Читаем без скачивания Смерть пэра - Найо Марш

— Значитца, дельце для Ярда, — заключил точильщик.

— Угу. Убийство, — согласился газетчик.

— Не обязательно. Мальчишка ухмыльнулся:

— Дудки! А зачем тогда фотограф, если не убийство? Щелкнуть лифтера на память, что ли? Ну погодите! Если в «Стандард» напишут про Красавчика Аллейна, у меня наверняка будет тройная выручка!

Газетчик, вдохновленный надеждой на совершенное убийство, понесся дальше с воплями «Газетку, сэр, купите „Стандард“, сэр!». Точильщик задумчиво поднял из канавы окурок сигареты и спрятал его в жилетный карман. Рядом остановилась вторая машина, и четверо констеблей, прибывших в ней, вошли в дом.

Мальчишка-газетчик появился снова и занял свой наблюдательный пост с невинно-нахальным видом.

— Ну чего, — спросил его приятель, — чего-нибудь вынюхал?

— Несчастный случай вроде как.

— Чего за случай-то?

— Старому хрычу вырезали в лифте глаз.

— Побожись!

— Да, — произнес газетчик тоном много повидавшего человека, — что ж, не повезло бедолаге. Не жилец он.

— Помер?

Газетчик махнул рукой и скорчил гримасу.

— Окоченел уж.

— Во дела!

— Несчастный случай, они говорят! Как бы не так! — фыркнул проницательный газетчик с непередаваемым презрением.

— Несчастный случай?… М-да…

— Ага, с фотографами и полицией со всех сторон, — покрутил головой газетчик. — Нет уж, я иначе думаю.

Точильщик подхватил козлы своего точильного камня и поплелся по Плезанс-Корт, останавливаясь на углах, чтобы заунывно исполнить профессиональный гимн:

— Ножи-ножницы точим-вострим! Ножи-ножницы точим-вострим!

Его голос далеко разносился в вечернем воздухе. Аллейн услышал его, когда нажал кнопку звонка в квартиру Миногов.

— Ножи точим-вострим!

Глава 8

Аллейн знакомится с Миногами

Фокс уделил орудию убийства самое пристальное внимание: тесак был привязан к куску картона и лежал в длинной коробке. Аллейн поднес коробку к лампе. Серебряное накладное кольцо на ручке тесака блеснуло на свету. Само лезвие уже не блестело — оно успело подсохнуть.

— Омерзительно, — пробормотал Аллейн и положил коробку. — Это ваше, Бэйли. Нож поднимали только за кончик.

— Это я постарался, — с оттенком гордости в голосе отозвался доктор Макколдунн. — Я подумал, что лучше по возможности не касаться кольца, хотя, когда вынимал нож…

— Ну ладно, все равно попробуйте кольцо и верхнюю часть лезвия, Бэйли, — сказал Аллейн.

— Чертовски здоровенный нож, прямо топор какой-то, — заметил доктор Кертис.

— Да. Старый нож, в наши дни люди используют их для разрезания бумаги.

— Этот взялся из кухни, — сообщил Фокс.

— Вот как? Ну ладно, посмотрим тело с вашего позволения, доктор Макколдунн.

Они подошли к кровати. Фокс наклонил лампу. Доктор Макколдунн откинул простыню.

— Мы не делали ничего, — объяснил он. — Я подумал, что при таких обстоятельствах…

— Да, конечно. Леди Вутервуд не видела его в таком виде?

— Нет. Миледи не пришла. Может, оно и к лучшему.

— Пожалуй, — согласился Аллейн, глядя на страшную голову горгоны Медузы на подушке. — Оно к лучшему.

— Да уж, — рассеянно пробормотал доктор Кертис. — Что не красавчик, то не красавчик.

Он наклонился, и Фокс передвинул лампу поближе.

— Мне показалось странным, доктор, что он так долго прожил, — проговорил Фокс.

— Голова — очень странная штука, — заметил доктор Кертис рассеянно. — Бывали случаи, когда люди выживали в таких обстоятельствах… Под каким утлом был нанесен удар, Макколдунн?

— Слегка вверх. Но направление могло измениться. — Да.

— Вы говорите, Фокс, он пытался что-то проговорить?

— Да нет, сэр, так не скажешь. Он просто издавал звуки.

— Я полагаю, весьма маловероятно, чтобы он мог что-нибудь сказать, — заметил доктор Макколдунн. — Но мистер Фокс считал, что все равно есть какой-то шанс. Как говорит доктор Кертис, при травмах мозга случаются странные вещи. Бывали случаи…

— Знаю. А что за отметины возле глаз? Застойные трупные пятна?

Доктора переглянулись.

— Мне кажется, нет, — неуверенно произнес доктор Макколдунн.

— Похоже на синяки, — сказал доктор Кертис. — Тут трупных пятен не бывает. По крайней мере не тогда, когда труп лежит в таком положении.

— Фокс, они сказали, что убитый сидел в правом углу скамьи?

— Да, сэр. Именно так.

