«преуменьшать» значимости Иисуса Христа, пропускают эту сцену во время последнего ужина с учениками. Ее упоминает только евангелист Иоанн.
Когда Иисус подошел к Петру, который был по какой-то причине первым в очереди, между ними состоялся интересный диалог:
«Итак, подходит Он к Симону Петру, а тот говорит Ему: «Господи, Тебе ли мыть ноги мои?» В ответ Иисус сказал ему: «Сейчас ты не догадываешься о том, что Я делаю, но после поймешь это». Петр говорит Ему: «Да не будет того вовеки, чтобы Ты мыл ноги мои!» Иисус же ответил ему: «Если Я не омою тебя, ты не достоин быть рядом со Мною». Симон Петр говорит Ему: «Господи, тогда не только ноги омой мне, но и руки, и голову». Иисус говорит ему: «Омытому если и нужно что омыть, то только ноги, ибо он весь чист».
Петр не может взять в толк, зачем Иисус так унижается перед всеми и перед ним. Он даже отказывается от того, чтобы Учитель мыл ему ноги, однако, как только Иисус «пригрозил» последствиями, Петр смирился и со свойственной ему пылкостью попросил омыть всего с головы до ног. Однако Иисус сказал, что «чистому человеку» нужно лишь омыть ноги. В то время в Палестине обувь была открытой, и, придя с улицы, любой человек имел пыль и грязь на ногах.
Когда Иисус омыл ноги своим ученикам, которые буквально недавно выясняли, кто из них больше, и вернулся на главное место, Он сказал следующее: «Знаете ли вы, что такое Я сделал вам? Вы называете Меня Учителем и Господом и правильно делаете, ибо так оно и есть. Итак, если Я, Господь и Учитель, омыл вам ноги, то и вы должны омывать ноги друг другу. Я подал вам пример, чтобы вы относились друг к другу так же, как и Я отношусь к вам. Уверяю вас: раб не более значителен, чем господин его, и посланник не более значителен, чем тот, кто послал его».
Иисус унизил себя не только для того, чтобы показать отвлеченный и высокий пример. Слова о том, что «посланник не более значителен, чем господин», означают, что если апостолы не следовали этому примеру, они, по сути, лишались звания апостолов. Отныне Иисус обязал своих апостолов намеренно унижаться перед другими людьми. Именно этот элемент своего учения Иисус решил облечь в форму столь шокирующего урока. Этот приказ Иисуса (унижение) до сих пор явно или неявно нарушается в церковных кругах всех конфессий. Людям до сих пор тяжело исполнить это. Исходя из сказанного, в отношении Царства Бога на небе можно предположить следующее: самый гордый и надменный человек занимает там самое незначительное социальное положение. Самый большой начальник, соответственно, будет наиболее добрым, приветливым и заботливым.
Однажды Иисуса пригласили на торжественный обед, на котором было принято беседовать, общаться, делиться знаниями и опытом. Иисус был популярен среди народа — иногда Его приглашали к себе домой даже богатые фарисеи и высокопоставленные начальники, хотя они рисковали при этом.
В начале застолья люди стали свидетелями того, как один такой важный гость безуспешно попытался занять самое почетное место — справа или слева от хозяина, как было принято в те времена. Во время общения за столом Иисус преподал урок для многих гостей, сказав следующее:
«Когда тебя приглашают на свадебный пир, не садись на почетное место, ведь может случиться так, что среди приглашенных окажется кто-то знатнее тебя, и тогда хозяин, пригласивший и тебя, и его, подойдет к тебе и скажет: “Уступи место этому человеку”. И тебе придется со стыдом занять самое последнее место. Итак, когда тебя пригласили, пойди и сядь на самое последнее место, чтобы хозяин подошел к тебе и сказал: “Друг, пересядь на лучшее место”. Тогда тебе будет оказан почет перед всеми гостями. Каждый возвышающий себя будет унижен, и унижающий себя будет возвышен».
Иисус публично осуждал гордость и высокомерие, как явные пороки. Он много раз говорил, что духовный человек должен мыслить о себе очень скромно и должен уметь служить людям, каким бы унизительным это не казалось. Если же человек настойчиво требует общественного признания и уважения, как правило, он не достоин уважения и явно духовно болен. Унижение, как отрицание собственного духовного и религиозного «совершенства», необходимо и в процессе духовного роста, и в отношениях с Богом. Иисус наверняка всю свою жизнь на земле имел дело с высокомерными представителями священства, которые считали, что уже открыли все необходимое в религии. Как следствие, они не могли меняться, искать и видеть новое. Их духовный путь был завален валунами завышенного и неадекватного самомнения.
«Два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: “Боже! Благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю”. Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: “Боже! Будь милостив ко мне, грешнику!” Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится».
Выступая с одной из последних проповедей перед своей казнью, Иисус обрушился с критикой на официальный иудаизм того времени, в частности, на иерархическую структуру, когда вышестоящий священник требовал поклонения от нижестоящих.
Хотя между служителями Бога обязательно должно быть уважение (об этом говорит здравый смысл), Иисус заявил, что верующим никогда не следует называть кого-либо на земле своим «духовным отцом»:
«Вас же пусть не называют рабби, потому что у вас один Рабби, а вы все — братья. И ни к кому на земле не обращайтесь «отец», потому что у вас только один Отец, Который на небе. Пусть вас не называют наставниками, потому что у вас один только Наставник — Христос. Самый великий из вас будет вам слугой, потому что, кто возвышает себя, будет унижен, а кто принижает себя, будет возвышен».
Иисус был против того, чтобы священники и религиозные учителя унижали своих собратьев и помыкали ими. Иисус вновь и вновь провозглашал нелепую на взгляд большинства идею, что только тот, кто намеренно унизит себя в своем служении Богу и людям, по-настоящему станет великим в духовном мире. Хотя эта идея до сих пор не слишком очевидна: идея Иисуса о том, что люди, которые намеренно возвышают сами
