Читаем без скачивания Ангелы во брони - Сергей Алтынов

– Вот то, что вы просили! – Перед генералом вырос один из его лучших оперативников – майор Решетов и положил на стол папку с личным делом.

– И что… Точнее, кто здесь? – кивнул на папку Каляев.

– Один из наших лучших агентов. Ныне «законсервированный», недействующий, но, по моим данным, вполне в боевой форме.

– А, помню, помню, – раскрыв личное дело агента, генерал заметно приободрился. – Вызывай его ко мне немедленно, прямо сейчас!

– Слушаюсь! – исполнительный Решетов тут же отправился выполнять приказание.

Каляев между тем связался с прокуратурой:

– Ну что, звонка от Богданова не было?

На другом конце ответили, что пока нет, но как только это произойдет, генерал Каляев будет без промедлений об этом проинформирован. Положив трубку, Каляев откинулся в кресле, закрыл глаза, на некоторое время отключился от всех земных дрязг. «Катеньку и Олечку вытащу, а там будь что будет!» Единственная мысль не давала Александру Геннадьевичу окончательно забыться. «И чтобы в прокуратуру этот полоумный десантник подольше не звонил!»

– Александр Геннадьевич! – Из забытья Каляева окончательно вырвал голос майора Решетова. – Только что разговаривал, через полчаса обещал прибыть. Если, конечно, не застрянет в пробках…

Максим в который раз взялся за мобильник, но набирать номер прокуратуры не стал. Главный свидетель – Павел Борисович Мятликов, на которого Богданов делал ставку, мертв. Кого теперь будет допрашивать прибывший следователь? Ситуация усложнялась с каждым часом, чуть ли не с каждой минутой. Вот заявилась эта наглая блондинистая дама, якобы проститутка, перепутавшая коттеджи. Бывает, конечно. А времени выяснять нет, поэтому пусть посидит взаперти. Плюс Руслан затеял собственную игру, да еще взял в союзники эту Катю, которой ничего не стоило не моргнув глазом пристрелить собственного супруга… И не у кого спросить совета. Был бы рядом командир… Впрочем, гвардии подполковник в свое время настоятельно не рекомендовал Максиму искать правду о рефрижераторах-морозильниках. Может, и прав был? Вот теперь Максим знает правду, но кому от этого хорошо? Чем все закончится? Богданов достал армейскую фотографию, которую прихватил с собой вместе с минами. На ней была запечатлена вся разведгруппа тогда еще майора Водорезова.

– Кто это? – послышался за спиной голос Руслана.

Кизил умел подбираться незаметно, практически бесшумно. Его указательный палец был направлен в центр фотографии, прямо на Николая.

– Мой командир, – ответил, полуобернувшись, Максим.

– Из ВДВ?

– Откуда ж еще… А что, встречались?

– Да так. Лицо знакомое, и вообще… Маленький такой, наподобие вьетнамца.

– Такой маленький пары амбалов стоит.

– Верю, – кивнул Руслан.

Говорить, что с этим «вьетнамцем» он встречался несколько часов назад, Кизилов не стал. Но соответствующие выводы для себя сделал. Максим убрал фотографию, но вот собственные воспоминания и мысли о командире так вот запросто куда-либо спрятать не мог. Многое было в их короткой совместной службе. Во время боев за Грозный отдельная разведрота под командованием гвардии майора Водорезова попала в серьезную переделку. На окраине чеченской столицы рота оказалась блокированной невесть откуда взявшимся отрядом хорошо вооруженных и подготовленных боевиков. Водорезов и его подчиненные костерили воздушную разведку – авиаторы дали сведения, что в данном районе лишь небольшая группа вооруженных людей, разобраться с которыми и была отправлена разведгруппа Николая. Однако в ловушке вместо боевиков оказались сами десантники. Бойцы ВДВ, потеряв убитыми двух солдат и прапорщика, сумели закрепиться на перекрестке двух улиц, одна из которых носила имя известного советского поэта, а другая не менее известного и опять же советского военачальника. Водорезов сумел грамотно разместить собственную БМД,[7] на которой они прибыли в район. Вторую броню «духи» сумели спалить в первые же минуты боя, подойдя к десантникам с тыла. Правда, разведчики Водорезова тут же заставили их отступить. Уцелевшая боевая машина надежно прикрыла пулеметную группу, которая заставила наседавших боевиков отступить и поубавить пыл. Криков «Аллах акбар» и «Русс, сдавайся!» больше с их стороны не слышалось. В соседний двор сумел пробраться минометчик с орудием и двумя прикрывающими автоматчиками, таким образом по боевикам велся и минометный огонь практически неуязвимых бойцов. Зайти в тыл минометчику не давала пулеметная группа. Радист связался с командованием, но в ответ получил лишь матерный ответ, что все силы, в том числе милицейские, стянуты в центр города, где развернулись основные боевые действия.

