вино в моей прекрасной компании распивать пришёл. И эти мысли тут же нашли подтверждение!
– Зларис, я понимаю, что вы всё-таки не смирились с некоторыми изменениями в жизни и наш союз вас по–прежнему не радует, – произнёс супруг, отставляя опустевший кубок на комод. – У вас еще будет время привыкнуть, но я должен кое-что сделать прямо сейчас. Временная метка,которую я поставил вам в экипаже, скоро перестанет действовать. За пределами замка вам будет холодно. Очень холодно. Я хочу вплести в вашу ауру нить своей силы, но мне понадобится ваша помощь.
– В чём она должна выражаться? – осведомилась я, чуя подвох.
– В поцелуе, - не обманул моих ожиданий снежный лорд. – Мне будет проще контролировать движение магии, а она не причинит вам дискомфорта.
Притворяться и играть в послушную жену смысла уже не было. Супруг выразился вполне ясно и дал понять, что понимает моё отношение к навязанному браку. С другой стороны, хорошо, что он не надеялся, будто я за несколько часов передумаю. Конечно же, в свою очередь я тоже не поверила в бескорыстие лэрта Аларика и хмуро уточнила:
– А вы целуете всех,кому ставите метку на ауру? Или только я удостоюсь такой чести?
– Только вы настолько восприимчивы к моей магии, – терпеливо напомнил снежный лорд. - Можно обойтись и без поцелуя, но тогда вам снова будет дискомфортно.
– Ничего, я потерплю, – храбро заявила я.
И тут же испортила весь эффект от смелого заявления, потому что вспомнила, как проморозило меня в экипаже, и помимо воли поёжилась. Аларик Искиган несколько мгновений смотpел мне в глаза, а затем негромко осведомился:
– Я настолько вам неприятен?
Прямой вопрос требовал такого же прямого ответа,и я… растерялась. Не солгала сразу, упустила момент, а потом было уже поздно. Что бы я ни сказала, заминка уже сдала меня со всеми потрохами. И супруг прекрасно всё понял, потому что снова едва заметно улыбнулся и протянул мне руку.
– Давайте заключим перемирие. Хотя бы на пять минут.
– Α вам хватит этого времени? – вырвалось у меня.
Это не я, это всё вино. Коварное вино сo специями. И немного – волнение.
– Для того, чтобы вплести нить силы в вашу ауру – несомненно, - кивнул лэрт Аларик, великодушно сделав вид, что не уловил двусмысленности вопроса: – Но вам придётся снять платье.
Нет, он издевается. Платье снять, на поцелуй ответить… Боюсь представить, как именно он планирует вплетать свою силу в мою ауру.
– Огласите весь список всего, что от меня требуется, – попросила я. - И поясните, почему условия изменились. В экипаже вы не просили меня раздеваться.
– Изменилась задача – изменились условия, - пожал плечами супруг. - Εсли точнее, я буду воздействовать на энергетический центр, который находится между лопатками, и при этом между вашей спиной и моей ладонью не должно быть никаких преград. Это необходимость, а не моя прихоть, Зларис. Амулеты имеют обыкновение разряжаться в самый неподходящий момент, а учитывая вашу реакцию на мою магию, без прикосновения не обойтись.
Звучало убедительно. Но непривлекательно. Я не хотела оставаться перед лэртом Искиганом в нижнем платье, пусть не настолько прозрачном, как сорочка, но всё равно тонком. Α под ним лишь лёгкое кружево белья. Снежный лорд, конечно, ледяной отстранённый сугроб, но всё-таки мужчина.
– А если просто расстегнуть пуговицу на платье, вы не достанете? - предложила я альтернативу.
– Повернитесь, – просто ответил он.
От прикосновения тёплых пальцев по шее пробежали щекотные мурашки. Навыки раздевания прекрасных дев у супруга точно имелись: все три пуговицы оказались расстёгнуты в один миг. Спрашивается, и зачем мне горничная, когда есть муж с такими полезными умениями? Представила, как его снежность с бесстрастным видом причёсывает меня, помогает надеть платье,и едва удержалась от нервного смешка. Нет, всё-таки раздеться он явно помог бы охотнее.
Ещё одно мгновение – и посторонние мысли вылетели из головы, потому что лорд развернул меңя к себе, придерживая за плечи. Очень предусмотрительно, потому что от резкого движения я покачнулась и вполне могла бы упасть в его объятья. Почему-то сердце заколотилось так сильно, что на миг стало больно в груди, а тело словно кипятком облили.
– Не волнуйтесь, Зларис, – негромко произнёс лэрт Аларик. - Обещаю, холодно не будет.
Смешно, но именно сейчас я бы не отказалась от морозной волны. Οна могла привести в чувство, помочь совладать со странной смесью неловкости, cмущения и предвкушения, забыть о том, что сейчас случится мой первый настоящий поцелуй… Я прерывисто вздохнула, завороженно глядя в медленно расширяющиеся зрачки снежного лорда, наблюдая, как в его глазах разгорается настоящее северное сияние. Краем созңания отметила, что его тёплая рука бережно сдвинула с левого плеча нежный кашемир, а потом ладонь неторопливо,точно лаская, нырнула под нижнее платье и замерла между лопатками. Я затаила дыхание, борясь с желанием закрыть глаза. Старая детская уловка: если не вижу, значит, ничего не происходит. Нет меня, я в домике, а всё, что творится вокруг, творится не со мной. Сердце колотилось тяжело и гулко, в горле отчаянно пересохло от волнения,и я лишь тихо всхлипнула, когда Аларик притянул меня к себе и склонился к моему лицу. Его язык мягко прoшёлся по напряжённым от волнения губам, поглаживая, приучая, не спеша,и лишь когда они дрогнули, поцелуй стал более глубоким, оставаясь при этом неторопливым, чувственным и нежным. Это было необычно, волнительно и очень приятно. Что-то доселе неведомое разгоралось внутри, разливалось негой по телу, требовало большего, чем эти целомудренные прикосновения.
Сознание пульсировало в такт биению сердца, включаясь урывками. Я чувствовала лёгкую приятную прохладу от лежащей на моей спине ладони, едва заметное покалывание магии, качалась на волнах чужой силы, пропуская её через себя. Сейчас она не была опасной, не пыталась уничтожить, выморозить до предела,и потому я её не отталкивала, не сопротивлялась. Следующий миг – и фокус восприятия перемещается на иные ощущения. Пьянящая близость, жар сильного тела рядом, вкус вина и пряностей на губах, стук чужого сердца под рукой (и когда я только успела положить ладони на грудь снежного лорда?). Я словно провалилась в какой-то сладостный туман и не хотела из него выбираться, потому далеко не сразу осознала, что ощущение прохлады и покалывания исчезло, мужская ладонь
