— Вижу все нужно разъяснять. — она помялась, — Иди на кладбище девочка, а теперь уходите, я устала.
Бросив эти слова, она встала, подошла к висящим под потолком сушеным травам и начала их перебирать, раскладывая в свертки.
— А я? — грустно спросила Боня в мыслях, но так, чтобы все слышали.
Женщина дернулась, прекратив свое занятие и не поворачиваясь ответила:
— Приведи Мона, мир изменился, шимам нужно возвращаться.
Глава 8
— Да не дергайся ты, — Сэм сопел, заталкивая Рока в новый костюм.
— Я не смогу в этом ходить, — протестовал оборотень. — Мне неудобно!
— Сможешь, — сквозь зубы пыхтел блондин, — а не сможешь — заставим!
Мы же с Боней хохотали и оттого, как блондин ловил мальчишку и как пытался привести в должный вид. Сэма поддерживал только Мон, сочувствующе так смотрел, не думаю, что он знает, какое это чувство одевать мальчишек, скорее это было только из мужской солидарности.
Мы уже как несколько дней вернулись из столицы и проживали в родовом гнезде Болтонов. Болтона-старшего по приезду не застали, снова работал с гномами, над новыми идеями добычи полезных ископаемых.
А за это время Боня сходила к своим сородичам, через собственнолапно открытый портал и привела Мона. Этот шим был крупнее ее, и шерсть была темнее, с явной рыжиной. Боне уговаривать Мона не пришлось, шимы очень верили в предзнаменования и предсказания, пусть даже человеческой ведьмой. И да, женщина в трущобах была ведьмой, хоть я и наивно полагала, что это просто ясновидящая, но нет, ведьма причем темная.
Шим оценил убранство его будущего жилища, «все же не на траве спать и с кормежкой проблем не будет», — заключил он. А этот пункт, как я успела понять, у шерстяных-троглодитов занимал чуть ли не первое место.
Теперь оставалось придумать, чем будет заниматься второй шим, Боня то при деле, она фамильяр! Мон пришел к решению этого вопроса быстро, нет смысла изобретать что-то новое, если отлично работает старое, и предложил свою кандидатуру в качестве фамильяра Сэму. А что, маркиз и я поженимся, при мне будет Боня, а Мон с Сэмом, и разлучаться сородичам не придется. Блондин не стал долго думать, тут же принял предложение кота (ведь в тайне он даже завидовал, что у меня есть такой питомец и ему тоже очень хотелось). И они осуществили привязку сразу, не стали растягивать это, как я.
Вопросов с заселением Рока не возникло, ему приглянулись покои в нашем крыле, и он выбрал комнату по соседству, мы это одобрили, мальчику пока будет сложно, пусть будет рядом. Так же были вызваны учителя из столицы: этикет, фехтование, владение магией, мне самой такой не помешал бы, политика и другое. Хорошо хоть он умел писать и читать, родители успели его этому обучить. Року не очень привлекала необходимость учиться, но при этом он старался как мог, очень уж хотелось стать великим, как сказала ведьма. Раньше Рок думал, что вырастет и станет рыбаком, как отец, или в наемники пойдет, если не умрет от голода или болезни раньше. Как вдруг на его пути остановилась леди, такая солнечная и светлая и даже предложила ему, всеми забытому мальчишке кров и надежду на что-то большее, чем сети и запах рыбы. Сначала он не поверил, так не бывает, но она так смотрела и в ее взгляде не было ни доли лукавства, что он согласился.
Теперь Рок жил в огромном доме, с людьми, которые ему нравились, и никто не смотрел на него с презрением или брезгливостью. Но иногда случались и не очень приятные моменты, вот когда приехали портные снять мерки, мальчик и вовсе пытался сбежать — люди с огромными ножницами и иголками доверия не вызывали. И когда все было готово и доставлено в замок, начался хаос. Рок с криками «убивают» носился по коридорам, а Сэм за ним с рубашкой и брюками. Я же не понимала: «странный какой, разве можно не любить новые вещи, или ему так не понравились портные, что теперь он наотрез отказывается носить результат их труда?»
