— Ромка, выходит не очень эффективно, но ты главное не останавливайся! — подбадривал меня братишка.
Согласен, меч не моё оружие, и использовать его было сложно, но по-другому я просто не умел. Через пару минут, моих напряжённых трудов овладеть мечом и не зарезать самого себя принесли плоды, правда не те на которые я рассчитывал.
— Молодец Безымянный!
— Ты приобрёл шестую специализацию: Мечник.
— Удачи в новом мире!
Отмахнувшись, как от назойливой мухи я случайно зацепил тварь, и радостно вскрикнул, но зверюга тоже не стояла на месте. Яростно нападая и мгновенно отскакивая, кошка жутко щёлкала челюстями, каждый раз стараясь вцепиться зубами в разные части тела.
— Не дождёшься, гадина! На, на, получай, сволочь! — кричал я в пылу битвы.
Эти крики помогали успокоить нервы и не думать о том, что если её мощные челюсти сомкнуться на моей руке или ноге, то кошке будет не сложно перекусить мою плоть, и даже кость пойдёт в расход. И пусть мои взмахи редко достигали цели, но я не желал сдаваться, и сам не заметил, как, но умудрился несколько раз полоснуть шкуру твари, оставив на ней глубокие порезы.
И всё же, несмотря на все повреждения, передвигалась она достаточно шустро, а вот я начал сдавать. Плечи и спина ныли от нагрузки, руки постепенно наливались тяжестью, хотя я и держал меч двойным хватом.
Сообразив, что не может достать меня зубами, Шипунья изменила стратегию своих нападений. Совершая стремительные выпады в мою сторону, она молниеносно выбрасывала вперёд лапы, то одну, то другую, метясь длинными когтями мне в живот.
От неожиданной боли, я взвыл, а в глазах потемнело. Не знаю, как, но я умудрился пропустить момент, когда кошка сумела достать меня, оставив на бедре глубокие кровавые борозды от когтей. Меч выпал из рук, и я, рухнул на землю, зажимая раны ладонями. И только благодаря закричавшему от ужаса брату, я остался в сознании. Страх потерять и его, и мать, придал мне сил.
Широко разинув пасть и яростно шипя, тварь неспешно направилась ко мне.
«Теперь, она легко добьёт меня, порвав острыми зубами!».
— Ромка! Ну, же! Вставай! — В заднюю лапу кошке прилетел болт, но она продолжила двигаться. — Вставай! За тобой на дереве Айс! — закричал Кирилл, подначивая меня не сдаваться.
«Надеюсь, он охотится не на меня, и сюда его привёл не запах моей человеческой крови!» — мелькнула тупая мысль.
Но, похоже, наш мутированный кот решил встать на мою защиту. Совершив с дерева прыжок и приземлившись точно передо мной, Айсберг угрожающе зарычал.
Между двумя кошками началась игра по устрашению соперника: их пасти грозно оскалились, в глазах запылала неукротимая ярость, а издаваемые звуки, вырывающиеся изнутри, просто не поддавались описанию.
Теперь уже можно не сомневаться, у меня два питомца! Лорд приручился сразу, а второго, Айсберга, я сумел укротить, оградив себя и родных от нападения. Атаковав моего врага-человека, кот, видимо начал приручаться, значит, дело осталось за «малым» — выдрессировать его, заставив подчиняться приказам.
«Ого! А ведь эти знания открывают мне широкие перспективы на будущее: собака против тварей, а кот против людей».
Шипунья была крупнее Айса и, подняв своё тело вертикально, пошла в атаку, но, несмотря на меньший размер, котяра не испугался, а с ходу кинулся в бой.
Соперники не замечали нас, и встав на задние лапы устроили настоящий рукопашный бой передними лапами. Они не собирались друг другу уступать, нанося удары и впиваясь зубами в шею и плечи, и их противостояние становилось всё интенсивнее. Сначала Айсу удавалось уклоняться от её ударов, но под натиском могучей самки он постепенно сдавал позиции.
— Ромка, я боюсь стрелять, — закричал Кира, с трудом переорав двух рычащих тварей. Зубы у него стучали от страха, заставляя и арбалет трястись в руках.
