— Как-с???? — Уточнил я, искренне изобразив на лице изумление, ибо данный топоним, никак не попадал ни под один известный мне тут язык.
— Из Гтархга. — Повторил мужик. — Это в… вы их называете Поднебесными горами. Это далеко-далеко на юге отсюда.
— В Храм? — Уточнил я.
— Угу. — Подтвердил мои подозрения поднебесный мужик. — Много слышали о мудрецах, которые живут при Храме. Вот и пришли приобщиться к их мудрости и знаниям!
— Правда? — Почти что искренне удивился я. — И что говорят о Храме, мудрецах и знаниях, в этом вашем… э-э-э… короче, — Поднебесных горах?
…Фу блин… Словно вентиль какой-то открыл, и из мужика пошел бить фонтан. Жалко только что понимал я с пятого на десятое, потому что увлекшись, он начал активно употреблять неизвестные мне термины. …А может, просто не знал правильных.
А вот зато когда он увлекшись, встал прямо посреди дороги, и начал рисовать палочкой на пыльных камнях разные геометрические фигуры… Короче, — «китаец»[4] оказался знатным геометром, и активно продвигал сию науку у себя в этом самом Гдырхе, (как-то так). А десяток сопровождающих его дядек с лицами профессиональных киллеров, были его наиболее талантливыми учениками, коих он выбрал с собой для поездки в Храм.
В Храме, он надеялся сверить свои достижения и рассуждения, с рассуждениями и достижениями передовой науки. Ибо, оказывается хорошо знакомый всем на этом берегу моря, товарищ Икаоитииоо, специально для того и создал этот Храм, дабы умные люди со всех концов земли, приходили сюда обмениваться мудростью.
…Что признаться, сильно заставило меня заподозрить в товарище и боге по совместительству Икаоитииоо, — родственную душу. — Я же блин, в своем Университете, занимаюсь примерно тем же.
Нет, я и раньше подозревал, что этот странный божок не так-то прост. — Уж больно сильно он выбивался из общего религиозного фона.
И насчет Храма у меня были сильные подозрения. Однако даже общаясь с Эуотоосиком, я не разу не слышал столь прямого указания на накопление знаний, как на основной вид деятельности Храма. — Думал, что это как обычно, — от излишнего безделья и переедания мяса жертвенных животных[5], в местных жрецах пробудилась тяга к Возвышенным рассуждениям и «коллекционированию» всяческой полезной информации. — А кому, в конце-то концов, еще этим заниматься? Ведь не работягам, с утра до вечера торчащим на своих полях или в мастерских? И не воякам, привыкшим ценить лишь те знания, которые приводят к смерти врага.
А оказалось вон оно как!!!
…В общем, с геометром и его учениками, мы поговорили весьма душевно. Я его поразил своей продвинутостью по части сложения, вычитания, умножения и деления. А также кой-какими заветными знаниями о треугольниках и других геометрических фигурах, (почти все что сам помнил). Так что сумел проканать за такого же мудреца, (благо возраст у меня по местным меркам весьма солидный), так же идущего приобщиться к знаниям Храма.
…Что самое ценное, у Згарка, — так звали моего «коллегу», было что-то вроде рекомендаций, от своего научного сообщества, к жрецам Храма, так что можно было надеяться, затесавшись в его компанию, быстренько пролезть поближе к заветным тайнам местных Академиков, и побольше разузнать об заветном Амулете.
…Который, признаться, с каждым днем, и шагом, приближающим нас к Храму, пугал меня все сильнее и сильнее.
А вдруг он и правда, представляет из себя нечто значимое?
А самое главное, — что я скажу Лга’нхи и другим ирокезам, когда они потребуют от меня исполнения Пророчества?
Была у меня конечно одна задумка. Но если она не сработает, и брательник реально потребует вернуть на землю родное племя… Это мягко говоря, станет крахом всего того, что я успел тут построить за свою жизнь.
Где-то через часок, мы покинули территорию города …Нет, это не город такой большой. Аоэрооэо, даже несмотря на то что по местным меркам считался беспрецедентно огромным, — по масштабам моих времен, был не больше какого-нибудь районного центра, на пару-тройку десятков тысяч жителей.
Просто шли мы по нему, очень медленно. И думаю, с точки зрения наших степняков, — еще и мучительно.
Представьте, что вынуждены пройти метров сто, коротенькими, буквально на пол ступни шажками, вместо того чтобы преодолеть этот путь в своем нормальном темпе. — Вот так же, думаю, чувствовали себя и Лга’нхи с Грат’ху, идя пешком по довольно ровной и удобной дороге, вместо того чтобы припуститься по ней бегом, и быть на месте уже меньше чем через час.
