Слияние настолько часто путают с подлинной близостью, что ее признаки рассматриваются не как настораживающие, а как желаемые. Нас радует совпадение мнений и оценок по поводу разных событий, мы любим одинаковые книги и фильмы, имеем схожие привычки, совпадение вкусовых пристрастий. В основе слияния лежит желание убрать границы и соединиться с партнером в одно целое. При этом люди быстро входят в близкие отношения и как бы прирастают друг к другу. Поэтому при слиянии расставаться сложно и больно, но если это происходит – то через разрыв и страдания.
Слияние легко выявить по преимущественному использованию при описании собственного поведения местоимения «мы» вместо «я» или «он». Например, приходит семейная пара и на мой вопрос по поводу проблемы жена говорит примерно следующее: «Сначала у НАС все было хорошо, потом МЫ стали ссориться, и теперь МЫ уже не знаем, как жить дальше вместе». Употребление слова «мы» является одним из наблюдаемых признаком слияния. Слияние происходит, когда индивидуум не может дифференцировать себя и других, не способен определить, где кончается его «Я» и где начинается «Я» другого человека. Сливаясь, мы теряем границы своего «Я» и превращаемся в одно «мы». Человек не различает, где его переживание, а где того, с кем он соединился.
Как ни парадоксально, но слияние является своеобразной формой психологической защиты от подлинного контакта друг с другом. Слияние делает невозможным здоровый ритм контакта и ухода, поскольку и контакт, и уход подразумевают «другого». Слияние делает невозможным принятие различий между людьми, поскольку при слиянии человек не способен принять ощущения границы, не может дифференцировать себя и других. Поэтому при слиянии очень сложно отказываться от просьб своего партнера: его желания – мои желания. Отказ воспринимается как нарушение псевдосоединенности, разрушения такого приятного чувства слитности.
В качестве другого индикатора слияния можно выделить две знакомые многим эмоции: вина и обида. Вина – это способ наказания себя за нарушение слияния, желание подстроиться под другого человека. Обида – это наказание другого за то, что он разрушил слияние, это желание подстроить его под себя. Представим, что муж купил билеты в театр, приходит домой и приглашает туда жену. А она ему отвечает: «Ты что, какой театр?! Дома столько дел, отдай билеты соседям». Если эта пара находится в слиянии, то муж попадает в трудную ситуацию. Ради сохранения согласия он может сделать так, как посоветовала жена, и остаться дома. Но тогда у него возникнет на нее обида, так как он хотел пойти в театр. Но если он жену не послушается и пойдет на спектакль, то удовольствие от спектакля будет отравлено чувством вины. У мужа начнутся угрызения совести: «Наверное, жена обиделась, потом три дня разговаривать со мной не будет. И зачем только я пошел в этот театр? Действительно, дома так много работы, а я думаю только о себе».
Противоядием против слияния являются хороший контакт, дифференциация и проговаривание вслух взаимных ожиданий. В здоровых отношениях к просьбам другого можно относиться как к пожеланию, а не как к приказу. Когда партнер просит, то внутри себя стоит взвесить и решить, смогу ли я это сделать или нет. В последнем случае можно свободно отказать. Человек должен понять, что существуют потребности и чувства, принадлежащие только ему, и что они необязательно связаны с опасностью разобщения со значимыми для него людьми. Подлинно любовные отношения строятся не на потере себя, а на глубоком резонансе друг с другом. В любви тоже есть соединение между людьми, там, где «двое становятся одним», но при этом люди эмоционально не перемешиваются, сохраняя свое «Я».
Помни, что лучшие отношения – те, в которых ваша любовь друг к другу превышает потребность друг в друге.
Далай-ламаЛовушка 41. Здоровое и нездоровое слияние: в чем разница?
С психологической точки зрения в желании слияния с партнером под видом любви заключается попытка воспроизвести внутриутробные отношения с матерью. Данный тип взаимосвязанных отношений плода с матерью здоров и нормален. На период беременности мать и дитя являются единым организмом. Если матери плохо, то ее состояние передается ребенку, и наоборот. Когда беременная женщина говорит: «Мы поели, мы погуляли», то это соответствует реальности. Это совершенно нормальное слияние двух людей: матери и ребенка на стадии его развития как плода. Их слияние становится невротическим, когда после родов, то есть перерезания пуповины, способ общения остается прежним.