– Врут ведь падлы! – не сдержался один из бойцов. – Менты в тылу отсиживаются, в бой не полезут ни за какие ордена на х…

– Им не ордена, а заградотряд в спину, живо бы прискакали, – не сдержался и Водорезов.

В самом деле, до того как связаться со своими, радист попал на волну боевиков, командир которых с заметным украинским акцентом требовал подкрепления. И ему, в отличие от десантников, отказано не было. Это означало, что Водорезову и его ребятам очень скоро придется совсем туго. Минометчик израсходует боезапас, БМД могут сжечь из гранатомета…

– Командир, можно вопрос? – спросил Водорезова рядовой Богданов.

– Можно, Максим, – кивнул Николай.

– А зачем здесь такое скопление боевиков? Ведь бои в центре? А они на окраину лучших бойцов стягивают?

Николай с ответом не нашелся. В самом деле, почему и зачем? Пока Водорезов организовывал оборону, ему недосуг было об этом задуматься, а рядовой Богданов командира опередил. Точнее, навел на нужную мысль. Что за объект может быть в данном районе? Почему он столь желателен боевикам? По идее, им нужно было с десантурой «разойтись» во избежание лишних жертв и двигаться либо к центру, либо наоборот – прочь из города, в леса. Боевики же, напротив, вызвали подкрепление. Значит, дело серьезное, разведчики ВДВ, сами того не ведая, вышли на какую-то важную «точку». И эта «точка» совсем рядом, что называется, на расстоянии вытянутой руки. Водорезов огляделся вокруг. Раздолбанный полусгоревший продуктовый магазин, пятиэтажные дома, несколько гаражей. За них столь люто бьются боевики? Не может быть. Укрепрайон в данной местности устраивать и невыгодно, и незачем.

– Не понимаю, Максим, – честно ответил Водорезов, развернув карту.

Но и на схеме Николай не увидел ни малейшего намека на ответ. А ответ надо было найти немедленно, самым срочным образом. Взять пленного нереально, тут самим бы пленными не оказаться.

– Я вот что еще подумал, – продолжил тем временем Максим. – БМД прикрыть бы надо.

– Что? – не понял Водорезов.

Вместо ответа рядовой Богданов молча кивнул в сторону огромных стальных ворот, закрывающих проход в один из дворов.

– Здорово сообразил, снимайте быстро! – кивнул Николай троим своим бойцам.

Вновь рядовой опередил майора ценным решением. Не прошло и пяти минут, как десантники сняли металлические ворота и, несмотря на огонь боевиков, исхитрились прикрыть боевую машины спереди и с правого, наиболее простреливаемого бока.

– Ноу-хау рядового Богданова, – только и усмехнулся командир.

В самом деле, пробить такую сталь было проблематично, не заставивший себя ждать выстрел боевиков из РПГ[8] лишь «проскользнул» по листу металла, не задев при этом машину.

Убрав карту, Николай вновь огляделся. В обозримом им пространстве не было ни одного объекта, за который стоило воевать.

– Видишь, Богданов, – кивнул Максиму Водорезов. – Ни-че-го! Ничейная земля, развалины.

«Ничейная земля!» – вдруг остановила разрозненные мысли Водорезова собственная случайная фраза. А если под землей?!

– Богданов! Ну-ка за мной! – скомандовал Николай, указав цель в направлении подземного перехода через улицу, в котором отлеживались раненые.

Не прошло и двух минут, как Водорезов с Максимом сумели-таки снять с петель дверь, находящуюся в конце подземного перехода. С виду она была ничем не примечательна, такие дверки есть в любом переходе. Но за этой находился не хозяйственный отсек, а длинная, ведущая вниз, слабо освещенная лестница. Водорезов бросил вниз пустую гильзу, но ни звяканья, ни прочего шума не услышал, даже досчитав до пятнадцати. Глубина была солидной.

– Вот ответ на твой вопрос, Максим, – сказал Богданову Николай.

И молча, в душе, порадовался, что ответ на этот вопрос он нашел раньше рядового. Дело в том, что во всех крупных городах, столицах союзных и автономных республик бывшего СССР имелась засекреченная система подземных коммуникаций на случай ядерной войны. Видимо, схема этих коммуникаций попала в руки к боевикам, и сейчас им нужно было во что бы то ни стало захватить один из входов в «подполье». Но вот где были наши соответствующие службы и почему не снабдили армейскую разведку данными схемами?! На связь с командованием Водорезов вышел лично и открытым текстом заявил следующее: