. Талли, к сожалению, тоже не стала исключением. Виктор ни минуты не сомневался, что деньги были потрачены ею в рамках закона, но ему необходимо было знать, когда и на что. И Талли еще раз пообещала это выяснить. Она в свою очередь была совершенно уверена, что у Бриджит найдутся разумные ответы на все вопросы.
После этого Виктор задал еще несколько вопросов относительно счетов и накладных, назначение которых ему хотелось уточнить. Одежда для Макс, несколько картин, которые Талли купила в Нью-Йорке, подарки для Ханта, в том числе золотые швейцарские часы — очень дорогие, но и он тоже не жалел денег, когда хотел сделать Талли приятное. В самый конец списка попали авиационные билеты и счета из отелей, о которых Виктор уже спрашивал Ханта.
— Мистер Хант объяснил мне, что вы время от времени проводите там уик-энды, — сказал он извиняющимся тоном.
Счета из отелей его больше не беспокоили, просто Виктор привык тщательно все проверять. По записям в генеральном гроссбухе он видел, что в течение трех лет Талли и Хант часто останавливались в дорогих лос-анджелесских гостиницах. Год назад это прекратилось — во всяком случае, в сводной ведомости расходов Талли по кредитной карте счета из отелей больше не фигурировали. Хант, однако, продолжал снимать номера то в «Сансет Маркис», то в «Шато Мормон», из чего Виктор заключил, что оплату гостиниц он взял на себя.
— Где-где мы проводили уик-энды? — переспросила Талли. Она ничего не понимала.
— В лос-анджелесских отелях, — пояснил Виктор, готовясь закончить разговор. Главные вопросы он уже задал, к тому же ему нужно было вести Брианну в ресторан. Лишний раз сердить жену Виктору очень не хотелось.
— Я никогда не ездила с Хантом ни в какие местные отели, — сказала Талли, пожимая плечами. — Я живу в гостиницах, только когда выезжаю на натурные съемки. Например, сейчас я сняла номер в отеле в Палм-Спрингс, но не на два дня, а на весь месяц. — Она улыбнулась. — Это, как я понимаю, производственные издержки, поэтому налог с потраченной суммы должен быть меньше. Правильно?
— Разумеется, мисс Джонс… — растерянно пробормотал Виктор. Настал его черед удивляться. — Но… как же?.. Судя по документам, которые я видел своими собственными глазами, вы в течение трех лет регулярно оплачивали пребывание в «Бель-Эйр», «Шато Мормон» и «Сансет Маркис». И вы, и мистер Хант тоже… Когда я задал ему этот вопрос, он ответил, что ездит туда с вами или снимает номера для своих иностранных деловых партнеров.
— Должно быть, он просто неправильно вас понял. Мы никогда не бывали в этих отелях и не проводили там уик-эндов за исключением одного раза, когда у меня дома был ремонт. Тогда мы действительно прожили в «Бель-Эйр» несколько дней, но это было довольно давно. Вероятно, это какая-то ошибка.
Талли снова пожала плечами и вдруг подумала: а вдруг это Бриджит использовала ее счет для оплаты своих амурных похождений? Она знала, что помощница ведет довольно беспорядочную любовную жизнь; не исключено было, что в какой-то момент у нее не оказалось при себе ее собственной кредитной карточки, и ей пришлось воспользоваться картой, которую Талли оформила на нее для оплаты текущих расходов. Но в таком случае Бриджит наверняка восполнила бы недостачу средств на счете. Что, если она сделала это каким-то особым способом, о котором Виктор ничего не знает?
— Это, наверное, Бриджит, — сказала Талли. — Я у нее спрошу, но почти уверена, что это она.
Она была рада, что вопрос разъяснился, хотя мысль о том, что Бриджит может пользоваться ее деньгами для каких-то своих нужд, не слишком ей понравилась. Помощница не должна была так поступать, пусть даже потом она вернула все потраченные деньги. Один раз куда ни шло, но если верить Виктору, Бриджит делала это неоднократно. С другой стороны, такое было совершенно на нее не похоже. До сих пор Бриджит четко вела ее дела — Талли не помнила случая, чтобы помощница допустила ошибку или хотя бы легкую небрежность в финансовых вопросах. Ни у нее самой, ни у Виктора не было к ней никаких претензий. Понадобилась полная аудиторская проверка, чтобы некоторые несообразности в документах выплыли на свет, в противном случае они, скорее всего, никогда бы об этом не узнали.
