отворачиваюсь к окну.
«Давай мириться, Бестия»
Страшно злюсь. То ли оттого, что пострадали ни в чем не повинные цветы. То ли оттого, что кожа до сих пор горит от прикосновения его ледяных пальцев…
Глава 12. Гость
Илья
Сука-сука-сука-сука…
Блять, откуда такие берутся? К ним не инструкцию надо прикладывать. Им пометку на лбу надо делать «ДЭНДЖЕР».[12] Вот такееендовыми буквами! Чтоб мужики за метр считывали и обходили десятой дорогой!
Спускаюсь в адскую подземку и, нахмурившись, смотрю на табло, ни хрена не понимая, налево дальше, или направо.
— Стал тут посреди дороги, ирод! — раздается недовольное за спиной, после чего я получаю клюкой по ногам.
— Мать, те места мало, что ли? — спрашиваю вслед.
Старуха, проковылявшая мимо, резко останавливается. Оборачивается, поправляет пуховый платок, одномоментно с этим сощуривая один глаз. Сканирует мою морду недобрым взглядом, а потом и вовсе посылает меня прямо туда (ага, на три веселых буквы)…
— Охренеть, какие тут все приветливые! — ворчу под нос, продолжая поиски нужной станции.
Определившись с направлением, прохожу в вагон. Точнее в него меня заносит толпа разномастных пассажиров, в хлам затоптавших мои новые ботинки. И плевать им на то, что следующий поезд будет через пару минут. Всем надо втиснуться именно в этот. Курьеру яндекса с велосипедом. Мужику с парой огромных чемоданов в руках. Большой делегации китайцев, балакающих на своем сяо-мяо. Мамаше с тремя орущими троглодитами. Группе студентов, занявших весь хвост вагона.
Ловлю на себе заинтересованный взгляд девчонки, стоящей в левом углу. Смотрю перед собой и все там же в отражении вижу, как она толкает локтем свою подружку, залипшую в телефон. Та реагирует не сразу. Недовольно на нее шипит и возмущается, но по итогу, тоже поднимает на меня свои зеньки.
Оценивают. Перетирают. Хохочут.
На следующей станции подбираются ближе и, не прекращая хихикать, типа случайно на меня заваливаются, когда поезд трогается. Кто-то из них при этом снова наступает на мой ботинок.
Мать вашу…
Не мой день, по ходу. По всем фронтам.
— Извините, — пищат, краснея.
— Молодой человек, а чего это вы такой хмурый? — интересуется блондинка. — Я Света, кстати.
— А я Ира, — подключается темноволосая.
— Илья, — отвечаю без особого энтузиазма.
— Мы из меда. А ты?
— А я органами торгую, — выдаю на полном серьезе.
— Че?
— Почку не хочешь продать? — наклоняюсь, обращаясь к той, которая представилась Светой. — По-быстрому у ребят моих вырежем. Деньги наликом сразу. Много.
— Нееет, — испуганно от меня шарахается и тянет за рукав свою подружайку.
Вскоре вылетают из поезда, сверкая пятками. А я ржу.
Ну вас в жопу, девочки. С одной уже провел приятно время. До сих пор разгребаю. Никак не разгребу.
Сжимаю ладони в кулаки. Чувствую, что начинаю закипать по новой. Стоит только вспомнить невыносимую рыжую стерву, возомнившую о себе невесть что, и аж в глазах от злости темнеет.
Еле сдержался, чтобы не нахамить. Отвечаю. Особенно, когда она с улыбкой на лице отправила в урну купленные мной цветы.
Дура конопатая. Придушил бы! Ни одна баба так себя со мной не вела! А эта совсем попутала…
Механический голос объявляет остановку, и я только сейчас понимаю, что свою проехал.
Выдаю трехэтажный забористый мат.
— Чтоб тебе «хорошо» спалось сегодня, ведьма проклятая! — посылаю в космос. Очень надеясь, что «там» услышат.
