Читаем без скачивания Не спеши умирать в одиночку - Сергей Гайдуков

— Я её не пускал. Она сама вошла. У нее есть ключи, — я все-таки решил выбраться из кресла и подойти к женщинам поближе. Пока они не вцепились друг другу в волосы.

— Ключи?! Еще одни? Это интересно... — Тамара раскрыла ладонь и властно бросила Юле: — Давай сюда.

Юля явно колебалась. Но увидев, что я не просто стою за спиной Тамары, но еще и перекрываю путь наружу, она бросила Тамаре ключи. Естественно, не добросила, и связка брякнулась на пол.

— Молодец, — ласково прошептала Тамара. — А теперь скажи, какого черта ты сюда приперлась?

— Вот, — Юля вытянула левую руку с маленьким пакетом с флакончиками из туалетной комнаты. — Это мои вещи, я хотела их забрать.

— Забавно, — скривилась в ехидной усмешке Тамара. — Это офис или дом свиданий? Зачем было держать столько парфюмерии? Для обработки налоговых инспекторов?

Мне показалось, что Юля сейчас упадет в обморок. Лицо ее побледнело, губы сжались в тонкую линию.

— Я знаю, — с садистской интонацией победителя продолжала Тамара. — Я все знаю. Поэтому забирай свои пузырьки и убирайся отсюда. Я знаю про все твои делишки с Джорджиком, и поэтому ты должна понимать, какие у меня к тебе чувства.

— Все делишки? — как робот повторила Юля. — Все знаете? А что ж вы тогда комедию ломали?

— Ты комедию ломаешь, не я, — отрезала Тамара. — Твое время истекло, девочка.

— Что это значит? — переспросила бледная как мел Юля.

— Это значит, что ты должна уйти. Раз и навсегда.

И не заикайся больше насчет выходного пособия. Мне кажется, Джорджик и так тебе переплатил.

Тамара сделала мне знак, и я посторонился, освобождая Юле путь к двери. Она шла, прижав к груди пакетик с парфюмерией, будто это была самая дорогая для нее вещь в мире, и... Мне было ее жалко. Мне всегда жалко смотреть на женщин, которые метелят друг друга из-за какого-нибудь придурка с волосатой спиной. Мне кажется, что эта игра не стоит свеч. Но у женщин по этому вопросу, как правило, другое мнение. На то они и женщины.

3

Тамара дергалась еще минут десять после ухода Юли. Сядь она за руль в таком состоянии, она бы привезла нас обоих прямой дорогой в морг. Поэтому я постарался ненавязчиво оттеснить ее от «Ягуара». Я также дал ей выговориться, выругаться и наплеваться вдоволь. Еще я сбегал в ближайший ларек и купил там банку «Спрайта». Это для ее полного успокоения.

— Ну и стерва, — бормотала по инерции Тамара, заливая ярость холодной газировкой. — Разыгрывала вчера из себя пай-девочку! «Вот вам ключи, а я пошла домой, потому что мне теперь тут больше нечего ловить!» А с утра по-тихому назад! И ключи у нее, оказывается, еще есть! Интересно, что она собиралась спереть из офиса?

— Кресло из кабинета Джорджика, — брякнул я, надеясь, что это сойдет за шутку. Тамара посмотрела на меня как на идиота. Не сошло.

— На хрена ей это кресло сдалось? Она наверняка на что-то ценное раскрыла пасть, а не на кресло и не на эти жалкие пузырьки с подкрашенной водичкой, — Тамара нервно дернула головой. — А ты тоже хорош! Нет чтобы спрятаться да понаблюдать, что она тут будет делать! Небось сам выскочил навстречу здороваться? Надеялся, что и тебя поведут на диванчик развлекаться?

— Какая пошлость, — поморщился я. — Я вообще подумал, что это ты пришла. Пятнадцать минут уже кончились...

— Я пришла! — Тамара фыркнула и швырнула пустую банку в урну. Ее рука не дрогнула, глазомер не подвел, а стало быть, Тамару можно было сажать за руль «Ягуара». Что я и сделал.

Список, который вчера Юля передала Тамаре, состоял из восьми фамилий. Верхние шесть были вычеркнуты.

— Зачем ты их так? — спросил я Тамару.

— Это не я. Это либо Джорджик, либо Юля. Видишь, все фамилии написаны разными чернилами, наверное, в разное время. Это давний список, понимаешь? Все восемь никогда не работали вместе, работали двое-трое. Потом они уходили, их вычеркивали, брали новых людей и их фамилиями продолжали список.

— Ух ты! — поразился я такой недюжинной смекалке.

— Должен же кто-то из нас шевелить мозгами, — ответила Тамара. Видимо, это была ирония. — Я точно помню, что человек под номером два был у нас дома года полтора назад. И больше я ничего о нем не слышала.

— То есть у Джорджика была кадровая текучка, — продемонстрировал я свое умение шевелить мозгами. — Если за полтора года на двух-трех должностях сменилось восемь человек. Это многовато.

— Многовато, — согласилась Тамара. — Хотя, — ее глаза вновь хищно прищурились, — с секретаршей у него не было текучки. Юля работала в конторе чуть ли не с первого дня. Стерва.

— Давай будем говорить не о стервах, а о деле, — предложил я. — Две нижние фамилии не зачеркнуты, значит, это и есть те двое, что работали на Джорджика в последнее время. Это те люди, которые лучше всего знают о положении дел в Джорджиковой конторе. У них есть свежая информация. В том числе и по деньгам Джорджика.

