пяти минут. Хотя скорее десять – так более вероятно. Вполне достаточно, чтобы Цубаса успела понять, в чем дело, открыла дверь и покинула комнату.
– Может, ее связали? Или накачали снотворным? – ответила Асукай, выслушав доводы Кацураги. Они старались не смотреть друг на друга.
– На относительно сохранившихся участках тела нет следов от веревки. Осмотрите предплечья и ноги, – ответил Кацураги, не поднимая взгляд. – Снотворное тоже под вопросом: где преступник сумел бы его раздобыть?
– А что, если, – перебил я, – она сбежала от убийцы и сама спряталась в этой комнате?
– Намеренно бежать в эту комнату? Это вряд ли. Здесь достаточно других мест, чтобы спрятаться. Если потолок пришел в движение, то логичнее как можно быстрее выбежать наружу.
– Однако… – хотел было продолжить я, но меня перебила Асукай.
– Вы так слаженно работаете вместе! Расследование идет вдвое быстрее. Тадокоро-кун ставит вопросы и выдвигает гипотезы, а Кацураги-кун систематизирует данные и принимает окончательные решения… Роли распределены идеально. Вы оба такие сообразительные…
– Дело не в этом. – Кацураги недовольно надул губы.
Хоть ее слова и звучали как комплимент, я сразу же уловил скрытый подтекст.
– Думаю, вы всё же забегаете вперед, – заключила Асукай.
– Что ж, я с удовольствием поучусь у такого опытного коллеги, как вы, – язвительно ответил Кацураги. Его тон был слишком жестким даже для моего друга, обычно робевшего в общении с другими. По выражению лица Кацураги было сложно прочесть его эмоции. Могло ли это открытое соперничество быть знаком уважения к женщине-детективу?
– Тогда не проводите меня в помещение с лебедкой? – попросила Асукай, и я выполнил ее просьбу.
Оказавшись внутри, она присела рядом с механизмом. Ее взгляд упал на отрезок троса, который мы прикрепили обратно. Подозвав Кацураги, Асукай спросила его, в каком состоянии был механизм, когда мы пришли сюда утром. Кацураги тем временем ходил взад-вперед в тесном помещении. Громко вздохнув, он предложил поскорее вернуться в зал. Госпожа Асукай согласилась.
– А она хороша! – смеясь, сказала Коидэ. – Как только ее увидела, сразу поняла, что она детектив.
В этот момент все мы ощутили толчок.
– Это что такое? – закричала Коидэ, беспокойно оглядываясь по сторонам. – Похоже на гром!
– Опять гроза?
– Но вспышек света не было… – Я выглянул в небольшое окно в коридоре. – Наверное, ударила где-то далеко за деревьями.
– Может, и так, – высокомерно ответил Кацураги.
Я взглянул на часы. Девять часов утра. Прошел ровно час с тех пор, как мы обнаружили тело Цубасы.
Мы повернули в сторону общего зала первого этажа, когда нам навстречу выбежал Кугасима. Запыхавшийся и вспотевший мужчина нес в руках радиоприемник. Судя по всему, он искал нас.
– Куда так спешишь?
– Вы что, не слышали? – громко закричал мужчина. – Помощь уже на подходе!
Помощь? Я вдруг услышал приближающийся звук вращающихся винтов.
– Вертолет прилетел! – вырвалось у меня.
– Нам нужно подняться на одну из башен, чтобы позвать на помощь! Фумио и Такаюки сейчас у главного входа стараются привлечь внимание… – Кугасима поднял радио выше. – По радио передают информацию о масштабах и перемещении пожара, но я не могу ничего разобрать из-за плохого сигнала. Взял его с собой; может, на башне смогу услышать… Впрочем, это нам уже и не нужно, нас все равно спасут!
Я почувствовал, как крепнет моя надежда. Если б у нее был звук, то это был бы звук вертолетных лопастей. Мы вчетвером поднялись на башню вслед за Кугасимой, с нее открывался вид на гору и тропу, по которой мы пришли.
