Читаем без скачивания Что уж, мы уж, раз уж, так уж... - Николай Кудрявцев

Потом, на экране, появилась больничная палата. Представительный доктор долго сыпал в камеру латинские названия и закончил фразой, на чистом русском языке, что сделает все от него зависящее, чтобы герой России выжил. Камера наехала на героя, лежащего на больничной койке, и загипсованного с ног до головы. Узнав, что его снимают для теленовостей, он с трудом приподнялся и крикнул какому-то майору, что он не виноват, и что у него украли наркотики. Подбежала медсестра и вколола герою что-то успокаивающее. Доктор попросил съемочную группу покинуть палату, ссылаясь на то, что больной в очень тяжелом состоянии.

На экране появилось холеное лицо бравого генерала. Он, в течение пяти минул, клеймил все, что попадалось в поле его зрения, просил гражданское население крепче сплотить ряды и тверже печатать шаг, заверив телезрителей, что преступность в столицу не пройдет. В завершении всего, он посетовал на нехватку кадров, техники и финансирования. Отметил, вскользь, все добродетели лейтенанта Семкина, а именно: патриотизм, служебное рвение, скромность и отзывчивость. Ну и уж никак нельзя не отметить, Семкина, как добропорядочного семьянина.

Не успел генерал закрыть рот, как на экране замелькали импортные автомобили, пиво "Три медведя" и женские прокладки.

— А, ничо, кино. — Высказался Брыня. — Только я не понял.

— Чего ты не понял? — Диоген поправил носки. — По моему, я смотрелся неплохо.

— Все мы смотрелись неплохо. — Успокоил Иван. — Но в парикмахерскую сходить надо.

— Я не про это. — Брыня погладил бороду. — Он говорит, что преступность в Москву не пустит. А остальная страна им по фигу, что ли?

— Ну, что ты придираешься к бедному генералу? — Застыдил его Диоген. — Ему с детства талдычили, что умрем, но Москвы не отдадим. Откуда ему знать, что Москва, это еще не вся Россия?

— Действительно, Брыня. — Поддержал Диогена Иван. — Как-то ты резко! Они, тут, со своей преступностью не знают, что делать, а к ним еще из Фофанки прутся.

— А мы что, преступники, что ли? — Удивился Брыня.

— Для правоохранительных органов все являются преступниками, пока не доказано обратное. — Нравоучительно пояснил Диоген.

— Так пусть всех арестуют и доказывают — кто преступник, а кто погулять вышел. — Не сдавался Брыня.

— Ты, чо? — Диоген уставился на Брыню. — Чем слушал-то? Тебе же генерал сказал, что у него людей мало, тюрем и денег не хватает. А то, давно бы всех переловил.

— А-а-а! — Озарило Брыню. — Вот теперь, я все понял.

— Ты, Брыня, голову себе не засоряй. — Диоген постучал его по плечу. — Давай, лучше, рекламу посмотрим.

Друзья уставились в экран, который предлагал мебель, отдельными предметами и кучей.

Иван подошел к Никанору с Сидором. Они просмотрели диски и думали над тем, как зацепиться за ниточку, которая поможет размотать весь клубок.

— Что-нибудь надумали? — Спросил он.

— Данных маловато. — Ответил Сидор. — Машина с поддельными номерами и все. Надо искать машину.

— Тяжелый случай. — Задумался Иван. — Ну, и где мы будем ее искать?

— Семена надо спросить. — Предложил Сидор. — Он в нашей семье «гаражный».

— Семен? Гаражный? — Удивился Никанор. — Ай, молодца! Я помню! Он в детстве все время к технике тянулся. То скатерть-самобранку разберет, то сапоги-скороходы.

— Ха! — Хохотнул Сидор. — А помнишь? Он бабе Яге ступу разобрал, а ей в Великий Устюг лететь понадобилось…

Оба заржали, как гуси, завидевшие водоем.

— И чего баба Яга? — Оторвался от телевизора Диоген.

— Извини, Диоген. — Сразу став серьезным, ответил Никанор. — Это наше, семейное.

— Хм! — Пожал плечами гном. — Тоже мне, итальянская «Якудза».

— Не обижайся, Диоген. — Усмехнулся Иван. — Баба Яга, как-то вспомнила про этот случай, и тоже хохотала. Я спросил ее, мол, чем закончилось? Она отослала к Никанору. Так он мне, точно так же ответил.

— Да прикол у них такой, семейный. — Ввернул словцо Брыня. — Ступу разобрать, это как железный шар сломать.

— А я, один раз, сломал. — Растерянно ответил Диоген. — Батя меня на три дня, за баловство, в пустую пещеру запер. А чтобы я не скучал, он мне шар железный дал, поиграть.

— Ну, и?

— А я его сломал.

— А батя?

