Еще раз опишу произошедшее. Дрыманов, который дал мне поручение о переквалификации, потом его отменил и признал незаконным. А когда уже было возбуждено уголовное дело, дал показания, что и самого поручения изначально мне не давал.
— И все-таки только ваши показания легли в основу обвинения?
— Мои показания — это максимум 5 % обвинения. Я ведь не участвовал в переговорах с посредниками, не присутствовал при получении от них денег. Есть прослушки, биллинги, показания ряда свидетелей.
Вот смотрите: есть момент с банковской карточкой (согласно материалам дела, Никандров подарил специальную карту без ФИО, но с круглой суммой денег на ней, Дрыманову за повышение по службе и дальнейшее покровительство. — Прим. авт). Ее нашли у Дрыманова в кабинете при обыске. Я неоднократно, не желая его подставлять, не признавался, что знаю про нее. А на очной ставке Дрыманов говорит: «Карточку передал мне Никандров». Тогда и я перестал это отрицать. А относительно квалификации (взятка ли это или нет) следствие делает свои выводы. Кстати, Дрыманов сам же и выдал следствию логин и пароль к счету.
— Правда, что из СК вас так и не уволили?
— Во время заключения под стражу подошел период выхода на пенсию. Так что я ушел, став пенсионером.
— Как отбывали наказание?
— Самым тяжелым было этапирование — оно заняло три недели. Побывал в Кирове, Екатеринбурге. Три «столыпинских» поезда перенес. В колонии легче, чем в «Лефортово», однозначно. Я не был трудоустроен, потому что там рабочих мест было мало. Но привлекался к благоустройству. В самодеятельности я, если честно, не участвовал, но всегда ходил смотреть на выступления других.
— Чем вы сейчас занимаетесь?
— Работаю в адвокатской коллегии юристом. Специализируюсь на экономических преступлениях. Жизнь с чистого листа. Я бы мог еще служить, мог быть полезным СК, но судьба сложилась иначе. С другой стороны, главное — быть полезным людям. А я надеюсь, что буду.
Это дело, как говорят эксперты, скорее всего, развалилось бы, если бы в какой-то момент сотрудники СК не стали сдавать друг друга. Лишь Александр Дрыманов вины своей не признавал ни на одном из этапов. За все время заключения он единственный из всех показывал завидный оптимизм. В «Лефортово» ни разу ни на что не пожаловался. Называл его лучшим СИЗО в мире. Так же, как и следствие — самым профессиональным и справедливым. «А разве не так? Посмотрите на подследственность. И закон почитайте». Это он так иронизировал.
В действительности УПК и ФЗ гласят: дело в отношении сотрудников Следственного комитета ведет только СК. Дрыманов, кажется, надеется на председателя ведомства Александра Бастрыкина. Передает ему приветы на суде. Но, как говорили философы, надежда — продукт воображения. И в который раз хочется повторить: будучи частью механизма маховика, всегда знай, что рано или поздно он может перемолоть и тебя.
Освобожден по УДО[13] экс-полковник Ламонов
Ровно через год после освобождения по УДО эксзаместителя начальника столичного управления СК Дениса Никандрова вышел на волю другой фигурант этого громкого дела — бывший заместитель руководителя УСБ СКР Александр Ламонов. Оба они, напомним, пошли на сделку со следствием (но сначала полковник писал из «Лефортово» открытые письма президенту, разоблачающие ФСБ). Ламонов в отличие от Никандрова вышел, скажем так, не в самое удачное время. И если первого встречала жена у ворот колонии, то второго родные ждали дома, потому что сидят на карантине. И уже через пару дней сам Ламонов затемпературил. Тесты подтвердили у него коронавирус.
Напомним, что суд приговорил Ламонова к 5 годам лишения свободы. Его история одна из самых интересных: первое время он не просто отрицал всякую вину, но и, как говорится, бился за себя насмерть. Но потом понял, что проще признать вину и получить меньше срок. Тем более что здоровье подводило, семья находилась в сильном стрессе. Собственно, так же рассудил и Денис Никандров. На показаниях их обоих во многом строилось все обвинение. Те, кто не пошёл по их пути, получили по максимуму — экс-начальник УСБ СКР Михаил Максименко 14 лет, экс-начальник столичного СК Александр Дрыманов — 12. Оба, кстати, до сих пор в «Лефортово» (в колонию их не этапировали).
