- О, нет, повелитель, в том то и беда! Нашего флота не видно, а на реях бандитского судна развеваются наши вымпелы, в том числе - вымпел главного катамарана, на котором плыл ваш любимец, адмирал Эхаминил!
На лице утана возникло выражение крайнего смятения и даже некоторого испуга, но ненадолго. Через секунду он вновь стал грозным правителем.
- Все войска привести в боевую готовность! Все - на стены! Все катапульты - к бою! Чего вы все рты разинули?! Немедля готовьте мой дворец к обороне! Или вы, мои жирные, сытые ийзиры, до того отупели и до того испугались, что теперь и пальцем не пошевелите ради своего утана, а?!
Ийзиры повскакивали с мест и засуетились:
- Мы верны тебе, о повелитель! Как прикажешь, повелитель! Мы готовы отдать за тебя жизнь, если прикажешь!
- Набитые дураки! Мне нужны не ваши никчемные головы, а чтобы мой дворец и мой город не были сожжены!!
- Дозволь сказать, повелитель! - вставил фразу Шамад.
- Ну, говори!
- На вражеском корабле, на самой высокой мачте висел еще один вымпел и один флажок!
- Ну и что из того?!
- Вымпел был красный - значит, они привезли заложников, а раз так, они захотят обменять наших пленных на своих. Флажок же был белого цвета - значит, стрелять из своих катапульт они не намерены!
- А у нас есть их люди, ийзир Обас?
- О нет, повелитель! Может, они захотят освободить своих друзей - пустынных разбойников?!
- Хм, значит, точно ты не знаешь! Казначей, много ли денег в казне, может нам откупиться от этих варваров?
- О, повелитель, казна почти пуста - все средства ушли на Ваш флот и наёмников! Вряд ли триста золотых удовлетворят этих ненасытных тварей!
- Эй, Ухтафа, что скажешь нам ты? Чего они могут потребовать?
- Не знаю, повелитель! Всего!
- Да, очень мудро, нечего сказать! Ладно, я сам лично поднимусь сейчас же на крепостную стену, а вы следуйте за мной - не надейтесь отсидеться тут, пока ваш утан будет рисковать жизнью под стрелами врагов!
При помощи слуг утан облачился в легкие доспехи. То же самое сделали и его ийзиры. Все вместе они поспешили подняться на одну из башен портовой крепости. Весь город и порт затаились и утихли в тревожном ожидании.
В бухте действительно высилась громада необычного вражеского судна, увешанная вымпелами месдарских кораблей. С ее борта спустилась шлюпка, в середине которой возвышался шест с белым полотнищем - символ мирных намерений. В лодку погрузилось несколько пиратов и сам их предводитель - шарган с большим топором, висевшим за спиной. Она доплыла до середины бухты, там один из пиратов стал кричать в сторону крепости, что рангар острова Скала Черный Полумесяц хочет говорить с градоначальником, а лучше - с самими утаном. Пираты предложили утану выплыть навстречу им на лодке, но без охранников с луками.
Двенадцативёсельная лодка утана с балдахином на широкой корме вскоре встала борт о борт с лодкой пиратов.
Утан решил взять инициативу в свои руки:
- Как смеешь ты, шарганское отродье, приближаться к нашей священной столице?! Немедля сдайся, и я подумаю над твоей участью!
- Не в твоем положении, правитель, навязывать мне свои условия! - заявил рангар. - Видишь, какие украшения висят на реях моего корабля?! В трюме "Варраката" сидят в узах те, кого ты бездумно послал на верную гибель! Ты хотел легкой победы?! Так пожинай теперь ее плоды! Твои солдаты и офицеры впредь трижды подумают, прежде чем нападать на меня или моих людей!
- Какая наглость! Да стоит мне поднять руку, как башенные катапульты спалят это твое полено!
- У тебя неважно с глазомером, утан! Твои катапульты до моего судна не достанут, а вот нам хватит четырех-пяти залпов, чтобы поджечь твой город вместе с дворцом! Слушай меня внимательно, если не хочешь лишних жертв! Повторять дважды я не стану!
Утан нахмурился, но пробурчал:
- Говори!
- Я сдам тебе своих пленных, но не просто так - мне нужен выкуп!
- Какой еще выкуп?! О чем вообще я должен договариваться с тем, кто не имеет чести?! Ты подло убил посла, пришедшего к тебе с миром!
- Тебе ли, утан, рассуждать о чужой подлости! Он умер из трусости, потому что не захотел испробовать на себе ту отраву, которой ты его снабдил и которой он хотел опоить меня и моих ребят. Скажешь, все это было не по твоему наущению?! Или, может, ты при свидетелях принесешь торжественную клятву, что никогда не действовал против меня чужими руками?!
Утан надулся, но промолчал.
- Я знаю, у тебя нет денег сейчас - ты все истратил на корабли и наёмников! Посему я потребую с тебя другой платы!
- Какая плата тебе потребна?
- Мне хорошо известно, что твое могущество стоит на богатстве гнусных людей, которых я так ненавижу! Я говорю о работорговцах. Я мог бы потребовать, чтобы через час все они висели на крепостной стене, но не это мне нужно. Изгони их из города, утан, а мне отдай их торговые книги, все, что у них есть, даже самые старые. Все рабы должны получить свободу, и если пожелают, пусть покинут город. Я обещаю и клянусь, что буду брать на абордаж любое невольничье судно, если такое осмелиться прийти сюда! Капитана такого корабля я скормлю акулам! Если на борту будет его владелец или владелец "груза", его голову я пошлю тебе на "плоту радости"!
Невольничий рынок должен быть закрыт! И если когда-нибудь я узнаю, что в твоей столице все идет по-старому, я вернусь, и ты пожалеешь об этом! А сейчас вели подать сюда побольше лодок, твоим людям не терпится оказаться дома!
Утан ничего не ответил. Слуга утана подал знак. От крепости к "Варракату" подошли лодки, чтобы увезти бывших пленных на берег. На одной из них доставили тело адмирала Эхаминила. Утан был уже на берегу и страшно гневался:
- Собака!! Сын собаки!! Старый дурак утопил все мои корабли!! Выбросьте эту падаль в пески, пусть его тело склюют стервятники, а прочий прах пусть развеет ветер!! Он не заслужил права покоиться в земле моей столицы!!
Ийзиры, как могли, пытались утихомирить утана, но это было бесполезно. Он, определенно, срывал свою злобу на покойнике. Придворные посоветовали родственникам адмирала потихоньку вывести его за городскую стену и закопать незаметно, даже без могильного холма, дабы гнев правителя ненароком не пал бы на них самих…
…"Варракат" развернулся и лег на обратный курс. Рангар приказал боцману:
- Зарядите-ка кормовое орудие, справа по борту, "пулей". Я сам буду стрелять!
Из крепости видели, как над кормой корабля поднялся дым, что-то громыхнуло и что-то просвистело в воздухе, а потом ударило в стену. Полетели осколки камня. Часовые посмотрели с края стены - в месте, где сходились швы между тремя каменными блоками, теперь торчал чугунный шар, вбитый между ними…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