Я увидел горящий лес. Пламя, сперва поглотившее сухую траву, перекинулось на кустарники и деревья. Теперь полоса огня была шириной не меньше нескольких сотен метров. В небе над нашими головами кружил белый вертолет. Он непременно нас спасет! Мое облегчение сменилось восторгом.
– Эээй! – закричал Кугасима, высунувшись из окна и отчаянно размахивая руками.
– Осторожнее! – сказала Асукай, обхватив мужчину за талию. На ее лице также мелькнуло облегчение.
Однако неожиданно вертолет сильно тряхнуло.
– Что с ним?! – спросил я, посмотрев на Кацураги. Его лицо застыло.
– Ветер…
– Что?
– Ветер слишком сильный, вертолет не сможет приблизиться и сесть.
Все присутствовавшие ошеломленно смотрели на Кацураги. Асукай покачала головой.
– Вероятно, это так. Со вчерашнего дня ветер довольно сильный; он дует с подножия к вершине, а позади нас – отвесная скала. Ветер очень крепкий, около восьми баллов. Вертолет может безопасно сесть, если скорость ветра не превышает двадцати метров в секунду. Такой силы достаточно, чтобы ломать небольшие ветки на деревьях.
Я был поражен тем, что Кацураги и Асукай обладали такими глубокими познаниями. Сам я мог разве что представить… Вчера ночью, поднявшись на одну из башен, я почувствовал, насколько сильным стал ветер. Выходит, раз вертолет так накренился, то в небе ветер дует еще яростнее.
– Ужасная болтанка… Наверху ветер еще сильнее – не позволит спустить веревку с вертолета. Мы не сможем безопасно эвакуироваться в таких условиях, – с сожалением добавила Асукай и прикусила губу.
Я кивнул.
– А-а-а! Смотрите! Они улетают! – неожиданно закричал Кацураги.
Вертолет медленно развернулся и улетел прочь. Я почувствовал себя преданным, ведь внутри меня теплилась надежда на скорое спасение. Кацураги и Асукай ошеломленно смотрели вслед вертолету. Кугасима упал на колени, а Коидэ раздраженно цокнула языком. Радио, выпавшее из руки Кугасимы, неожиданно ожило:
– «Со вчерашнего дня на горе М. в префектуре Н. усилился лесной пожар… Огонь распространился вверх по склону на сотни метров… направлены два беспилотных летательных аппарата… разбились из-за порывистого ветра… Вертолет не смог приблизиться к месту пожара… экстренные службы продолжают попытки даже в условиях сильного ветра…»
Мы вернулись в общий зал. Ноги меня почти не слушались. К нам присоединились Такаюки и Фумио. Все семеро выживших, за исключением прикованного к постели Юдзана, были в сборе. Такаюки сидел на диване, сгорбившись и опустив голову на сложенные на коленях руки. Занявший одно из кресел Фумио, почти не мигая, смотрел в пустоту.
– А… вы… – наконец заговорил он, понемногу пришедший в себя. Фумио, очевидно, был измотан гибелью сестры и разочарован тем, что помощь не пришла вовремя. Казалось, он лишился воли к жизни.
– Но это же не значит, что помощь не придет, да? – спросил сильно побледневший Кугасима.
Вопрос не вызвал у нас ничего, кроме раздражения.
– Мы не знаем наверняка, – резко ответил Фумио.
– Поиски потайного хода вполне могут увенчаться успехом. Потом все это покажется не более чем страшным сном, – добавил Такаюки.
Асукай прикрыла глаза.
– Пока нет вертолета, мы сами должны сделать всё, что в наших силах. Нужно работать сообща…
– Сообща?! – Настроение Фумио резко изменилось. – Нет… Ну уж нет! Мы не будем сотрудничать. Тот, кто сделал
