Ирен взглянула на снимок.
— Да, конечно, но здесь она почему-то перекрашена в блондинку. Она натуральная брюнетка, мистер Слейден. Почему Фрэнки перекрасилась? Когда был сделан этот снимок?
— Из того, что вы мне рассказали, можно заключить, что снимок сделан недели через две после ее отъезда из Тампа-Сити. Эта девушка, — продолжал я, постучав пальцем по снимку, — называла себя Фэй Бенсон. Девятого августа она приехала в Уэлден и устроилась работать танцовщицей в ночной клуб «Флориан». Семнадцатого августа она неожиданно пропала, и полиция считает, что ее похитили. Я собираюсь говорить с вами откровенно, но хочу, чтобы вы пообещали мне молчать обо всем, что я расскажу. Это важно.
Теперь она выглядела несколько испуганной.
— Конечно. Никому не скажу ни слова.
— Уэлденская полиция попросила меня разузнать все, что смогу, о прошлом девушки. У них были основания считать, что местная полиция не одобрит расследования, поэтому я должен вести себя осторожно. В этой истории много загадочного, и я пытаюсь разобраться что к чему.
— Но если ее похитили, то она давно уже должна была найтись, — глаза Ирен широко открылись от внезапного подозрения. — Вы сказали, что она исчезла семнадцатого августа? Ведь прошло уже четырнадцать месяцев.
— Пока вашу подругу не нашли, — сказал я, подумав, что будет благоразумнее не сообщать ей об убийстве. Девушка могла испугаться и замолчать. — Возможно, что похищения и не было, а просто она встревожилась и решила скрыться. У нее был приятель. Она с кем-нибудь встречалась?
— Нет. При ее работе это было трудно. Фрэнки вставала поздно, а к восьми вечера уходила на работу. Она часто жаловалась мне, как скучно проводить свободный день в одиночестве.
— И все же был человек, который приходил на ужин в вашу квартиру и который был с ней в последнюю ночь перед отъездом?
— Да. Но она никогда не упоминала о нем, и я никогда его не видела.
— Вы совершенно уверены, что она не уехала той ночью?
— Я проспала и собиралась на работу в спешке. Деньги на камине я заметила только, когда вернулась. Их могли туда положить и ночью.
— Не упоминала ли она в разговоре с вами человека по имени Генри Рутланд?
Ирен покачала головой.
— Нет.
— У нее был браслет с брелоками. Приходилось его видеть?
— Да, я его часто видела.
— Среди брелоков вы не замечали золотого яблочка?
Ирен явно удивилась.
— Да, конечно. Мистер Ройс подарил ей этот браслет. Это произошло вскоре после того, как она получила работу в «Золотом яблоке». Во время первого выступления она произвела фурор, и мистер Ройс подарил его на память об удачном дебюте.
— Гамильтон Ройс? Это владелец клуба, не так ли?
Она кивнула.
«Гамильтон Ройс — Генри Рутланд, — подумал я. — Может быть, это одно и то же лицо? Инициалы одни и те же».
— Вы его когда-нибудь видели? — спросил я вслух.
— Никогда. Хотя Фрэнки говорила о нем не часто, но мне кажется, она ему симпатизировала.
— Она его когда-нибудь описывала?
— Что-то не припоминаю, но у меня сложилось впечатление, что она считала его весьма красивым.
Я решил, что мне придется взглянуть на мистера Ройса. Он меня заинтересовал.
Мы проболтали еще полчаса, но больше ничего стоящего я не узнал. Все, что Ирен могла сообщить мне, она уже выложила. Зато у меня появилась еще одна ниточка. Следующий мой ход — попытаться увидеть Ройса.
Я отвез Ирен домой, пообещал, что дам ей знать, если мне удастся совершить какие-нибудь поразительные открытия, и вернулся в «Приморский».
Войдя в номер, я забрался в постель и, лежа в темноте, принялся обдумывать добытые сведения.
Совершенно ясно, что Фэй скрывала от всех загадочного знакомого. Даже от Ирен. Если у них были такие дружеские отношения, наиболее естественным было бы поговорить о нем с подругой. Но Фэй этого не сделала. Почему? Был ли это Ройс? У меня в руках имелась одна лишь маленькая зацепка: этот человек курил египетские сигареты. Несколько необычно, но не так, чтобы совсем уж. Уехала ли Фэй ночью второго августа? Если да, то вполне возможно, что она это сделала в компании своего друга: я не забывал о том, что Фэй Бенсон и Генри Рутланд зарегистрировались в «Шэдоу-отеле» в один и тот же день. Разрыв во времени между вторым августа — днем ее отъезда из Тампа-Сити — и девятым августа — днем прибытия в Уэлден — озадачивал меня. Семь суток — где она находилась и что делала в течение недели?
