ярко-красный по мере удаления от носа к хвостовой части, четко указывая что
ближайшие к кабине пилотов кресла были почти не повреждены, ближе к середине
салона – более разрушены, а те что находились в задней части – практически
уничтожены. Самая высокая концентрация красного была ближе к хвосту слева.
Лоури ввел новый код и мы увидели новую схему.
- Это расположения пассажиров по билетам, но самолет не был полным, так что
пассажиры могли и пересаживаться. Полетный самописец в кабине пилотов показывает
что капитан не выключал табло «Пристегните ремни!», так что большинство пассажиров
должны были оставаться на местах. Так же из данных самописца следует, что он
отпустил стюардесс в салон для обслуживания, и они могли быть где угодно.
- Так вы сможете сказать кто сидел в креслах, а кто нет?
- На восстановленных креслах будем искать доказательства того что ремень безопасности
был использован, порван и есть ли какие-либо следы телесного контакта.
Я слушала его и думала что к телам, наверное, также применят цветовую кодировку, как
это сделали с креслами: зеленый - неповрежденное тело; желтый - разбитая голова или
потеря одной конечности; синий - потеря двух конечностей и разбитая голова, или ее
отсутствие; красный - потеря трех и больше конечностей или расчлененное тело.
- Из отчетов аутопсии мы также сможем узнать где находились пассажиры - по степени
проникновения различных материалов в тело, по тепловым или химическим ожогам. Мы
постараемся также проанализировать соотношение полученных ран с соответствующими
повреждениями кресел.
- Зачем? – спросил Райан.
- Считается что движение самолета вперед в совокупности с пристегнутым в кресле
телом, приводит к солидным перегрузкам и в итоге к разного рода повреждениям самого
тела.
- Это если пассажир сидит в кресле и пристегнут.
- Именно. Кроме того, в катастрофах, которые вызваны ускорением вперед, кресла
стоящие в сторону движения, деформируются в этом направлении. Во время взрыва в
воздухе, такого может не произойти так как части самолета могут отвалится раньше.
- И что?
- Учитывая что мы уже восстановили более 70 процентов кресел, можно говорить что
наибольшие повреждения получили кресла из той части салона что ближе к хвосту. Из
них менее 40 процентов были деформированы именно в направлении падения, то есть
вперед.
- Что означает - разрушение произошло в полете.
- Без сомнений. Группа Сьюзен до сих пор ищет причину вызвавшую крушение. Они
попробуют реконструировать всю последовательность разрушения самолета, но
совершенно ясно, что произошел какой-то внезапный, катастрофический толчок именно в
воздухе. Это объясняет почему на землю упали обломки фюзеляжа такими маленькими
частями. Меня несколько удивляет тот факт что почти все обломки такие маленькие, но
такие вещи никогда не происходят по правилам. А вот что совершенно ясно так это то,
что кресла во всех секциях подверглись идентичной ударной нагрузке.
Он снова ввел код и на экран вернулась первая цветная схема.
- Еще есть сомнения в точном расположении взрыва. – Он указал на алое пятно с левой
стороны задней части салона.
– И, кстати, взрыв это совсем не обязательно бомба.
Мы все обернулись на голос и увидели Магнуса Джексона, стоящего в дверях кабинки.
Он довольно долго смотрел на меня, но так ничего и не сказал. Цветная радуга на
мониторе пылала у нас за спинами.
- Версия с ракетой подтверждается некоторыми новыми данными. Есть три свидетеля,
видевшие некий объект взлетевший с земли.
Мы молча ждали продолжения.
Райан положил руку на спинку своего стула.
- Я беседовал с преподобными Клэйборном и Бауманом. Оценил бы их IQ на уровне
гусеницы.
Мне стало интересно откуда Райан знает об уровне интеллекта у гусениц, но я не стала
его об этом спрашивать.
- У всех трех свидетелей показания фактически идентичны.
- Как и их генетические коды.
- Эти свидетели пройдут тест на детекторе лжи? – поинтересовалась я.
- Да они небось думают что микроволновка сможет спалить их гениталии! – вставил
Райан.
На это Джексон едва заметно улыбнулся, но меня шутки Райана стали раздражать.