— Да что, батя? — Диоген махнул рукой. — Вся гора надо мной хохотала. Прохода не давали.

— Да-а-а. — Протянул Никанор. — Чуден, народ, гномы.

— Это, почему же мы чудные? — Встал в позу Диоген.

— Потому, что грешно смеяться над бо… — Домовой не договорил, получив локтем в бок от Сидора. — А ты себя по телику видел? — Сбил тему Никанор.

— В новостях, что ли?

— Да.

— Вырезали, гады. — Огорчился Диоген. — Я перед ними, как вошь на гребешке, а они вырезали.

— А поехали в Останкино. — Предложил Никанор.

— Зачем нам в Останкино? — Удивился Иван.

— Претензии предъявим. Они Диогена обидели.

Иван посмотрел на расстроенного гнома, вздохнул и посмотрел на Брыню.

— А я чего? — Ответил на взгляд Брыня. — Можно и в Останкино. Стукнем по ушам и назад.

— Так-то оно так. — Раздумывал Иван. — Только у нас дело. Семена надо найти. Без Семена, мы эту машину не найдем.

— Так поехали в Останкино. — Воскликнул Сидор. — Там у железной дороги, гаражей, как поганок на лесоповале.

— Мы его там найдем?

— Обижаешь, начальник. — Качнул головой Сидор. — Как в Интернете. Найдем гаражи, кликнем и подождем.

— Тогда в Останкино. — Решил Иван. — Но, сначала к Семену, а потом на телевидение.

Сказано-сделано. Друзья промчались по коридору как тайфун, сбив с ног, высунувшегося в коридор дежурного.

Печь ждала их у входа, раздражая своим видом, сотрудников отделения милиции. Пятерка частных детективов лихо забралась на свой транспорт, подтянув, по сложившейся традиции, гнома, который не мог залезть выше приступка. Печь подождала, когда гному поправят сползшие трусы, и помчалась в сторону Ботанического сада, озадачивая взрослых и приводя в восторг малышню.

Наездники крутили головами, еле успевая наблюдать все встречные достопримечательности. Не даром говорят, что Москва является одним из удивительных городов.

Это так. Москва, действительно, удивительный город. И дело вовсе не в красоте Москвы. Есть города на порядок красивее. Да и красива, Москва, только в центре. Хотя и это выражение не совсем точное. Москва красива только тогда, когда ты стоишь без движения и смотришь во все глаза. Но стоит только сдвинуться с места, как сразу сталкиваешься с удивительным.

Вот бравые работники МЧС, при помощи фантастической техники, снимают с дерева зажиревшего кота, неведомо какой силой загнанного на самую верхушку. Рядом старушка, сорок минут, пытается перейти дорогу по пешеходной зебре. Водители ее не замечают, а может быть думают, что она специально пришла посмотреть на их четырехколесных красавцев. Некоторые из них, подъезжая к бабуле, увеличивают скорость, чтобы она оценила по достоинству.

Вот два дюжих милиционера, крутят руки худенькому очкарику, пытаясь отвести его в участок за отсутствие регистрации. Рядом сидит бомж, прислонясь спиной к обменному пункту. Парень оправдывается, что вечером уезжает в свой Александров, на электричке, что у него билет. Но блюстителей порядка не проведешь. Они знают, что Александров, это город во Владимирской области, а электрички во Владимир, с Ярославского вокзала никогда не ходили. Бомж точно знает, что в Александров надо ехать с Ярославского вокзала, но он молчит. Кто знает? Может, он стал бомжем потому, что когда-то пробовал что-то объяснить правоохранительным органам?

А вот, небольшая кучка людей, с красными полотнищами, требуют чего-то от кого-то.

Вот лица кавказской национальности не пускают на овощной рынок подмосковных фермеров. Они бы пустили, но дело в том, что на том конце рынка, бритоголовые ребятишки, дубасят кавказцев арматурой.

И снова, небольшая кучка людей, но уже с трехцветными полотнищами, требуют чего-то от кого-то.

А здесь все перекрыли и надо обходить за три квартала. Оцепление не дает никаких объяснений, а слухам лучше не верить, потому что можно подцепить лучевую болезнь.

А вот, небольшая кучка одних, встретилась с небольшой кучкой других, и ОМОН вынужден нести потери.

Тротуары заполнены людьми, снующими туда-сюда. Причем туда идут, в основном те, кто вкладывает куда-то свои сбережения, и те, кто эти вклады проворачивает на всю катушку. А сюда идут те, кто убегает от налогов, и те, кто выколачивает налоги.

В метро спускаются высотники. Из метро выходят горняки. На городском транспорте ездят зайцы. На автомобилях — чайники. В лохотроны играют лохи. За порядком следит мусор.

На подъезде к гаражам, печь резко вильнула, сбив рекламный щит, на котором предлагались микроволновые печи со скидкой.