Впрочем, как я уже упоминал, (пока еще нет, но я это вставлю в текст), — отбирая людей в эту поездку, я старался брать тех, кто обладает некоторыми артистическими данными, ну или был послушен как Мнау’гхо. Ведь мы были не только вояки, но и шпионы. — Так что, как бы неуютно ни чувствовали себя все наши ребята (включая даже меня), медленно бредя по дороге, и сжимая палки, вместо привычных копий, — приходилось терпеть, не подавая вида, насколько же это для нас некомфортно.
…В общем, — спустя час неспешного хода, город мы покинули. Об этом мне сообщил Отуупаак, ибо сам я, догадался бы об этом не сразу.
Каюсь, еще там, в прошлой жизни, я случалось страдал отсутствием географического чутья. …В том смысле, что впервые попав в Мытищи[6], не сразу сообразил что это уже дикое заМКАДье, а не цивилизованная Москва.
Нет конечно, что-то такое в душе шевельнулось… Может состав атмосферы, с меньшим количеством выхлопов, или какая-то странная аура… А может быть слегка иной оттенок неба, иное ощущение асфальта под ногами, — все это подсознательно заставило насторожиться. — Но в остальном, — такие же дома, дороги, люди, машины… — Сразу и не поймешь что ты уже в провинции.
Вот примерно так же было и тут. — Вроде и толпы народа прежние, и те же лавки да лотки, вдоль дороги, вымощенной все тем же, истоптанным миллионами прошедших до нас ног, булыжником. Так что пока Отуупаак, не сказал что мостик, по которому мы прошли, означает границу города, — сразу ведь и не догадаешься…
…Собственно, к чему я это? — Да к тому, что судя по всему, не такая уж длинная дорога от города к Храму, была одной из важнейших транспортных артерий Этого Мира, каждый квадратный сантиметр обочины которой, был уже поделен между заинтересованными лицами, и приносил немалый доход.
В мире, где иное племя едва ли насчитывало сотню человек, — это говорило о более чем важном значении, который имел этот Храм для всех жителей материка, раз к нему сходились пути паломников, ото всех уголков земли. — Наблюдение, которое необходимо учитывать в своих дальнейших планах!
Ближе к полудню, мы свернули с дороги, — пообедать. — Довольно рано по нашим представлениям, ведь иной раз, в походе, мы вообще не обременяли себя дневной трапезой. Но поступить так, нам настоятельно порекомендовал Отуупаак.
Причина, — самая банальная. — В Храме все дороже раз в двадцать!
Признаться, я давненько уже не встречался с подобным явлением, ибо в родной Ирокезии, понятие цены за товар, было довольно относительным. И уж тем более, абсолютно не зависело от точного, до нескольких метров, географического положения точки торговли.
Тут же, — опытный Отуупаак свернул с дороги, и ориентируясь на одному ему понятные знаки, протащил нас по какому-то лабиринту из заборов и стенок зданий.
— Тут все будет дешевле, и вкуснее. — Пояснил он нам смысл своих действий. И впрямь, — Невзрачный сарайчик, в который мы зашли, — отличался удивительной, (хотя конечно и весьма относительной) чистотой, а так же обалденными запахами еды, которые неслись откуда-то из его подсобных помещений. — Оно и понятно, — законы рынка, коли не сумел занять выгодного местоположения на краю дороги, приходится завлекать посетителей качеством предлагаемых услуг.
Но это услуга для местных жителей, и тех туристов, кто догадался нанять местного проводника. Всем остальным, прямо на дороге, продадут втридорога лепешки из прогорклой муки, и тухлые куски мяса, щедро посыпанные, дабы отбить запах, разными травками и специями. (Аренду дорогого места, надо отбивать).
…А вот уже в этой харчевне, у нас возник небольшой конфуз с Згарком и его учениками, которых я, дабы получше закрепить знакомство, пригласил отобедать в нашей компании.
Нет, против меня они ничего не имели. …Да и против остальных моих товарищей тоже. …За исключением Тууивоасика.
И опять же, — Нет! Не в том смысле что им было западло разделить с ним кусок хлеба. Просто находиться за одним столом, (который заменяла циновка), с аиотееком-оуоо, для них было примерно то же самое, как для какого-нибудь забитого крестьянина века так 16, сидеть за одним столом с графом или бароном.
Тут признаться, я и сам свалял изрядного дурака. Что и говорить, — а на нашем берегу моря, — сословные привилегии, были понятием еще очень и очень относительным. Как бы крут не был Лга’нхи, или даже сам Леокай, — они бы не посчитали зазорным разделить лепешку и кусок мяса с простым овцепасом или рыбаком.
