– Да, и оно все еще смотрится на мне достойно, – парировала я, уворачиваясь от другой девушки, стремглав мчащейся в освободившуюся кабинку. – Пойдем, здесь становится тесно.
Ну не было у меня морального желания выбирать карнавальный костюм и скакать в нем на балу, словно клоунесса. И так в последнее время не жизнь, а какой-то цирк… Хотелось, по возможности, выглядеть скромно и непритязательно. Особенно, когда я узнала, что на балу будет присутствовать преподавательский состав. Что на вечеринке забыли деды и “дамы с высокими прическами”, оставалось только гадать.
Мы оставили вещи в отданной под нашу группу аудитории и направились к месту действия. Столовая преобразилась стараниями волонтеров. Под потолком висели гирлянды из сухих листьев и объемные звезды из картона. Большую часть столов вынесли, а оставшиеся сдвинули к стене. Сейчас там стояли пустые фужеры и непочатые бутылки шампанского. Рядом ходило несколько аспирантов в лакейских ливреях и следили, чтобы деятельные студенты не оприходовали игристое раньше времени. Около ширмы соорудили небольшую сцену. Сейчас на ней никого не было, из колонок лилась спокойная музыка.
Но главным украшением бала по праву являлись его гости. В зале колыхалось разноцветное море из перьев, бархата, искусственного шелка и даже латекса. По паркету расхаживали аристократичные дамы в кринолинах, целый табун разномастных фей, эльфы с накладными ушами в блондинистых париках, прекрасные принцы, шуты и грабители “с большой дороги”.
Помимо средневеково-фэнтезийного кластера, на балу засветилась “космическая” плеяда в лице пары астронавтов и инопланетян. Где-то на другом конце промелькнул черный плащ и решетчатая маска – Дарт Вейдер обходил свои владения. Также присутствовали нимфы, древнегреческие красотки в переливающихся жемчугом хитонах, полуголый крепыш с трезубцем и накладной бородой, а уж сколько в зале присутствовало нечисти – не сосчитать! Ведьмы, орки, демоны, и, конечно же, привидения. Может, зря я отнеслась к маскараду с пренебрежением?
– Почему не сказала? Я тогда тоже оделась бы попроще. Похожа на какое-то “Прости, господи!” в этом наряде… – продолжала ворчать Юлька, оправляя на груди скромную белую манишку с воланами и изображением креста. Если сверху костюм монашки выглядел почти что прилично, то снизу… кхм… Черная обтягивающая сутана переходила в две длинные полоски ткани, маскирующие причинные места спереди и сзади, и показывая ноги по бокам почти до самой талии. Конечно, Гарденина надела под нее маленькие шортики и белые ажурные чулки, но… Монашка и правда вышла весьма-весьма развратной.
– Не кипишуй, ты выглядишь сногсшибательно, – успокоила ее я. – К тому же, тебе нужно искать жениха для успокоения мамы, забыла?
Подруга явно хотела возразить, но заметила три белых высоких колпака, плывущих над головами по направлению к нам.
– О боже. Это еще что?!
– Возмездие… – пробормотала я, тоже весьма опешившая.
Три фигуры, замотанные в белые простыни наподобие балахонов, и с конусообразными шапками с прорезями для глаз, остановились прямо напротив нас.
– Гарденина, Красовская! – глухо прозвучал из-под простыней знакомый голос. – Молились ли вы на ночь?..
Все ясно. Мильнев и еще парочка одногруппников тоже решили принять участие в маскараде.
– Ку-Клукс-Клан? – Юлька покрутила пальцем у виска. – Серьезно?
– Не верь глазам, поверь своей совести. И вообще, тебе чем-то не нравятся наши костюмы? – пробасил еще один голос. – Ушло четыре комплекта постельного белья, между прочим!
– Почему четыре? Вас же только трое?
– Получилось не с первого раза.
Клянусь, после этого мне стало почти что совестно находится на балу в выпускном платье. Да, я трусливо бежала от трудностей, когда остальные ринулись грудью на амбразуру: обчищали карнавальные магазины, тратили деньги, переводили простыни, лепили, красили и делали аксессуары на заказ. Может, списать все на то, что я еще недостаточно влилась в коллектив? Или на то, что страдаю от неразделенной плотской любви?..
