Проанализировав деятельность Бориса Годунова в первые годы его царствования, нетрудно сделать однозначный вывод, что его политика полностью соответствовала интересам Российского государства. Знать была избавлена от репрессий прошлого. Ни один знатный род не был насильственно отстранен от власти. Князья Рюриковичи и Гедеминовичи могли быть уверены, что при Годунове их не вытеснят худородные выскочки. Тот же А.П. Павлов писал: «Дума конца царствования Бориса Годунова была не менее (а пожалуй, и более) аристократичной по составу, чем Дума 1598 г. Из 20 бояр 1605 г. 11 человек относились к первостепенной княжеской знати (Мстиславские, Шуйские, Голицыны, Куракин, Трубецкие, Катырев-Ростов-ский, Воротынский, Черкасский)»[27].
Глава 7
Романовы «начинают партию и… проигрывают»
Как уже говорилось, со времени смерти Ивана Грозного все мужское потомство Захарьиных и Яковлевых или перемерло, или было казнено царем. В живых остались лишь Никита Романович Захарьин и его дети, которых по деду стали называть Романовыми.
Никита Романович оказался самым плодовитым в роду Захарьиных. От двух жен – Варвары Ивановны Ховриной и Евдокии Александровны Горбатой-Шуйской – он имел пятерых сыновей и пятерых дочерей (Федора, Михаила, Александра, Василия, Ивана, Анну, Евфимию, Ульяну, Марфу и Ирину). Из них только Ульяна умерла в младенчестве, в 1565 г. Старшая дочь Анна была выдана замуж за князя Ивана Федоровича Троекурова. Рюриковичи Троекуровы вели свой род от ярославских удельных князей.
Иван и Анна Троекуровы нажили двоих детей – Бориса и Марину. 6 декабря 1586 г. Анна Никитична умерла, а И.Ф. Троекуров взял новую жену – Вассу Ивановну.
Дочь Евфимию Никита Романович выдал за князя Ивана Васильевича Сицкого.
Марфа стала женой Бориса Камбулатовича Черкасского. Он был сыном кабардинского владетеля Камбулата – родного брата Темрюка, отца Марии – второй жены Ивана Грозного. Два сына Камбулата – мурзы Хокяг и Хорошай – приехали на службу в Москву, крестились и получили имена Гавриил и Борис Камбулатовичи. В 1592 г. Борис становится боярином.
У Марфы Никитичны и Бориса Камбулатовича было трое детей – Иван, Ирина и Ксения. Иван при царе Михаиле стал боярином, Ирина выдана за боярина Федора Ивановича Шереметева, а Ксения – за Ивана Дмитриевича Колычева.
Младшая дочь Никиты Романовича Ирина вышла замуж за боярина Ивана Ивановича Годунова. Потомства у них не было.
Наиболее выдающейся личностью из большой семьи Никиты Романовича стал его старший сын Федор. Он был красив и статен. Он, по-видимому, первым из московской знати стал брить бороду и носить короткую прическу. О щегольстве Федора и умении одеваться иностранные послы говорили, что если московский портной хотел похвалить свою работу заказчику, то он говорил: «Вы теперь одеты, как Федор Никитич».
В 1586 г. Федор прямо из рынд прыгнул в бояре. В 1590 г. он женился на Ксении Ивановне. В торжественном обряде венчания участвовал сам царь Федор и боярин Борис Годунов. Остается лишь единственный вопрос: на ком женился Федор Никитич и кто стал матерью царя Михаила? Об этом уже свыше 300 лет спорят историки. Имя и отчество невесты точно известны, вопрос только в фамилии.
Ситуация на первый взгляд более чем странная. Ведь в XVI—XVII веках все – от князей Рюриковичей до простых дворян – тщательно следили за своей родословной. А тут мать царя – основателя династии!
Увы, как и во всех других темных местах нашей истории, неясности были внесены умышленно. Наиболее вероятно, что Ксения Ивановна в девичестве была Шестовой, дочерью дворянина среднего достатка Ивана Васильевича Шестова.
Шестовы, как и Захарьины-Кошкины, были беспородны и выдумали себе прародителя – «мужа честна из Прус», некоего князя Михаила, который специально оттуда прибыл, чтобы принять участие вместе с князем Александром Ярославичем в битве со шведами на Неве.
Первым же реальным представителем Шестовых можно считать Ивана Семеновича Мороза, находившегося на службе
Ивана Калиты. От этого Мороза пошли не только Шестовы, но и Салтыковы. Его внук Михаил Игнатьевич Мороз был прозван Салтыком*.
Шестовы поддерживали тесные связи со своей родней Салтыковыми. Сейчас нам, горожанам XXI века, трудно понять близость двоюродных, троюродных и четвероюродных братьев и сестер XV—XVII веков. Мы их обычно не знаем, а если и знаем, то встречаемся с ними исключительно на свадьбах и похоронах общих родственников. Тогда же самые дальние родственники были членами клана (тейпа) и горой стояли друг за друга.