Короче смиренно еду дальше, воспринимая это как возможность согреться. Минут пятнадцать спустя в голову ударяет моча. Решаю посмотреть главную достопримечательность Москвы, потому что возвращаться на хату к пацанам пока желания нет…
*********
Из подземки выползаю уже в районе двенадцати. На поверхности дышать становиться значительно легче, чем в московском метрополитене. Хотя, возможно, только в зимний сезон так. Наслышан о том, что летом в этих бетонных джунглях можно от духоты скопытнуться.
— Говори.
— Илюха, ты куда пропал? — интересуется Дымницкий.
— Культурно просвещаюсь, — вставляю в рот сигарету и опять кручу головой, пытаясь сообразить, куда мне надо.
— Шаришься где-то?
— Красную площадь ездил смотреть.
— Ого-го! И че? Впечатлился?
— Типа того.
При всей моей нелюбви к столице, теперь понимаю, зачем туда прется каждый заезжий турист.
— А щас ты где?
— Уже на районе. По какому поводу допрос?
— Обижаешь, беспокоюсь, братан. Ты ж у нас топографический кретин. Мало ли…
— Через пять минут буду. Пожрать что-нибудь есть? — пропускаю его подкол мимо ушей.
— Ага, поляна накрыта. Давно тебя ждем.
Сбрасываю вызов. Осматриваю местность и нахожу свой ориентир — те самые дутые стеклянные высотки. Застегиваю молнию повыше. Прячу руки в карманы куртки и топаю вперед по расчищенному тротуару.
Надо бы позвонить в автосервис и узнать, что с тачкой. Ваще не в тему она сломалась! Завтра к человеку срочно ехать, а я пешеход.
Слушайте, а может, это был знак свыше? Машина-то не завелась прямо перед поездкой к Бесстыжей. Ну точняк! Сам Господь Бог хотел оградить меня от этой встречи.
Кто-то кричит. На автомате поворачиваю голову и замечаю какую-то нездоровую движуху, происходящую по ту сторону улицы. Слышу визг тормозов. Протяжный звук сигнала. Чуть дальше замечаю придурка, выбежавшего на середину дороги.
Останавливаюсь. Наблюдаю за тем, как он пытается преодолеть препятствия в виде экстренно стопырнувших автомобилей. Так спешит, что бросается прямиком под колеса. Пересекает последнюю полосу. Несется сюда. Не добегая до киоска, сворачивает направо, к жилым домам.
Два бугая преследуют его до самой арки, а потом исчезают в темноте.
Ситуация — дерьмо. Чуйка у меня на такие дела отменная. Потому что себе подобных я вижу за километр…
Иди мимо, Илюх. Своих проблем мало? Чужих себе решил подкинуть? На черта оно тебе надо! Тем более, что ты не знаешь, по какой причине эти двое за ним гонятся.
Ты не должен влезать в их разборки.
Не должен, но влезаю.
Разворачиваюсь и, раздраженно цокнув языком, возвращаюсь. Повторяю их маршрут. Тихо дохожу до арки, достаю пистолет и ныряю башкой в проем.
Гасят пацана на пару, как и предполагал.
Устроим им нежданчик.
Все, что происходит дальше, можно измерить секундами, ибо развиваются события крайне стремительно.
В ночной тишине раздается мой выстрел. За ним следует их ответка. Повторяем по кругу дважды.
Баба, не вовремя решившая выгулять свою псину, замирает на месте и орет как припадочная на весь двор.
Забурившись за углом, показываю ей, чтоб убиралась прочь, но эта глупая неадекватная курица угрожает ментами и уходить явно не планирует, привлекая все больше внимания.
К детской площадке подъезжает черный внедорожник. Слышу топот, выстрелы и хлопок дверей, а там уже водила бьет по газам.
Поднимаюсь на ноги. Держа на
