даже не существовало той проклятой субботы. Хотя… Было хорошо… До похмелья.
Залезаю в привычную чёрную офисную юбку, надеваю кипельно-белую блузку, с бантиком на шеи. Волосы собираю в высокий хвостик, заранее накрутив кончики светлых прядей, которые теперь струятся вдоль спины. Добираться не на машине Лео, а на такси стало ужасно неудобно и, безусловно, дорого. Туда и обратно каждый будний день, так ещё надо выезжать на выходных, а любителем общественного транспорта меня совсем не назвать.
На секунду, когда я останавливаюсь у высотки компании, понимаю, как она изменилась внутри, поменялась в дизайне, а всё из-за прихода одного сдержанного и несдержанного одновременно парня. Двадцать девять. Добился всего. Наслаждается каждой минутой, секундой своей шикарной жизни. Блистает на обложках журналов, ездит либо с водителем, либо на дорогих спортивных тачках. Оказывается, встречался с известной моделью, которую вчера возможно бросил. Его фотографии по всему интернету, имя ежемесячно красуется на первой странице газет.
И именно это мой босс, к которому я сейчас направляюсь в кабинет, первым делом, даже не забежав к себе. Надо отдать вчерашнюю футболку и кое-какие документы, которые мне вручила Кейтлин, вроде пришли по почте главному директору. Неуверенно стучусь, ёжась каждый раз, как в первый раз.
— Входи, Джессика. — Слышу тёплый голос, наполненный добротой, и мои щёки автоматически под натиском такой беспечности горят. Ну как узнал, что это я?
— Здравствуйте, Мистер Стайлс… — продолжаю показывать откровенно свою неуверенность, но всё-таки цокаю каблучками по тёмной плитке, — Вам пришли кое-какие документы, решила сразу занести и спросить, есть какие поручения?
Зелёные глаза изучают пытливо, будто я должна сказать что-то ещё, возможно сделать, не знаю. Реверанс нужен? Но я стою и покорно молчу.
— Я сегодня уеду после обеда, перенеси встречу с Мистером Томлинсоном. А поручения… Тоже не задерживайся, как только всё будет готово. Ещё что-то есть?
— Нет, — и он непонимающе опускает глаза, — То есть да, — тут же трепетно и даже игриво поднимает глаза обратно, — Принесла вашу футболку. Постирала. Погладила!
— Эм… Спасибо? — неуверенно забирает пакет, где лежит вещица, — Можешь приготовить кофе? — и я тут же качаю головой, — Только не плюй туда!
Это вызвало некую улыбку. Ни радостную, ни умилительную, ни заинтригованную, просто звучало так беспечно и свободно, будто это подкол друга. Но это не друг. Босс на работе, неприятель в жизни.
Открываю дверь в свой кабинет и, конечно, глаза не упускают то, что буквально кричит о своей шикарности, богатстве и вычурности. Огромный букет светло-розовых роз. Достаю, затесавшуюся между бутончиками, визитку.
«Г.» — одна единственная буква, но не сложно догадаться, кто отправитель.
Вот чёрт.
Глава 12
Глаза невольно скользили вдоль и поперёк бёдер, облачённых в чёрную ткань юбки, они так заманчиво покачивались из стороны в сторону, манили своей красотой. У неё такая аккуратная, мягкая, пышная попка, которую можно массировать часами без остановки — этим бы я и занимался в свободное время, но она качает ею, показывая, что ни за что, просто так, не достанется. Да, ей нужны ухаживания, скорее всего те, что базируются не на огромной сумме потраченных денег, а на внимании. Думаю, Джессика из тех девушек, которую надо сводить посмотреть на лошадь, а не потратиться и купить свою, надо лучше посмотреть на звёзды, а не купить очередную, названную в честь неё. Голубые глаза просят не горы золота и бриллиантов, а простое человеческое взаимопонимание. И если я хочу вновь быть с ней в физическом плане, по обоюдному согласию, надо, как бы прискорбно не звучало, проявить всё своё мужское внимание к её персоне.
А она даже ничего не сказала о цветах, что я с утра пораньше купил и тихонечко пронёс в офис, чтобы ни единая душа не узнала. Может, она моего имени не помнит, поэтому и не понимает, что написано в записке? Хотя как она его может не знать?
Джессика всё же позже появилась на пороге моего кабинета с чашечкой горячего кофе и даже парочкой конфет. Возможно это тоже проявление заботы? Флирт? Господи, как же я отчаялся, раз пытаюсь найти флирт в глупых шоколадных конфетах! С её уст не слетело и слова о цветах, о действительно красивом букете роз, которые я самостоятельно выбирал минут десять. Светло-розовый — её цвет. Цвет женственности, нежности и некой невинности.
— До свидания! — специально громко прощаюсь с одной из сотрудниц, рядом с которой и стоит это светловолосое создание.
— До свидания, Мистер Стайлс! — отвечает, но не она. Джессика же опустила взгляд в свою чашку, начиная обводить большим пальцем её контур. Даже не удостоила секундным взглядом, не подняла голубенькие глазки. Ничего.
Принимаю этот момент за поражение и, пока еду на деловой обед, обдумываю дальнейший план действий. С ней надо быть аккуратным, галантным, нежным и очень покорным. Не подхожу ни под один параметр, но только я вспоминаю, как Джессика перепрыгивала через лужи, мочила свою одежду, но неслась к жениху с такой искренней любовью, — хочу то же самое. И одновременно понимаю — она не мой типаж, не моего поля ягода, не создана для меня. Возможно жених мог ей дать всю ту любовь, которую она наивно ищет, но не я.
* * *
Мне хочется секса. Аж всё зудит от того, как сильно хочется. Вчера было столько дразнящих, манящих девушек, которые сидели около бара в своих обтягивающих вызывающих платьях, изящно выгибая спинку, отчего бёдра визуально казались больше. Но я сдержанно отворачивал голову в сторону и продолжал участвовать в беседе с друзьями. Конечно, хотелось сделать привычное дело — заказать коктейльчик, кинуть парочку дешёвых комплиментов, заостряя внимание на красивых глазах и шикарной душе, и она бы поехала со мной. Но я не мог. Дал сам себе слово. Если растрачиваться на каждую мимо проходящую юбку, то тот самый запретный плод в виде Джессики никогда не достанется мне.
В итоге я смог «расслабиться» со своей же рукой, принимая утренний душ. Паршиво даже, что докатился до такого. Дома одному было ужасно, одиноко и в какой-то степени скучно, поэтому сегодня, как никогда, я хотел поскорее уехать на работу и увидеть те самые возбуждающие изгибы.
В достаточно приподнятом настроении, предвкушая очередной день с ней, выхожу из лифта на последнем этаже, и меня встречает просторная приёмная. Встречает неприятно. На столике, около которого обычно дожидаются своей очереди клиенты и партнёры, сейчас стоит ваза с моими розами. Выставила и дала понять, что не принимает. Очередное поражение на моём счету.
Сгребаю чёртовы