— Думай об этом, Шерлок, — сказал я себе, — эти семь дней могут оказаться ключом ко всем тайнам. Раскуси этот орешек.
Заснул я только после двух.
2
На следующий день, вскоре после полудня, я подъехал к дому Хартли.
Открывший дверь Мальчик-филиппинец провел меня в гостиную и сказал, что пойдет узнать, сможет ли мистер Хартли принять меня.
Мне пришлось прождать полчаса, прежде чем появился художник в красно-белом полосатом халате, надетом поверх серо-перламутровой пижамы. Выглядел он прескверно, но по крайней мере был умыт и гладко выбрит.
— Снова вы, — бросил он вместо приветствия, с трудом передвигаясь по ковру в направлении бара. — Виски или джин?
Я ответил, что виски это как раз тот напиток, который нужен. Он приготовил две большие порции виски с содовой, протянул мне стакан дрожавшей, как осиновый лист, рукой и, рухнув в кресло, сделал глоток. Его всего передернуло, и он умиротворенно закрыл глаза.
— Солнечный свет и ранние посетители страшнее всех видений ада, — мрачно изрек он. — Порой мне хочется поселиться на другой планете. Вам никогда не хотелось жить, скажем, на Луне?
Я ответил, что с тех пор, как я узнал, что там нет воздуха и очень холодно, мне никогда не приходилось серьезно рассчитывать на Луну, как на постоянное место жительства. Он вытаращил на меня глаза и пожал плечами.
— Возможно, вы и правы, но подумать только, как там было бы спокойно! — Сделав еще глоток, он спросил: — Так с чем, старина, вы пожаловали на этот раз?
— Вы член клуба «Золотое яблоко», я прав?
Казалось, он удивился.
— Совершенно верно, а что в этом предосудительного?
— Я хочу, чтобы вы провели меня туда сегодня вечером.
Он изумленно взглянул на меня, улыбнулся и поставил стакан на журнальный столик рядом с собой.
— А вы веселый малый! Итак, хотите, чтобы я захватил вас с собой в клуб, так, что ли? Это весьма любопытно, мистер Слейд, так вроде вас зовут?
— Слейден, — поправил я.
— Виноват, — он нащупал рукой стакан и поднял его на уровень глаз. — Ваше предложение, мистер Слейден, звучит весьма предосудительно. Что позволило вам вообразить, что я возымею намерение сводить вас вечером в «Золотое яблоко»? Не хочу показаться грубым, но рассудите сами: мы встретились впервые вчера, а сегодня вы заявляете, что я обязан провести вас в наиболее дорогое из злачных заведений на всем побережье и тратить на вас свои трудовые денежки. Не обижайтесь, мистер Слейден, но когда я завожусь и начинаю сорить деньгами, то предпочитаю тратить их на девушек, которые чувствуют себя обязанными сполна со мной рассчитаться. Понимаете, что я имею в виду?
Я рассмеялся:
— Конечно, я не девушка и рассчитаться с вами сполна вряд ли сумею — не те у меня наклонности — но в данном случае речь идет о деле и весьма серьезном. У меня есть все основания полагать, что Фрэнсис Беннет убита.
Он выплеснул виски себе на халат, но даже не заметил.
— Убита?
— Да. Поэтому мне необходимо проникнуть в клуб и посмотреть что к чему на месте. Вы — единственный знакомый мне человек в городе, вхожий туда, и окажете полиции услугу, если проведете меня в «Золотое яблоко».
Он устремил взгляд в ковер и стал размышлять. Судя по тому, как он сморщился, процесс этот протекал болезненно.
— Ее убил кто-то из клуба?
— Не исключено, — я хотел было попросить его рассказать, как выглядит Ройс, но решил промолчать. Он смог бы, вероятно, прийти к заключению, что я подозреваю в убийстве Ройса, а если бы такие слухи распространились, я наверняка попал бы в настоящий переплет.
— Не вижу способа, как провести вас туда, мистер Слейден, — покачал головой Хартли. — Если это и удастся, то лишь повредит и вам, и мне. Объясню почему. Я считаюсь в клубе завсегдатаем, но ни разу не был там в обществе мужчины. Ни разу. У подъезда дежурит настоящий головорез. Вы не должны появляться в клубе вместе со мной, если не хотите вызвать подозрение у его членов.
— Но это необходимо, — настаивал я. — Если бы можно было обойтись без визита в клуб, я бы вас не беспокоил.
На некоторое время он опять погрузился в раздумья и вдруг щелкнул пальцами.
— Я проверну это дело, — воскликнул он. — Попрошу Сюзи провести вас. Она — член клуба и всегда приглашает туда своих приятелей. Как вы на это смотрите?