Пример из консультации. Ко мне обратились мама с дочкой-подростком по поводу сложностей в их отношениях. В какой-то момент дочка стала рассказывать про увлечения. Я заинтересовался и спросил: «А ты умеешь рисовать?» И вдруг отвечает мама, опережая дочь: «Да! Мы уже второй год ходим в художественную школу». Ее ответ сразу обозначил суть проблемы. Хотя ребенок физически родился уже давно, но мама все еще говорит о нем как о части себя. У матери не произошло психологического отделения, и она продолжает удерживать ребенка в своей невидимой психоэнергетической утробе.
Воспитание ребенка по типу слияния вредно прежде всего тем, что оно лишает человека возможности жить своей жизнью. Когда ребенок «мой», я за него отвечаю, но я же его и контролирую. Если родители воспитывают ребенка по типу слияния, то он, не видя других вариантов, будет воспринимать это как проявление истинной любви. Когда такой ребенок вырастает, то у него уже сформирована потребность в слиянии. Он начинает воспроизводить отношения взаимозависимости, как когда-то было с мамой или папой. Тогда под видом поиска партнера ищется человек, с кем можно вновь соединиться в одно целое.
В качестве иллюстрации отношений по типу слияния хочу привести фрагмент письма. В нем достаточно ярко представлены различные последствия зависимых отношений. Сложность их разрешения в том, что многие считают зависимость и слияние проявлениями любви. Поэтому яд зависимости беспрепятственно разъедает не только отношения, но и самого человека. Словесные индикаторы зависимости в этом тексте я выделил.
«Пишу Вам не в первый раз и думаю, что не в последний. Встречаюсь с молодым человеком десять месяцев. Мне восемнадцать лет, он старше меня на шесть лет. Как он уверяет, любит безумно, без меня жизнь ему не нужна, хочет на мне жениться. Казалось бы, все идеально. Но на самом деле возникает такое чувство, что эти отношения отбирают у меня жизненную силу. Потому что:
1. Мне приходится переубеждать его в пессимистичных прогнозах. Он постоянно твердит о том, что он урод и неудачник, что я найду лучше него рано или поздно. И все в таком вот духе, а я каждый раз переубеждаю его.
2. Он безумный ревнивец. Ему осталось только в клетку меня посадить и запереть. Я никуда не выходила в люди все время, что мы вместе. Я не тусовщица, но иногда о-о-очень хочется, но ведь опять предстоит немыслимый скандал! Даже если я просто начну об этом говорить. (Хотя до меня он сам был заядлым “гуленой”, было много девушек, да и познакомились мы на дискотеке.)
3. Общение с противоположным полом запрещено! У меня есть лучший друг. И пара приятелей, с которыми мне теперь приходится общаться втайне от него! Потому что если он узнает об этом, будет скандал с большой буквы. Он против того, чтобы я вне дома встречалась с подругами (вдруг где-нибудь с мальчиком познакомлюсь). Якобы мне должно хватать общения в университете.
4. Он часто меня обвиняет в том, что мне наплевать на наши отношения, так как я “забываю” про него (на самом деле я либо спала, либо занималась своими домашними делами и поэтому не позвонила лишний раз).
В общем, придирается ко мне со всех сторон. Я уже начала спокойно говорить, что если не нравлюсь – можешь найти другую. Все-таки в городе невест живем! Он не хочет. Не знаю, я так устала. Ну вроде бы все хорошо, когда я “правильно” себя веду. Но иногда мне просто выть хочется. Что я как игрушка?
Все, кто знает его (мои знакомые), удивляются, как я все это терплю. А я, сумасшедшая оптимистка, верю в то, что с помощью моих чувств он изменится. Верю в лучшие его стороны, что надо только потерпеть, но иногда боль, злоба и обида просто убивают!
Привыкла к стабильности. Вообще не люблю глобальные изменения в своей жизни. Еще и поэтому не могу вот так расстаться. Мне кажется, что мир перевернется, если я его оставлю. А друзьями стать не получится. Мне нужно всего лишь немного свободы, я же не робот.
У меня кроме него, родителей и учебы ничего больше нет. Он все отнял. Я миллион раз объясняла, что ничего не натворю. Мне просто нужно немного личного пространства. Считаю, что у него оно есть. Мы встречаемся иногда с его друзьями, с которыми он часто общается. И на работе есть приятель. Моих подруг, друзей он ни во что не ставит. Для него они чуть ли не враги. Как мне себя побороть и принять, наконец, решение? Уповаю на Вашу помощь, благодарю за внимание».
