подрагивают. Её отклик сильнее подстёгивает, дурманя голову. Отрываюсь от шеи, чтобы переместиться к губам. Застываем оба в миллиметре, соприкасаясь носами.
— Малышка, останови меня, оттолкни, умоляю, — мой голос хрипит, противясь произнесенным словам.
Нежная женская ладонь перемещается с затылка, поглаживает мою щёку, большим пальцем касаясь уголка губ. Прикрываю глаза, наслаждаясь близостью. Холодная ладонь греет, теплом наполняя каждый участок души. Я готов отдать всё, что у меня есть, продать душу дьяволу, умолять, стоя на коленях, если понадобится, лишь бы этот момент продлился ещё чуть-чуть.
— Мы не должны, — дрожащим голосом говорит Анжелика, продолжая дарить ласку.
— Не должны, — вторю её словам. — Что же ты делаешь со мной..
Дверной замок позади нас щёлкает, вынуждая нас прерваться и отойти. Готов убить сейчас любого, кто посмел нам помешать, но лишь молча смотрю на выходящую женщину.
— Ой, здравствуйте, — тараторит женщина. — Анжелика, вы сегодня задержались и мы решили пойти гулять и встретить вас во дворе.
Ярослав, видя маму, тут же семенит к ней и обнимает за ноги. Смешной такой — в мягком костюме медвежонка, на голове шапка с ушками, на руках перчатки в виде лап. Умиляюсь, расплываясь в радостной улыбке.
— Давайте я сама, а вы бегите, — благодушно машет рукой Анжелика, на что женщина, кивнув, убегает вниз.
Опускаюсь на корточки к пацану, достаю из кармана пиджака машинку — купил несколько игрушек по пути сюда. Даже если он не мой, я всё равно хочу порадовать ребёнка.
— Привет, малой, — стараюсь говорить мягко. — Любишь машинки?
Ярик принимает игрушку, рассматривает её со всех сторон, оценивает. И, удовлетворённо кивая, прячет игрушку в карман. Понравилась. Точная мини копия моего Мерседеса.
— Алексей, — строго произносит Анжелика, вернувшая самообладание. — Думаю тебе тоже пора.
— Когда вам будет удобно съездить в клинику? — спрашиваю, поднимаясь на ноги.
Беру ребёнка за руку и помогаю ему спускаться по лестнице. Лика недовольно смотрит на это всё, но молчит, чтобы не пугать сына.
— Этого не будет, — отвечает с мягкой улыбкой, шагая следом.
— Это случится, даже если ты не хочешь, — в тон выдаю я. — Даю тебе шанс по-хорошему выбрать день самой.
— Я напишу позже, — выдыхает.
Провожаю малыша до горки, а сам поворачиваюсь к Лике и протягиваю к ней руку, прощаясь. Она шарахается как от прокаженного, кривясь и не давая к себе прикоснуться, но теперь, я знаю как она сама реагирует, как может плавиться в моих руках, все эти маски холодной стервы больше не прокатят.
Сажусь в машину, напоследок кидая взгляд на площадку. Бегают, смеются, а мне так хочется бросить всё и остаться.
Приезжаю в отель, по пути обдумывая слова. Можно обойтись и без разговора со Златой — тест всё равно покажет ответ. Но я хочу видеть полную картину, докопаться до правды. Если она хоть в чём-то обманывала меня, то я должен знать.
— Привет, любовь моя, — вешается невеста, целуя в щёку. — А у меня для тебя сюрприз.
Скидывает шёлковый халатик, оставаясь в новом белье, красном, как и основной цвет будущей свадьбы. С кружевами, перевязывающими талию, с чулочками.
Возбуждение, переполняющее после близости с Анжеликой, но так и не нашедшее выплеска, новой волной накрывает, требуя своё. Меня потряхивает от похоти и желания, всё нутро воет, требуя срочной разрядки.
Невеста берёт меня за руку, молча разворачивается и тянет за собой…
Глава 27
Алексей
Холодный душ немного помогает привести мысли в порядок, очистить разум, только вот телу всё равно, живёт своей жизнью и не хочет остывать. Некрасиво вышло со Златой, хотя и честно. Она не знает, что даже если бы физически я был с ней, то в голове — другая. Всё возбуждение, взбудораженность, распалённость из-за другой женщины, пусть даже не переступив черту, своим запахом, жестами, вздохами Анжелика опьянила.
Не лёг в постель с невестой, потому что хотел другую. Прямо рыцарь, не меньше. Иронизировать можно, конечно, много, только это ничем не поможет, время назад не открутить. Прислоняюсь головой к стеклянной стенки душа, пытаясь дышать глубже, тело знобит от холода.
Надо было позвонить, а не ехать. После благотворительного ужина запретил себе к ней приближаться. Я женюсь, не отступлю от своих решений.
Спустя час выхожу из ванной, оборачиваюсь в халат и иду в спальню ко Злате.
— Зачем пришёл? — равнодушно спрашивает невеста, продолжает распутывать причёску, сидя перед трюмо.
— У меня есть несколько важных вопросов, — отвечаю, не обращая внимания. — Во-первых, хотел бы извиниться.
Тошно, что приходится искать оправдания, выкручиваться, не договаривать. Ангелочек не виновата в том, что со мной происходит.
— У меня к тебе тоже, — усмехается. — Например, про нашу интимную жизнь.
— Ты знала, что Анжелика беременна, — игнорирую шпильки, во избежание конфликта. — Почему тогда удивилась, увидев ребёнка?
Злата замирает с расчёской в руках, испугано глазея на меня в зеркало. Нервно бросает её куда-то, подскакивая на ноги.
— Опять про Анжелику, — взвизгивает. — Я не буду про неё снова говорить, достало! Да пусть провалится эта Анжелика…
Перехватываю Злату за локоть, когда та намеревается обиженно уйти, хлопнув дверью. Аккуратно тяну в сторону дивана и усаживаю. Я получу сегодня ответы.
— Она была беременна, когда уезжала? — продолжаю.
— Была! — упрямо отвечает, скрещивая руки на груди. — От другого мужика. Она тебе что, наплела что это твой ребёнок? Поэтому ты себя так ведёшь? Гадина!
Злата опять взвинчено вскакивает на ноги, извергая ругательства в адрес сестры, мерит шагами комнату.
— Тихо! — рявкаю, от чего девушка тут же успокаивается. — Я хочу знать правду. Почему ты тогда удивилась, увидев ребёнка? Ты знала, что у неё другой, что она от него беременна и что она к нему уезжает. Что конкретно тебя удивило?
— Не знаю я, понятно тебе, — выдыхает Злата. — Забыла про неё, вот и удивилась. Я вообще не ожидала её увидеть, мы ведь внезапно приехали.
После нескольких попыток понимаю что не добьюсь нужной информации. Усмехаюсь про себя. Информации нужной или той, которую ты хочешь услышать, Комаров? Ты сходишь с ума, находишься в безумии, пытаясь отыскать врагов.
Моя невеста, маленькая и наивная, с открытым сердцем, та, что пришла на помощь, когда я чуть не умер. Разве способна она на коварство и обман?
Ловлю Злату, прижимая к себе, извиняюсь, глажу успокаивающе. Обещаю, что больше не обижу.
Половину ночи ворочусь в кровати, не могу успокоиться. Злата доверчиво жмётся во сне, простила мои нападки, холод, а мне так плохо, хоть на стену лезь. Так не может больше продолжаться. Анжелика, что же с тобой делать? Тянет как магнитом. Любовь? Желание? Может это