- Вы правы, - ответил Джексон. – Здесь, в сельских районах к правительству и науке
относятся с сильным подозрением. Свидетели отказываются подвергаться тесту на
детекторе потому что считают что правительство может воспользоваться этой
технологией чтобы зомбировать их.
- Может перезагрузить?
На этот раз Джексон улыбнулся более заметно. Затем дознаватель внимательно
посмотрел на меня и, не сказав ни слова, ушел.
- Мы можем вернутся к схеме салона? – спросила я.
Лоури нажал несколько клавиш и на экране появилась схема.
- А вы можете нанести цветовую схему поврежденных кресел на эту?
Еще пара пасов над клавиатурой и появилась цветовая гамма Сера.
- Где место Марты Симингтон?
Лоури указал на первый ряд первого класса – 1А.
Голубой.
- А Шри-ланкийский студент по обмену?
- Анурудха Махендра – место 12F, у правого крыла.
Синий.
- Где был Жан Бертран и Рэми Петричелли?
Палец Лауэри уткнулся в последний ряд слева.
- Двадцать три A и B.
Пламенная краснота.
Эпицентр.
===========
* Французский художник-пейзажист, 1859–1891 гг.
Глава 11
Позже мы с Райаном купили себе по сосиске в «Хот-Дог Хэвен» и съели свой ланч на
вокзале Грейт-Смоуки-Маунтин, наблюдая за проходящими мимо туристами. Погода
была теплой и в половине второго температура поднялась до 80 градусов по Фаренгейту.
Еле слышно шуршал ветерок, солнце припекало. Бабье лето в стране чероки было в
самом разгаре.
Райан пообещал мне поинтересоваться как продвигается идентификация жертв, а я
пообещала поужинать с ним вечером. Когда он ушел, я почувствовала себя как
домохозяйка, дети которой ушли в школу и ей предстоит долгий, скучный день
ожидания.
Вернувшись в отель я снова пошла с Бойдом на прогулку. Пес вел себя хорошо, и
прогулка пошла мне на пользу. У меня было полно свободного времени, я была
раздражена и физическая нагрузка это то что мне как раз было нужно. Кроу еще не
звонила, а попасть в суд я не могла до понедельника. А так как меня не пускали в морг и
для своих коллег я была персоной нон-грата, все мои изыскания по поводу ноги
пришлось приостановить.
После прогулки я пыталась почитать, но к половине четвертого не выдержала. Прихватив
свою сумку и ключи я решила покататься.
Сразу за Брайсон-Сити я заметила знак границы территории чероки.
Даниэль Винета был чероки. Интересно, он жил в резервации когда пропал? Я не смогла
этого вспомнить.
И через 15 минут я уже была там.
Когда-то чероки жили на территории Северной Америки протяженностью в 135 тысяч
миль, включавшей земли восьми нынешних штатов. В отличии от остальных индейцев,
ставших популярными благодаря вестернам, чероки жили в деревянных хижинах, носили
тюрбаны и позже приняли европейский стиль одежды. При помощи алфавита Секвойи*
их язык стал понятным в 1820-х годах.
В 1838 году, во время самой печально известной предательской кампании, индейцев
чероки прогнали с их земель за 1.200 миль, в западную Оклахому. Этот поход потом
окрестили Дорогой Плача. От переживших это страшное время и пошел род западных
чероки. Восточные чероки появились от немногих укрывшихся в горах Смоуки-Маунтин.
Проезжая мимо указателей «Индейская деревня Оконалафти», «Музей индейцев чероки»,
театр под открытым небом «На родных холмах», я, как обычно, почувствовала злость на
несправедливость и жестокость судьбы. Невзирая на коммерческое использование, эти
современные предприятия все же являются попыткой сохранить свое наследие и
демонстрируют упорство народа, который мои благородные предки – американские
пионеры, жестоко обманули.
Рекламные щиты казино «Харра» и гостиницы «Чероки-Хилтон» живое доказательство
тому что потомки Секвойи прекрасно воспринимают культурные заимствования.
Так же поступают и чероки из города, где магазины с кожаной одеждой, ножами и
мокасинами стоят стена к стене с сувенирными торговыми центрами, магазинами
бузделушек, ларьков с мороженым и фаст-фудом. «Индейский магазин», «Пятнистая
лошадка», «Лавка Тамагавка», «Скво и Бак». Крыши в виде вигвамов и разукрашенные
