До лавки Ливона было совсем недалеко, но Ниал оказалась в самой гуще толпы. Она слышала крики войска за стенами и чуть позже — грохот тарана, которым враги пытались пробить главные ворота Салазара.
Спасения нет, думала девочка, но всеми силами старалась избавиться от этой мысли и продолжала пробираться вперед, хотя толпа уже сдавила ее со всех сторон.
Удар, еще удар.
Еще всего пара метров. Уже видна вывеска.
Треск — ворота города рушатся.
Огромная стальная решетка согнулась, словно сплетенная из травы.
Тысячелетние деревянные ворота разлетелись на огромные щепки.
Солдаты Тиранно со звериными воплями наводнили Салазар.
Ниал ворвалась в лавку:
— Нужно спасаться, Старик! Пойдем скорее!
Ливон уже собрал тюк с одеждой и теперь сгребал в охапку свои мечи. Он посмотрел на Ниал и указал ей на заднюю комнату.
— Подожди, тебе нужно накрыть голову. Возьми плащ, — сказал оружейник.
— Да что ты такое говоришь? Пойдем скорее!
— Они не должны тебя видеть, Ниал!
— У нас нет времени, ты не понимаешь? — крикнула девочка. — Нам нужно спасаться, мы должны прятаться!
— Это ты не понимаешь! — воскликнул Ливон. — Если они тебя заметят — конец! Они тебя убьют!
Снаружи послышался громкий возглас, сопровождаемый взрывом смеха и нечеловеческими гортанными звуками. Солдаты были уже в городе.
Ниал не знала, что делать. Ей казалось, что Ливон сошел с ума. Девочка решила, что пора заканчивать с шутками, — она бросилась на отца, стараясь вытащить его на улицу.
— Пойдем же! Проклятье! Старик, пойдем!
Слишком поздно. Дверь лавки с грохотом распахнулась.
На пороге появилось два ужасного вида чудовища — у них были длинные изогнутые клыки, торчащие из нижней челюсти, сами создания были покрыты рыжеватой шерстью. Руки и ноги у них были одинаковы, на каждой по четыре пальца, увенчанных острыми когтями. У одного — топор, у второго — огромных размеров меч. А их голоса, казалось, звучали из самой преисподней.
— Смотрите, смотрите! Какой сюрприз! Старик и медзельфа![3] Что ты еще делаешь на этом свете, кошелка?
Ниал не слушала. Все ее тело приготовилось к атаке. Она положила руку на рукоять меча. Девочка уже готова была броситься на фамминов, но Ливон схватил ее за руку, поднял в воздух и отшвырнул в дальний угол.
Она упала, больно ударившись головой. На миг Ниал потеряла сознание. Было темно. Где-то слышался звон клинков. Когда она вновь открыла глаза — увидела Ливона, он сражался с жуткими созданиями. Девочка вскочила и кинулась к отцу.
Ливон снова с силой оттолкнул ее в сторону.
— Беги, Ниал! Беги! — прокричал он.
Всего одно мгновение. Она и глазом не успела моргнуть, как один из фамминов разрубил Ливона надвое.
Ниал увидела, как ее отец безжизненно рухнул на пол.
Кровь растеклась по полу.
Демон вытащил меч из тела Ливона.
Ниал ничего не слышала. Просто наблюдала за происходящим, вытаращив глаза, словно парализованная.
Затем ее охватило отчаяние, сменившееся животным бешенством. Такого она никогда прежде не испытывала. С нечеловеческим криком она бросилась на убийцу своего отца. Хватило одного удара, чтобы его голова скатилась с плеч.
На мгновение второй фаммин словно окаменел, но тут же пришел в себя и принялся размахивать из стороны в сторону топором. Ниал слышала звук рассекаемого лезвием воздуха. Она увернулась от удара и спряталась за верстаком, но фаммин не отступал. Рыча и описывая топором круги в воздухе, он продолжал приближаться. Вскоре верстак разлетелся в щепки.
Монстр был огромен, но Ниал удалось схватить молот, которым всегда работал Ливон. Девочка присела и изо всех сил ударила фаммина в колено. Демон взревел от боли, и тут Ниал не упустила свой шанс и насквозь пронзила его мечом. Этого удара хватило, чтобы прикончить ужасное создание.
Только тогда Ниал почувствовала странное ощущение в левом боку. Металлический холод и тепло, разливающееся по ноге. Она взглянула на бок — на теле была глубокая рана. Кровь лилась сильно. Девочка посмотрела на Ливона — он лежал на земле с закрытыми глазами, будто спал.
Она легла рядом с ним. Закрыла глаза. Ей нужно было отдохнуть. Ниал начала терять сознание, когда крик с улицы заставил ее снова прийти в себя — ей нужно было идти, нужно было спасаться.
«Думай, Ниал. Дыши. Думай. Найди хотя бы один путь к спасению. Тебе нужен путь к спасению».
Трубопровод! Она была еще совсем маленькой, когда, играя, наткнулась на трубопровод. Он проходил как раз за лавкой и использовался для ремонта — темный и душный туннель, проходящий внутри городских стен.
Девочка снова взяла огромный молот, только что спасший ей жизнь. Ей понадобилось много сил, чтобы еще раз поднять его, но когда она бросила молот в стену, та с грохотом развалилась — туннель все еще был на месте. Ниал собралась с силами и принялась спускаться по уступам.
Было темно. В глазах у нее все помутнело, сердце бешено стучало в груди. Из раны продолжала сочиться кровь. Каждый шаг давался с неимоверным трудом. Сквозь стену доносились крики солдат, мучительные стоны женщин, плач детей, стук падающих на землю тел, свист топоров.
Вскоре уступов стало меньше. Боль в боку усилилась и стала почти нестерпимой. Ниал начала плакать. Слезы текли из глаз, девочка уже не могла их сдерживать. Туннель повернул в неизвестном направлении. С каждым шагом становилось все жарче.
Ниал больше не понимала, где находится, — туннель то шел вверх, то вновь уходил вниз. Ей было нечем дышать, и она теряла сознание. Желание упасть на землю и дать врагу найти себя, чтобы скорее избавиться от мучений, было очень сильным.
Девочке казалось, что, если она сделает еще хоть шаг, просто умрет от боли. Но она продолжала двигаться вперед в полной темноте, приволакивая левую ногу.
Ниал нужно было идти вперед, не останавливаясь и не думая. Ливон отдал свою жизнь, чтобы спасти ее. И она должна была выжить.
Она не знала, сколько прошло времени. Час? Несколько минут? Почувствовав на лице дуновение свежего воздуха, инстинктивно ускорила шаги. Еще несколько минут или целый час. Но ее уже не догонят.
В стене была трещина, которая вела наружу, к спасению. К свободе. Ниал приблизилась и выглянула — внизу протекала речка с нечистотами. Девочка собрала последние силы. Она расчистила проход от камней, чтобы можно было протиснуться. Затем, набрав в легкие побольше воздуха, просто упала вниз.
Удар об воду оказался болезненным. Ниал чувствовала себя совсем ослабевшей, ей было холодно. Ноги не слушались. Ей не хватало воздуха. Наконец она перестала барахтаться и отдалась на волю течения. Пару раз девочка оказывалась совсем близко к берегу, но у нее уже не осталось сил, чтобы выбраться из воды. Ей хотелось только плыть с закрытыми глазами. Отдыхать. Забыть обо всем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