В итоге родная сестра Ксении Шестовой вышла замуж за Салтыкова. Судя по всему, за окольничего Михаила Михайловича. Во всяком случае, при царе Михаиле его сыновья Борис и Михаил считались племянниками царственной инокини Марфы (Ксении).
Вскоре Салтыковы станут главными заводчиками Смуты и польскими прихвостнями. Так что у Романовых будут все основания не афишировать родство с ними. Хуже всего то, что Мария Ивановна, мать Ксении Ивановны Шестовой, в девичестве носила фамилию… Нет, тут я сохраню интригу, и мы все узнаем в следующей главе.
Федор Никитич оказался плодовит: с 1592 по 1599 г. у него родилось шесть детей, но выжили лишь двое – Татьяна и Михаил, а остальные умерли в младенчестве (Борис в 1593 г., Никита в 1593 г., Лев в 1597 г. и Иван в 1599 г.). Позже Татьяна выйдет замуж за князя Ивана Михайловича Катырева-Ростов-ского, а Михаил, родившийся 12 июля 1596 г., станет царем.
* Петров П.Н. История родов русского дворянства. СПб: Книгоиздательство Герман Гоппе, 1886. С. 49.
В 1586 г. Федор Никитич получает боярство и назначается наместником нижегородским. В 1590 г. в качестве младшего воеводы он участвует в походе на Швецию. В 1593—1594 гг. Федор Никитич – наместник псковский. В том же году он ведет переговоры с Варновичем – послом австрийского императора Рудольфа II.
В 1556 г. Федор Никитич назначается воеводой правой руки (полка), то есть примерно генерал-майором.
Об остальных, родившихся после Федора сыновьях Никиты Романовича известно крайне мало. В 1590 г. Михаил Никитич был пожалован в окольничие. Данных о его вступлении в боярство нет. Во всяком случае, он умер бездетным.
Александр Никитич в 1586 г. стал рындой, а в 1597 г. ему пожаловано боярство. Смолоду он женился на Евдокии, дочери Ивана Юрьевича Голицына. Брак был недолговечен. 1 августа 1597 г. Евдокия умерла. Вскоре Александр вступает во второй брак с Ульяной Семеновной Погожевой. Оба брака его были бездетными.
Младший сын Никиты Романовича, Иван Никитич Каша, в 1591 г. становится стольником. В 1599 г. он служит чашником при царе Борисе во время приема шведских послов. До ссылки он холост, и лишь в 1606 г. вступает в брак с княжной Ульяной Федоровной Литвиновой-Мосальской, род которой велся от князя Михаила Черниговского. У Ивана и Ульяны родилось семь детей, но о них мы расскажем позже.
В отличие от большинства княжеских родов Рюриковичей и Гедиминовичей, да и многих родов старомосковской нетитулованной знати, вотчины Захарьиных-Юрьевых не только не сократились, но и значительно увеличились. После женитьбы на Анастасии Романовне Иван IV щедро наделил ее родню вотчинами, о чем сообщается в его духовной. В числе пожалованных были укрепленные городки Скопин и Романово городище на юге страны, построенные для защиты от набегов крымских татар. Вместе с этими городами Захарьины-Юрьевы получили и окрестные села.
При организации опричного корпуса Захарьины-Юрьевы потеряли ряд вотчин в Костромском и Суздальском уездах, где до опричнины владели вотчинами Роман Юрьевич Захарьин, сын его Данила и племянник В.М. Юрьев. Но в качестве компенсации Захарьины-Юрьевы получили вотчины в других местах.
Казни родственников Романовых-Захарьиных из ветвей Захарьиных-Михайловых и Захарьиных-Яковлей, как ни странно, пошли потомству Романа на пользу. Как известно, в конце царствования Иван Грозный велел составить перечень опальных и часть конфискованных земель отдал уцелевшим родственникам казненных. Так, в конце 70-х – начале 80-х гг. Никите Романовичу Захарьину-Юрьеву и его сыновьям были пожалованы родовые вотчины Протасия Васильевича Захарьина-Михайлова и бояр Яковлей. Эти вотчины находились в Московском, Костромском, Бежецком и других уездах.
Наконец, в приданое Федор Никитич Романов получил село Домнино «с 57 деревнями и починками» в Костромском уезде и село Климянтино «с 14 деревнями и пустошами» в Угличском уезде.
Богатство Романовых хорошо характеризует заем, выданный Никитой голландской купеческой компании – 20 тысяч рублей. При этом боярин взял грабительские 85 процентов годовых. Любопытно, что английский посол Боус утверждал, что этот заем был замаскированной формой взятки и голландцы сделали Никиту Романовича своим «агентом влияния».
23 апреля 1586 г. умер последний член клана, носивший фамилию Захарьин, – Никита Романович. В последние месяцы своей жизни он принял постриг и монашеское имя Нифонт. Теперь остались только Романовы.