И именно в этот момент нужно было вернуться герцогу Болтону: растрепанный хоть и чистый мальчишка, в вещах-лохмотьях врезался в него с криком «убивают, помогите» и свалился на пол. На лестнице стоял запыхавшийся Сэм с детскими вещами, ну и соответственно я, но выше на несколько ступенек и с двумя котами. Изумленный герцог разглядывал всех нас, особенно долго смотрел на котов, даже глаза потер, видимо решил, что двоится, а мы словно парализованные молчали, даже поз не изменили. К слову Сэм, стоял с поднятой ногой и боялся вздохнуть, хорошо за перила держался, а то бы свалился от напряжения. Одно дело представить отцу пополнение при полном параде, другое вот так.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И как это понимать? — довольно спокойно почти равнодушно спросил лорд Болтон.
— Это наш сын...будущий, — поправил сам себя Сэм. — мы его усыновим, если ты не против.
Я даже икнула от такой новости, мальчик тоже был шокирован, посему даже не пытался подняться.
— Однако, — усмехнулся лорд, было видно его это все забавляет. — Вы еще не успели даже пожениться, зато обзавелись ребенком. И да, кто рядом с Бонитой?
— Мой фамильяр, — отчеканил Сэм. — Мон.
Герцог не сдержался и начал хохотать и так долго и заразительно, что даже мы непроизвольно поддержали его. А когда его приступ истерики закончился, он поднял Рока и погладил по голове, при этом обращаясь ко мне.
— Знаешь, Каролин, ты, как и твоя мама — дар богов, посмотри, как ты осветила этот дом и вернула в него веселье, он ожил. — а переведя взгляд на оборотня сказал, — маленький хитрый лис, ты должен слушать своих будущих родителей и тогда я буду не против, чтобы ты остался здесь.
— А откуда вы знаете, что я лис? — недоверчиво протянул мальчишка.
— Я все знаю, и что твоя стихия — земля, тоже знаю, а если хорошо учиться, будешь все знать и ты.
С этим, он довольный собой, побрел в кабинет, что-то напевая под нос. А мы, поймав сорванца, поволокли его одеваться, скоро должен был начаться первый урок.
* * *
Приехал Эл, и нашел нас там, где совершенно не ожидал увидеть — в оранжерее. Магия испытания спала, и мы подумали здесь устроить уютное место. Зик здесь все прибрал, и вымыл от копоти окна, и перед нами было совершенно пустое помещение: плацдарм для творческих идей. И вооружившись семенами мы принялись воплощать наши мысли по преображению оранжереи, вместо для посиделок. Даже Рока приобщили, прося выращивать новые и новые цветы, уверяя, что это еще и отличная тренировка. За этим мы и были застигнуты в уже наполовину выращенном цветнике.
— И вам не стыдно эксплуатировать ребенка? — недовольно спросил Эл.
— Как ты мог подумать, что мы бы на такое пошли? — ехидно ответил Сэм. — Это урок!
— Да никогда! — присоединилась Боня.
Эльф удрученно только выдохнул.
— Просто дом скорби какой-то. Собирайтесь, нужно поговорить. — резко бросил ушастый и вышел.
Ну мы без раздумий и бросили свое увлекательное занятие, садовник закончит, и проследовали в общую гостиную. Эльф скривился, увидев, что Рок пришел с нами, объяснив, что это не для детей, но мальчик уходить отказался, пригрозив, что все равно подслушает, но в темном пыльном углу, лежа в новых вещах. Последний аргумент нас добил, и он остался.
За время, пока мы устраивали Рока, ушастый достал информацию о ближайших кладбищах включая те, что находятся в столице. И их оказалось двенадцать.
— Многовато, — выдала я, глядя в пустоту. — С кем оставим ребенка?
И только я это произнесла, как Рок начал громко возмущаться, желая пойти с нами, мы же искали предлоги оставить его в замке, так как нечего мальчику по кладбищам шнырять, тем более по ночам. Эл утверждал, что идти нужно именно после захода солнца, чтобы никто не мешал. Оборотень пытался нам доказать, какой он полезный, совсем взрослый и что кладбищ совсем не боится, и нюх и слух у него хорошие. Здесь вмешалась Боня, сказав, что такой пользы у них и без Рока вдвойне, намекая на себя и Мона. Тогда пришла очередь угроз и шантажа, что обернется лисом и будет бежать следом, а если потеряется или нападет кто, то это полностью наша вина, на этом мы сдались.
