Император изо всех сил старался казаться «добрым дядюшкой», каким казался во времена Республики, но, на её субъективный взгляд, у него это плохо получалось, а может, она слишком хорошо знала, что скрывается за добродушной заботой.
Тем не менее, его поведение настораживало. У Энакина пока не было причин идти против Палпатина: Скайуокера многое не устраивало в нынешней политике Императора, в его методах, они расходились с его собственным мнением о будущем Империи, но он всегда был прагматичным. Палпатин мог великолепно убедить в эффективности и необходимости таких мер. Склонив голову, Лорд принимал точку зрения своего Мастера и безукоризненно выполнял приказы, которые вызывали у неё только слёзы.
Моральные нормы супруга ломались на глазах, переформировываясь в то, что она не могла понять.
Палпатин выворачивал его наизнанку, переворачивая правду. Единственное, что оставалось неприкосновенным в его отношениях – это она и дети. Это давало надежду, но не исключено, что Сидиус найдёт способ вытравить и это.
Падме изменила своё мнение касательно Тени, которая порой появлялась в муже, привыкла к её раскалённой холодности, научилась любить и её. Ведь она оказалась его частью, которую запирали все годы в Храме. Именно эту часть его боялись магистры, именно эта его сторона внушала чувство опасности.
Она проявлялась и раньше: в разгаре ночи, в огне боя или в холодной безысходности поражения. Вейдер всегда был в нём, жёсткий, решительный, властный. Его холод обжигал, а огонь холодил, но это часть его. Ещё одна сторона Энакина Скайуокера, которая оставалась тайной.
Во время войны в нём появилась хитрость, он научился утаивать своё мнение. До войны все его мысли были написаны на лице, и нужно было лишь уметь читать. А сейчас же, даже когда он, казалось, рассказывал откровенно, что-то все равно оставалось невысказанным, и она это чувствовала.
Вылет Энакина уже был назначен, но у них ещё есть два месяца. Падме боялась, что на расстоянии может потерять достигнутое таким трудом доверие, и у Палпатина будет больше места для маневров на поле их сложной битвы.
С одной стороны, его отсутствие развяжет ей руки, даст возможность незаметно ей самой покидать столицу, но, с другой… Падме лишится его непосредственной защиты, ведь с ней может случиться что угодно, пока его крейсер будет в гиперпрыжке.
Сейчас, независимо от того, что ему скажет Палпатин, она всегда у него на виду, всегда рядом, а после отлёта он не сможет следить за ней постоянно, что приведёт к увеличению подозрений. Как она и предполагала, ей нужен год непосредственно рядом с ним – только два месяца ушло на восстановление хоть какого-то взаимопонимания, и он только-только начал впускать её в свое внутреннее поле. Шаг за шагом она проходила его защиту, учась понимать, чувствовать, смотреть, как он… и на данном этапе, на расстоянии, Палпатин мог всё разрушить. Она тяжело вздохнула и решила передохнуть, зайти к детям.
Малыши лежали в соседней комнате под присмотром Сандры. Падме взяла на руки сына. Рядом с детьми она автоматически успокаивалась, мысли приходились в порядок, и всё вставало на свои места: она уже привыкла к способностям своих детей чувствовать чужие эмоции и не впускала в детскую комнату любой негатив.
— Госпожа, к вам представитель Бинкс, — сообщила помощница Кади в комлинк.
— Пропусти.
Джа-Джа был один из немногих её помощников, которых она принимала в детской. Несуразный гунган покорил малышей и всегда вызывал у них бурю положительных эмоций, но сегодня Бинкс почему-то был хмур и зажат.
— Что случилось, Джа-Джа?
— Моя считать, у наше большие неприятности, — спокойно начал представитель Набу. — Моя говорить с королевой Апалайной и Великим Боссом Нассом. Их сильно зол на гарнизон губернатора Реакер. Их недоволен бездействием Империи. Их не устроить результаты разбирательств. На улицах Тида митинг. Набу не хотеть войны! Набу требовать убрать гарнизон! Королева и Большой Босс идти на крайние меры! В случаи отказа или затягивания прощения их идти на страшный поступок! Идти выход из состава Империи!
Падме глубоко вздохнула, вернула ребёнка в кроватку и молча вышла из комнаты.
Гунган вышел за ней. Ещё один глубокий вздох.
Этого ещё не хватало! Губернатор Реакер с самого начала ей не понравился, как и королеве – он слишком резко и с порога начал диктовать свои правила и законы во дворце Тида.
Молодая и такая же резкая королева Апалайна не смогла найти общий язык с назначенным Империей губернатором. Амидала предвидела нарастание конфликта между выбранным правителем и императорским ставленником, но не в такие сроки! Отравление губернатора Тида, а затем непонятная история с обстрелом четверых мирных граждан гарнизоном Реакера, всё это привело к нежеланным решениям, несмотря на все её убеждения и просьбы…
Королева Апалайна очень ценила сенатора, она выросла на её примере и сейчас, когда её народу стала угрожать реальная опасность со стороны имперского губернатора, она была готова пойти до конца. Амидала прекрасно понимала позицию и решительности своей королевы, но Апалайна, как и она в своё время, совершает серьёзную ошибку. Как Амидала в своё время не предвидела последствия свержения Велорума, так и Апалайна не могла предвидеть последствий выхода из состава Империи. Этого нельзя допустить!
— Что показала повторная комиссия?
— Их нарушать запретную территорию.
— В центре города? Это немыслимо! Убить четверых людей за нарушение границы, о которой не было известно даже правительству! — возмутилась в воздух Амидала и начала расхаживать по кабинету. — Что сказали наши следователи?
— Обозначенная ими граница законна! Люди просто не знать о границе! Это быть ошибка! Их идти по своим делам! Их не понимать, за что их стрелять!
— Мне надо поговорить с Императором, — решила сенатор. — Джа-Джа, поговори с Боссом Нассом, убеди его не горячиться и дать мне время. Пускай он успокоит королеву и ни в коем случае не соглашается на военную поддержку этого митинга!
— Поздно, госпожа, — Джа-Джа виновато склонился. — В Тид уже направляется сотни вооружённых гунганов для защиты королевы и мирных жителей от солдат губернатора!
— Нет, только этого ещё не хватало! — ещё один вздох, чтобы совладать с паникой. — Тогда, представитель Бинкс, ваша задача убедить его отозвать гунганов!
— Этот невозможно! Насса решить! И решения не менять!
Падме недовольно сжала губы. Невозможно переубедить Босса Насса? Это мы ещё посмотрим!
— Тогда, Джа-Джа, я сама с ним поговорю, а ты организуй мне срочную встречу с Императором.