— Стреляй! У нас нет выбора! — сдерживая стоны и пытаясь подняться, рявкнул я, заставив себя сесть. «Промажет!» — мелькнуло в голове. «Ему нужно успокоиться, и взять себя в руки. Чёрт, и мне не помешало бы тоже!». — Кира, стреляй! Сейчас Айс и без твоей помощи помрёт! — Не раздумывая больше, он спустил курок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Выстрел получился на удивление удачным. Короткий болт вошёл под лопатку шипуньи, заставив её взреветь от бешенства и боли. Она, отпрыгнула назад, опустившись на все четыре лапы, и шустро развернувшись, бросила убийственный взгляд в сторону Киры.
Этого короткого мига хватило Айсу чтобы прыгнуть вверх и приземлиться на спину кошке. Острые когти впились в бока, а зубы сомкнулись на шее, пытаясь перегрызть ярёмную вену. Но шипунья оказалась проворнее: она упала на землю и начала кататься на спине, переваливаясь с боку на бок, и подмяв под себя кота.
«У него почти нет шансов выжить в этой драке», — расстроился я. «Нужно заставить себя подняться и как-то помочь Айсу». Быстро осмотрев свою ногу, я с горечью понял, что сам не смогу справиться с полученными повреждениями, и остаётся только уповать на то, что от потери крови сам не упаду в обморок.
Пока я внушал себе, что совсем нет времени сидеть на попе, а затем, сжав зубы, заставлял своё тело подняться, кошка уже освободилась от Айса. Он, остался лежать неподвижно на земле, израненное тело вздрагивало, а в открытых глазах застыли ужас и боль. Самка Шипуньи, несмотря на множественные порезы, и рваную рану на шее издала победный рёв, и собралась его добить.
«Ну, уж нет гадина, я не дам тебе убить моего котика!».
— Эй, сюда! Сюда лысая сволота! — И пополз к валяющемуся на земле мечу. Чёткого плана как одолеть эту тварь у меня не было, но я надеялся, что мои телодвижения заставят её бросить Айса и переметнуться ко мне.
Наблюдая за мной красными глаза, она стояла покачиваясь, и с хрипом втягивая ноздрями воздух. Бока тяжело поднимались и опускались, по шее кошки уже струями текла зелёная кровь, но даже вся израненная, она по-прежнему была смертельно опасной.
Потеряв к коту интерес, Шипунья выбрала более вкусную добычу — человека, и грозно шипя, начала медленно двигаться в нужном направлении. Кошку штормило то в одну, то в другую сторону, лапы плохо слушались, ели удерживая огромное тело, и с трудом сохраняя равновесие.
«Вот же тварь», — бесился я. «Не зря говорят, что у кошек девять жизней. Втроём не можем завалить!».
Глава 27
По мере того как она приближалась, я из последних сил, заставил себя подняться во весь рост, и стал пятиться назад. Лук поднять мне не суждено, меч тоже в недосягаемости, из оружия остались только добытый в предыдущей драке нож и два подаренных мне Кириллом танто.
Неожиданно я треснулся затылком, и понял, что моя спина упёрлась в дерево. «Чёрт! Дальше отступать некуда! Выбора нет, придётся воспользоваться для самообороны одним из двух видов ножей: армейским ножом полицейского, или самурайским ножом, который сами японцы ни за что не желают так называть, а гордо кличут кинжалом».
Я быстро попытался вспомнить какой же из них длиннее, вроде бы у армейского длина лезвия в пределах 30 сантиметров, а вот у танто, длина 35–45 сантиметров. В моё случае, чем длиннее, тем лучше! «Значит танто!» — И выхватил из-за ножен кинжал. «О чём я думаю? У меня тут битва не на жизнь, а на смерть, а я, разглагольствую о размерах, кошмар».
Сверкая красными глазами и широко распахнув пасть, кошка неумолимо приближалась, но потеряла своё главное преимущество — стремительность передвижений. Захлопнув пасть, она громко щёлкнула зубами, и приготовилась нападать.
Хотя она и была очень близко от меня, всё же достать её ножом я не мог. Почти перестав соображать от страха и адреналина, сам не понял, что хочу сделать, но используя ствол дерева как опору, я вдруг обхватил его свободной рукой, а здоровой ногой со всей силы пнул по кошачьей морде.
От злости или безысходности удар ногой обутой в берцы получился настолько сильным, что дико взвыв, кошка шарахнулась назад. Ничего не замечая, она жалобно плакала от боли и, сойдя с ума, вертелась волчком.
