в стакан апельсинового сока. — Как понял, его и маленькая хозяйка недолюбливает.
— Да я лису хотела! Зачем мне страшный кот с крыльями?
— Лесси, да успокойся ты уже, — попросила её Света.
— А я медведя хотел, и что с того? — усмехнулся брат.
Он не пил с самого утра, и на его лице даже проступила лёгкая улыбка.
— Зачем тебе медведь? — поинтересовалась Света.
— Вместо охранника. Кто додумается на меня напасть, если позади будет ходить двухметровый медведь?
— Так, давайте мы не будем разводить зоопарк. У нас ещё две летучих мыши не пристроены. Так что это все, кого я могу вам предложить, — я поставил точку в разговоре о питомцах.
Мне уже надоел этот балаган. Пусть ребята сперва научатся ценить тех, кто есть. Да и в этой квартире, помимо крылатого кота, уже слишком много обитателей.
Как и ожидал, летучие мыши никого не заинтересовали. А вот зря! Эти смышлёные крылатые создания идеальные шпионы. Фломастеры я бы им пока не доверил, а вот конверты из налоговой приносить и забирать — самое то!
Вечер прошёл спокойно. Я выдал Татьяне наборы фломастеров и полные инструкции по замене и переправке на подзарядку. Получалось так, что призраки в доме Шолоховых будут шпионить посменно. Не сразу все двенадцать, а по шесть каждую неделю. Так мы не пропустим ничего важного.
Заодно договорился о собеседовании для моей живой шпионки на следующий вторник. Как раз Татьяна успеет до Москвы доехать после открытия Смоленска.
А утром я с облегчением отправился обратно в училище. Иван Фёдорович заехал за мной и Зубастиком с самого рассвета и отвёз прямо к КПП.
Однако радость моя длилась недолго… Преображение Зубастика заметили все, кто вернулся сегодня утром. А это была большая часть училища, поэтому на нас косились и обсуждали все, кому не лень.
— Лёха, здорова! — встретил меня у главного корпуса Костя. — Фига, как у тебя малёк вымахал! Ты его чистой магией кормишь, что ли?
— Почти. Он у меня сожрал рыбу из магического озера. И вот результат, — кивнул я на Зубастика, который не отходил от меня не на шаг.
Не нравилось ему такое количество внимания от кадетов.
— Мне бы тоже такая рыба не помешала, — вздохнул Костя.
— А тебе-то зачем? — насторожился я.
— Тоже хочу так вымахать. Точно до финала имперских соревнований дойду, — усмехнулся Костя.
Мы вместе зашли в главный корпус, и на первом этаже уже расстались. Я проводил Зубастика в убежище.
И на мою беду тут нас уже ждал Дмитрий Павлович. Он сразу отметил преображение малька и стал заваливать меня всевозможными вопросами. Я подробно рассказал о случившемся и хотел ретироваться на завтрак, но учёный затронул интересную тему:
— Вчера сводил вашу старушку на первое исследование. Очень милая женщина, даже не ожидал, — улыбнулся Дмитрий Павлович.
— Удалось что-нибудь выяснить? — поинтересовался я.
— Пока выведал лучшие грибные места за городом, — усмехнулся учёный и поправил очки, которые сползли на нос. — А так ждём первые результаты от лаборатории.
— Какой лаборатории?
Меня насторожило, что Дмитрий Павлович передавал данные незнакомой организации.
— Моей. У меня же целая сеть по империи.
— Раз так, то хорошо. Но я бы на вашем месте проследил, чтобы там не завелись имперские шпионы, — посоветовал я.
А сам поймал себя на мысли, что такими темпами точно параноиком стану. Мне уже скоро в пауках начнут жучки для прослушки мерещиться.
— Уже, Алексей, — улыбнулся мне учёный. — Перед приёмом на работу, всех соискателей проверяют на артефакте правды. А потом раз в месяц вызывают для дополнительной проверки. Мне и самому за шпионов боязно. Я же занимаюсь… как бы это сказать…
— Не совсем законными разработками, — дополнил я.
— Да. Ничего не могу с собой поделать. Это всё во имя науки!
— Тогда оставлю вас с Зубастиком. Сможете понаблюдать, как он изменился, — улыбнулся я и всё же ретировался к выходу.
Вернулся в свою комнату и привёл себя в порядок. За завтраком снова стал самым обсуждаемым кадетом в столовой. Меня даже два раза сфоткали незнакомые девушки, пока я ел. Правда, когда я их попросил удалить фотографии, они почему-то испугались и чуть ли не оставили мне свои телефоны.
Видимо, слишком злобный взгляд сделал. Зато это сработало, и больше никто из кадетов не подрабатывал местным фотографом единственного меня.
— Ну ничего себе, сколько внимания ты привлёк, — прокомментировал Макар, когда мы вернулись в комнату после занятий.
— Лучше бы не привлекал, — хмыкнул я и улёгся на кровать.
Оставалось два часа перед тренировкой с мастером, и я хотел потратить это время на заслуженный отдых.
— Да даже если бы ты учился в самом элитном училище империи, всё равно бы привлекал внимание. Даже сын императора не ходит с питомцем-регатом, а ты ходишь.
— Надеюсь, это скоро изменится.
— Угу. Но, как по мне, ты слишком многое на себя взял. Что-нибудь обязательно пойдёт не по плану.
— На такие случаи у меня есть отдельные планы.
— Ой, ну посмотрим. Вот увидишь, нельзя предусмотреть всего.
— А я и не спорю. Но всегда можно подготовиться к большему количеству вариантов развития событий.
— Что-то совсем ты скучным стал… Включи мне лучше тот сериал про оживших мертвецов.
— Только если ты запомнишь имена всех героев, — ухмыльнулся я.
— Ла-адно. С тобой же спорить бесполезно…
Неделя прошла в сплошной рутине и тренировках. Утром учился, потом знакомил Зубастика с кадетами. Тренировался вместе с ним или отдельно с мастером. И ни одного ночного похода в подземелье не пропустил.
Пожалуй, главным достижением было то, что я уговорил Кутузова выделить мне ещё десять