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Следующим пунктом в нашем маршруте стала “администраторская” стойка. Как объяснила Юля – чтобы получить заветный, принадлежащий тебе по праву бокал шампанского, нужно отстоять очередь к проверяющему. Он отметит твою фамилию в списке групп и выдаст талончик, который затем можно обменять на алкоголь. Все строго: на одного человека один бокал. Угощали не для удовольствия, а скорее ради приличия. Все знают, сто грамм шампанского – смешная доза для писателей и художников. Тем, кому надо больше, уже угостились в пустых аудиториях или сделают это после официальной части. Сегодня на слабости учеников смотрели сквозь пальцы.
Итого, отстояв третью и, надеюсь, последнюю на сегодня очередь, мы с Гардениной обзавелись слабоалкогольным увеселительным. Не успела я пригубить, как на горизонте показалась моя любовь: Рома со свитой в лице четырех длинноволосых парней, участников группы “Dirty Lovers”. Вот только что среди них делает маленькая роскошная брюнетка в облегающем малиновом платье?
– Марго, ты – очаровательнейшая девушка в этом зале! – младший Верстовский ненадолго припал к моим губам. Он поддержал меня и не стал сильно наряжаться, просто слегка утрировал свой и без того яркий образ молодого рок–певца.
– Спасибо, сладкий, – я счастливо улыбнулась и легонько кусанула его за ухо. Видят боги, мне хотелось сделать гораздо большее, но на нас смотрели любопытные глаза басиста, барабанщика и гитариста, потому мне пришлось держать свои желания в узде – как и всегда, впрочем.
– Ты необъективен, Верстовский, – проворчала Гарденина. – У нее же нет костюма!
– Как это “нет ”? – наигранно улыбнулся парень. – У нее костюм королевы красоты и… моего сердца!
С этими словами он поднял мою руку и крутанул вокруг своей оси. А потом достал из-за пазухи диадему. Тонкие металлические пластины переплетались, образуя изящную композицию, в гнездах которой сияли бледные розовые и голубые камни. Явно бижутерия, но качественная.
– Вау. – Только и смогла сказать я. – Это мне?
– Тебе. Давай помогу, – Роман надел на меня украшение. Он старался действовать осторожно, но холодные дужки слегка оцарапали кожу головы.
Я приосанилась и почувствовала себя увереннее. А что, он прав: платье пастельного оттенка в пол со скромным разрезом до середины бедра, лодочки на каблуке и сверкающая корона в волосах – так обычно одеваются финалистки нашумевшего конкурса.
– Ты очень красивая, – произнесла молчавшая до этого спутница парней. – И правильно сделала, что не стала выпендриваться.
Повисла пауза.
– Девчонки, знакомьтесь, это Яся, – с чувством гордости произнес Рома. – Новая солистка нашей группы.
– Очень приятно, – девушка улыбнулась и поочередно приблизилась к моей и Юлькиной щекам. Меня коснулся ее пирсинг в носу и обворожительный запах дорогих духов. Мы официально “расцеловались” и застыли в немом ступоре.
– Хм. Меня зовут Юля, – Гарденина отмерла первой. Она задумчиво поджала губы и одарила новую знакомую взглядом ценителя женской красоты.
– Рита, – я с трудом улыбнулась и принялась рассматривать костюмы снующих мимо студентов. Мне не нужно было оценивать новую участницу группы, я и так уже поняла: ее появления – плохая новость для меня. Даже несмотря на то, что мне вручили корону “королевы сердца”. – У вас же вроде солист – это ты, Ром?
– Да, но женский вокал тоже не помешает, – тряхнул волосами мой переменчивый Адонис. – У Яськи потрясающий голос.
– С какого ты факультета? – без обиняков вопросила Гарденина. – Не видела тебя раньше…
– Из первой “К”, – юная певица поправила длинные волосы цвета вороного крыла, спадающие плавными волнами почти до самой талии.
Мы с Юлькой коротко переглянулись. Ну все, мне кранты. Она еще и первокурсница! Наивная, трепетная, красивая и, походу, талантливая.
– Нам пора на сцену, – неловкую сцену прервал Олежек, брутальный бас–гитарист в кожаной косухе. – Пожелайте ни пуха, девчонки!