— Взгляните на его левый висок, Кертис, хорошо? Доктор Кертис стал снимать повязку с левого глаза.

— Вы совершенно правы, Аллейн, — сказал доктор Макколдунн. — На виске под бинтом есть царапина. Я собирался ее вам показать. Да, вот она.

Точным осторожным движением Аллейн положил свою длинную левую ладонь поверх изуродованной левой глазницы и остекленевшего правого глаза покойного лорда. Основание ладони легло на правую сторону лица, большой палец протянулся вдоль щеки трупа.

— Там в лифте какая-то кованая решетка с загогулинами и шишечками, — сообщил Фокс. — На одной из этих шишечек заметно пятно крови, смазанное. Такое впечатление, что его пытались вытереть.

— Вот как? — пробормотал Аллейн и убрал руку. — Надо его отсюда увезти, — добавил он.

— Я оставил распоряжение насчет перевозки в морг.

— Да. Спасибо, Кертис. Вы произведете вскрытие завтра?

— Да.

— Я думаю, что мы хорошенько осмотрим лифт, прежде чем разговаривать с семьей. Вы можете начать работать здесь, Бэйли. Попробуйте снять отпечатки пальцев с этих синяков. Лучше попробуйте по всему лицу. Есть все-таки некоторая, хотя и слабая надежда… Потом займитесь тесаком. А потом приходите в лифт. И еще, Томпсон, сфотографируйте для меня голову под разными углами, ладно?

— Конечно, мистер Аллейн.

Аллейн не отходил от кровати. Он пристально смотрел на голову на подушке, а единственный глаз, казалось, таращился на него. Аллейн наклонился и тронул шею и челюсть трупа.

— Окоченения пока нет?

— Только начинается. А что?

— Может быть, нам придется провести неприятный эксперимент. Сиделка все еще здесь?

— Да, — ответил доктор Макколдунн.

— Когда Бэйли и Томпсон закончат, пусть она приведет его в порядок. В таком виде это сущий кошмар. Пошли, Фокс.

Фокс распорядился выключить лифт, опечатал двери и поставил на лестничной площадке констебля в форме. Внутри кабины было темно, лифт стоял на площадке перед квартирой Миногов и вид имел какой-то выжидательный.

— Окошки в верхней части дверей, — отметил Аллейн.

— Правильно, сэр.

— Вы говорили, он сидел тут и криком звал свою жену? При закрытых дверях?

— Так сказал дворецкий.

— Так ведь снизу могли вызвать лифт и спустить его вместе с лифтом.

— Может быть, он держал пальцем кнопку «стоп», мистер Аллейн.

— Да, это не исключено, — согласился Аллейн и включил в кабине свет. — Ну, и где же он сидел?

— По всем показаниям, он сидел в правом углу, склонившись головой на стальную решетку, а котелок сполз ему на глаза. Конечно, лифтом с тех пор пользовались. Доктор, например, поднимался наверх на лифте. Как только наши ребята появились, они приглядели и за лифтом. И все-таки жаль…

— Верно. — Аллейн пристально вгляделся в пятно на решетке лифта. — А это и есть пятно или мазок на шишечке или загогулине, о которой вы мне говорили?

— Весьма причудливый узор, правда, сэр?

— Очень, Братец Лис. Видите: виноград вперемешку с декоративными нашлепками. Вот вам современное прикладное искусство. Какого роста был потерпевший?

— Шесть футов и полдюйма, — с готовностью отозвался Фокс.

— Отлично. В вас росту шесть футов, так ведь? Сядьте-ка в другой угол, Братец Лис. Да. Да, я убежден, если бы я врезал вам хорошим хуком в правый висок, ваш левый висок приложился бы к решетке как раз на полдюйма ниже соответствующей шишечки. Однако это весьма расплывчато. Похоже на то, что нам придется затащить его сюда и попробовать. Я вижу, эти нашлепки в центре слегка вдавленные. Посмотрите-ка на нашу. Кто-то, как вы точно заметили, вытер ее. И сиденье тоже. Но не очень-то успешно. Придется Бэйли с этим поработать. О, а это еще что?

Аллейн нагнулся и посветил фонариком под сиденье.

— Полагаю, вы уже это заметили, хитрый старый черт, — сказал он.

— Да, сэр. Я полагал, что лучше оставить все как есть до вашего прихода.

— Какой такт! Какая деликатность! — Аллейн нагнулся, протянул руку под сиденье и вытащил оттуда пару автомобильных перчаток с длинными раструбами. Он и Фокс присели на корточки и стали тщательно их осматривать.

— Окровавлены, — заметил Фокс.

— Кровь или что-то вроде этого. Между средним и безымянным пальцами левой руки и на внутренней поверхности этих пальцев. И немного на ладони. Вы что-нибудь видите на правой перчатке? Ну да… И опять же, немного крови на ладони. Благослови бог мою душу, Фокс, надо о них позаботиться! Будьте хорошим мальчиком, отдайте их Бэйли, а потом расскажите мне всю историю как есть.