Первое время Ламонов отбывал наказание за взятку в обычной колонии (ИК-3 Рязанской области), в начале прошлого года его перевели в исправительный центр (ИЦ-1 Тульской области).
— Работал мастером в частной фирме, был кем-то вроде заместителем директора, — рассказал «МК» Александр Ламонов. — Наша фирма вела работы по водоснабжению, уборке улиц города от снега, строительству площадок для мусорных контейнеров и т. п.
В исправительном центре осуждённые живут, как в общежитии: с утра уходят на работу, вечером возвращаются. Почти весь заработок — в доход государства. Ламонов оказался добросовестными тружеником. По слухам, его временный босс даже просил остаться. Но в Москве семья: жена и двое детей (правда, уже взрослые). Первый раз в январе 2020 года суд в УДО Ламонову отказал. Основание — вроде как и без того он не за решёткой, а в облегчённых условиях (в исправительном центре нет колючей проволоки, можно выходить за территорию не только для работы, но и в магазин или на встречу с родными). Решение суда Ламонов опротестовал в вышестоящей инстанции.
— Он сам подготовил апелляционное заявление, — говорит адвокат Ольга Лукманова. — Он ведь много лет в прокураторе, знает все юридические тонкости. Но звонил из колонии пару раз посоветоваться.
Тульский городской суд в конце марта вынесен решение в пользу Ламонова. А 9 апреля с нехитрым скарбом он покинул исправительный центр. Попрощались с ним душевно — чаем с плюшками. С собой увёз благодарности от фирмы и от городской администрации. А вот встречи с близкими у ворот не было. Вся семья к тому времени уже чувствовала себя неважно в московской квартире.
— Заболели коронавирусом, — рассказывает Александр Ламонов. — И я вскоре тоже. Температура сейчас высокая. Запахи пока чувствую (говорят, что обоняние должно пропасть). Но в целом, повторюсь, плохо. Вообще не до чего.
Если Никандров сразу устроился в юридическую компанию, то Ламонов о будущей судьбе пока даже не думает.
— Ну что можно сказать: поздравляю его с освобождением, — говорит адвокат Максименко Андрей Гривцов (кстати, сам в прошлом старший следователь по особо важным делам СК, был незаконно обвинен во взятке, оправдан судом присяжных). — Я разговаривал с Максименко. Какого-либо зла к Ламонову у него нет. Наоборот, он желал бы, чтобы для всех быстрее закончились эти испытания. Но, естественно, одобрить поступок Ламонова не может. У каждого свои жизненные принципы.
Дело Олега Шишканова
Август 2018 года. СМИ пестрят заголовками о том, что выбрали главного всей России. Им якобы стал Олег Шишканов, известный в определенных кругах как Шишкан (по паспорту Медведев). Член «джентльменского круга» (так называют себя «воры в законе» старой формации). Но сам он это отрицает.
Олег Шишканов — старый верный друг Захария Калашова. Но никогда не называл ни его, ни себя «авторитетом», говорил, что все они «члены джентльменского круга» и там нет первых, вторых и третьих.
Шишканов был осуждён, но не за то, что пишут в интернете (соучастие в изнасиловании — прим. авт). Правоохранители специально сделали ложный вброс на счёт его уголовного дела. Шишканов предлагал журналисту «МК» выписать доверенность на ознакомление с его приговором, чтобы «развеять миф». Вообще, мифов вокруг его личности немало. Сам он больше всего возмущался тем, что где-то писали, будто он занимался наркоторговлей. Шишкан заявляет, что едва ли не первый начал борьбу с наркоторговцами в своем районе. Примечательно, что Шишканов давно поддерживает футбол. Он строил площадки для молодежи, организовывал игры для ветеранов большого футбола.