При словах «деньги Джорджика» Тамара встрепенулась и предложила не тратить время зря, а немедленно отправиться по адресам этих двоих. Я не возражал. Тамара вцепилась в руль, затянутые в синие джинсы ноги лупили по педалям, «Ягуар» стонал, не принимая такого к себе обращения, но Тамаре было плевать — ее переполняла энергия, и это чувствовалось даже без физического контакта, просто при осторожном взгляде.

Сначала мы поехали к Михе, тому самому деятелю, который, по уверениям Юли, возглавлял работу с ценными бумагами. Я уже настолько привык к тому, что все, связанное с Джорджадзе, выглядит, мягко говоря, странновато, что даже удивился, попав в совершенно заурядный офис. Мы с Тамарой постояли тихонько у стеночки и с еще большим удивлением поняли, что люди здесь не только прикидывались работающими, но, похоже, и вправду работали. Если можно назвать работой покупку одних бумажек и продажу других. Ну да ладно.

Миха выскочил в коридор, вызванный секретаршей, увидел нас и зачастил, нетерпеливо прихлопывая в ладоши:

— Ну! Только в темпе, в темпе, в темпе...

— Моя фамилия Джорджадзе, — медленно произнесла Тамара, и Миха мигом перестал хлопать.

— В темпе не получится, — грустно сказал он. — Давайте выйдем на улицу.

— Боитесь, что кабинет прослушивается? — осведомилась на ходу Тамара.

— Что?! — Миха поежился. — А что, уже достукались и до такого?

— До какого?! — Тамара, похоже, хотела поймать Миху на чем-то, но на чем именно — не знала. Поэтому ни черта у нее не получилось. Миха просто стал нервно щелкать подтяжками и озираться по сторонам.

— Это ваше? — кивнул он на «Ягуар». Тамара подтвердила. — Значит, вы и вправду жена Георгия Эдуардовича. Он как-то обмолвился, что жена у него на таком ездит.

— Могу документы показать, — сказала Тамара.

— Лучше покажите, — ответил, подумав, Миха. — Оно спокойнее, когда с документами.

Изучив паспорт Тамары, он бросил подозрительный взгляд на меня, но потом догадался и выложил свою догадку:

— Телохранитель?

— По крайней мере, старается.

— То есть можно говорить нормально, без всяких шифров, — сделал вывод Миха и вздохнул. — Ну вот что. Я слышал, что случилось с Георгием... И мне очень жаль. На полном серьезе. Но я сижу тихо и не рыпаюсь. Менты ко мне пока не приходили.

— А должны прийти? Почему? — поинтересовалась Тамара, пока я изображал из себя тупоголового охранника и надувал щеки.

— Как почему? Мы же числимся дочерней фирмой Георгия Эдуардовича, — пояснил Миха. — И раз Георгий умер не от сердечного приступа, то будут копать — кто, зачем, почему. Конечно, в первую очередь будут шерстить его бизнес. Доберутся и до меня. Ох! — Миха поежился. — Как это все не вовремя...

— Почему не вовремя? — Тамара как заправский следователь не сбавляла темп.

— Потому что мы только стали выкарабкиваться после кризиса, а тут... — Миха раздосадованно махнул рукой. — Кстати, а вы, извините за хамство, зачем приехали?

— За деньгами, — просто сказала Тамара.

— Ну да, — Миха снова щелкнул подтяжками. — За чем же еще. А вы вообще в курсе наших с Георгием отношений?

— В общих чертах, — не моргнув глазом ответила Тамара.

— Просто он говорил, что все самое ценное в его жене начинается ниже шеи. Имея в виду, что вы не интересуетесь бизнесом.

— Сволочь, — сказала Тамара и пояснила покрасневшему Михе: — Это я про Джорджика. Ну так что там насчет бизнеса?

— Просто вы сказали — за деньгами. Вы, наверное, думаете, что раз мы дочерняя фирма «Талер Инкорпорейтед», то периодически должны отстегивать какой-то процент Георгию.

— Само собой.

— Ни фига, — улыбнулся Миха. — Тут совсем другая схема. И вам она не понравится.

— То есть?

— Объясняю. Я пришел в «Талер Инкорпорейтед» по объявлению. Георгию был нужен программист, но не на «постоянку», а чтобы установить систему, загрузить программы и так далее. Я все это сделал, получил свои бабки, а Георгий мне и говорит: «Не хочешь свое дело открыть?» Я говорю, что, мол, не против, только бабок на раскрутку нет. Георгий сказал, что бабки он даст. Ну а я что — я обрадовался. И подумал, вот как вы сейчас: он будет с меня стричь каждый месяц свой процент. И спросил Георгия напрямик. Он говорит: "Нет, давай по-другому. Бери бабки, раскручивайся и все такое. Когда раскрутишься, вот этот первоначальный капитал, что я тебе выдал, вернешь. И можешь больше ничего не платить. Но твоя фирма будет числиться дочерней «Талер Инкорпорейтед». Я удивился, а он рукой махнул. Что, говорит, мне с тобой мелочиться? Ну, какую ты мне прибыль сможешь дать — доллар в месяц? Да еще разоришься чего доброго! И как-то странно он это сказал: «Еще разоришься, чего доброго! Мне тогда опять другого искать, а на хера мне головная боль лишняя?»