получил большой отпуск. Конечно, сначала все же занялся работой, потратил две недели на работу в министерстве, там вопросов накопилось аж жуть. Что радовало, вопросов о нововведениях со стороны сотрудников. Проще говоря, люди, получив разрешение работать, как считают нужным, включили головы, и понеслось… Теперь работаем над тем, чтобы из всего потока предложений выбирать самые нужные, и труд предстоял немалый. Знаю я наших людей, сначала им не дают работать, а когда разрешают, они такое выдумают, что страшно становится. Пришлось провести лекцию, да не одну, на тему рационального подхода в строительстве. Довел до людей мысль, что не нужно изобретать новые проекты домов, школ или административных зданий, нужно совершенствовать технологии и материалы. Кто мешает разрабатывать новые машины и оборудование, подъемные краны, самосвалы. Скажете, при чем тут Минстрой? А как иначе, ведь вся эта техника используется и на стройках! Внес рацпредложение по разработке электро- и бензоинструмента, отослали в министерство машиностроения, оттуда в приборостроение, концов не найти, но благодаря отношениям с генсеком удалось решить и этот вопрос. Попутно закинул удочку на аккумуляторный инструмент, оказалось, все дело в химиках и физиках, нет возможности делать хорошие батареи. Переговорил с Шелепиным насчет Африки, нам нужен кобальт и литий, в стране он есть, но добыча сложная, а в Африке чуть не под ногами лежит. Институты загрузили разработкой нового вида аккумуляторов. За счет того, что сообщил им, какие металлы можно использовать, думаю, сократил время на разработку. Понятно, сообщение о литии даже трижды умному человеку не означает, что тот мне батарейки сделает через пару дней, но ускорит работу точно. Все преподносилось не как чья-то блажь, а как разведданные, полученные из-за границы. Короче, две недели без продыху пахал, как раб на галерах, уставая как колхозная кляча, но зато получил отпуск и со спокойной душой уехал в деревню. Кстати, предлагали Крым, но я отказался, тут еще и дядя Коля выписался из госпиталя, операции у него закончились еще летом, было их три, вот и поехали все вместе в нашу любимую деревню. Охраны нам дали аж пять человек, парни займут свободный дом, это я настоял, заявив, что не дам бойцам жить в машинах, ну и к тому же у них ротация через две недели. То есть они будут меняться, а не жить на постоянной основе в нашем захолустье. Перед самой отправкой лично переговорил со спецами, оказалось, им такая командировка даже нравилась, все не в городе сидеть, где постоянно глаз да глаз нужен.
– Да вы что, Александр Сергеевич, это ж курорт, а не служба! – ответил мне за всех старший группы охраны.
Конец сентября это не июль, а в нашем регионе климат вообще дурацкий, сказывается близость искусственного водохранилища, оно формирует свой микроклимат в окрестностях города. Частые смены ветров, дожди если начинаются, то идут часто не один день подряд, или, наоборот, засуха. Чаще всего в это время уже холодно, но бывает и как сейчас, плюс пятнадцать, дождей нет неделю и стоит самая настоящая золотая осень, красота да и только.
Дядя Коля ходит пока с трудом, но на рыбалку мы выбрались буквально на следующий день, как приехали в деревню. Уж слишком давно не были на воде, соскучились. Да и рыбки хотелось, покупную я принципиально не ем, даже не хочется.
Уезжая в прошлый раз в спешке по вызову из Москвы, толком не законсервировал свою лодку, лишь запер в сарае, слегка ополоснув. За это время с посудиной ничего не случилось, лишь осмотрел ее, да и выкатил на воду с помощью соседа-фронтовика. Двигатель запустился мгновенно, как будто ждал, лишь первые секунды подымил, почти сразу придя в норму. Все проверив, одевшись потеплее, все же вода уже здорово остыла и на реке холодно, мы отправились в путь. В этот раз решили сходить на море, это мы в нашем городе всегда так зовем водохранилище. Просто оно очень большое, да и шторма тут бывают далеко не детские, к тому же налетающие внезапно, погода иной раз меняется буквально за полчаса. Вот вроде солнце светит и ветра почти нет, но тут же все может измениться, и человек в лодке очень рискует, у нас тут и баржи переворачивало, не то что лодки.
Ушли мы с дядей Колей далеко, ближе к концу водохранилища, в Дарвинский заповедник. В том районе такой знатный коряжник, только успевай блесны отцеплять, здесь когда-то до затопления местности дубовые леса и дубравы стояли. Зато за каких-то полдня мы наловили столько хищника, что появилось опасение, дойдем ли теперь до дома. Мне удалось взять трофейного судака, на те снасти, какими сейчас мы пользуемся, дернуть рыбину на двенадцать килограммов – достижение. Тут нет японских шнуров из двадцать первого века, нет бланков из карбона, даже сделанная мной катушка-мясорубка далеко не та, что используется в моем прежнем мире, примитив. Так что судачина на двенадцать кило – достижение, да и нервы потрепал изрядно, попробуй выдрать такого из родной стихии! Вот и нахапали от жадности шесть огромных судаков, самый мелкий был шестикилограммовым, пяток щук в среднем килограммов по пять и кучу окуней, даже считать не хотелось, просто очень много. Прикольно искать окуня в море, остановишься, сидишь в лодке, наблюдаешь. Тишина вокруг, красота. Полчаса-час сидишь, затем бац, появляются чайки, огромной стаей, и ну давай кружить в одном месте. Ясно-понятно, окунек зашевелился, бегом туда. Из-под чайки бить окуня интересно, да и он, несмотря на скромные размеры, особенно в сравнении с судаком и щукой, дает рыбаку прикурить.
Вернулись уставшие, на последних парах бензина, километрах в десяти от дома нас все-таки накрыл дождь, быстро превращавшийся в приличную бурю. Едва разгрузив рыбу, рухнул спать, не удосужившись даже помыться. Кстати, летом, в прошлый приезд, я успел все же поставить газовый нагреватель в устроенный прямо в доме душ, и чтобы помыться, теперь вовсе не обязательно топить баню.
– Как ты думаешь, сколько на этот раз тебе дадут отдохнуть, неделю, две? – с утра, под чистку рыбы, Катерина завела разговор.
– Да хрен их знает, – пожал я плечами, – сама все знаешь.
– Сань, я тебе говорила тогда: подумай…
– А я и подумал, – с важностью ответил я. – Думаешь, я сам не понимаю, во что влез?
– Думаю… – жена задумалась, – не знаешь.
– Поясни, – предложил я.
– Ты думаешь, что только военные были недовольны сменой власти? Думаешь, вы устранили все угрозы?
– Сомневаюсь, – я заметил, как Катя вздрогнула. Она всегда в такие моменты напряжена, и от того, что я собираюсь сказать, зависит результат, увижу я, как плечи моей любимой женщины опустятся вниз, расслабляясь, или нет. – Только теперь, как меня убедили, все будет несколько по-другому.
– Это
