Читаем без скачивания Седьмая чаша гнева - Петр Котельников

«В вашей семье не было психически больных?»

Теперь мы знаем, что список, передаваемых на генетическом уровне страданий, слишком длинный. Они получили название наследственных. Примером таких заболеваний является гемофилия. Гемофилия цесаревича Алексея сыграла немалую роль в действиях его отца – последнего монарха России, призвавшего ко двору старца Григория Распутина, того самого Распутина, которого люто возненавидело царское окружение. Последствия этой ненависти оставили заметный след в истории России.

Передаются и естественные наследственные признаки. А это означает то, что гены несут в себе видовую и родовую память.

Все в семье имели темные волосы и смугловатые лица, как по женской, так и по мужской линии. А он появился на свет рыжим, и не просто рыжим, а – огненно-рыжим. Пламя волос его было изумительным, ярким, видным издали. Кожа его, вся усеянная крупными коричневыми пятнами, была похожей на кожу земляной лягушки. Можно было бы вспомнить поговорку: «Не в мать, ни в отца, а в прохожего молодца». Но если бы была возможность покопаться в родословной, то можно было найти одного из предков, имеющего точно такой же цвет и вид – Марк был полной копией прадеда, жившего 200 лет тому назад.

Человек с рождения несет в себе черты родителей. Построение его тела происходит по модели, заложенной в генах. Если бы мы могли представить всю сложность этой модели. Ученые говорят, что она соответствует тексту в миллион страниц. Вот и представьте память гена, здесь вся анатомия, вся физиология и вся программа на всю жизнь, включая все системы защиты. Да, трудновато разобраться в этом слепой эволюции!

Память текущих событий по крупицам складывается из той информации, которую принесли органы чувств. Яркая, сногсшибательная информация, запоминается человеком навечно. Особенно, если она сопровождалась возможностью гибели. Менее яркая обыденная тоже закрепляется в клетках коры, но она со временем слабеет и вспоминается уже не полностью, а в виде обрывков из прошедших событий.

Иногда данные о ней настолько стерлись, что она может проявиться только при сходных с теми, прошлыми, событиями. И мы называем ее – интуицией.

Многое еще в памяти остается для нас загадочным. Эта загадочность возникает еще и потому, что не ведется фиксация событий, хотя бы на уровне ведения дневников.

Память может иметь коллективный и индивидуальный характер. Коллективная – это история мира, история отдельного государства. Естественно, не следует искать исключительной достоверности изложенных в ней событий. У вас на глазах создается история того государства, у которого прежде не было своей государственности. В такой истории важно, с какого времени начнется исторический отсчет? Чьими потомками будут считать себя люди, живущие в таком государстве? У каждого – свои способности и возможности…

Иногда такая история является «лукавой» формой ухода от прямого обсуждения проблем сегодняшних. Только исторический взгляд на общественное явление позволяет проникнуть в его сокровенный, глубоко скрытый смысл. Порою заметно, с какой целью эксплуатируется исторический материал, отнюдь не руководствуясь задачами познания. Следует задуматься над тем, почему так упрямо пренебрегают уроками, опытом прошлого, повторяют одни и те же ошибки, отдают себя во власть иллюзий и заблуждений? Бывает и так, что рот раскрываешь в изумлении от сознания, как основательно и прочно сидит в нас то, от чего, казалось бы, мы так далеко ушли. Прошлое всегда пересекается с настоящим, не познав прошлого, не поймешь настоящего. Многие проблемы современности корнями своими уходят в далекое прошлое. Просто отмахнуться от них не возможно. Как, скажем, отмахнуться от национальной идеи, являющейся стержневой нитью государственной политики?

Национализм и религиозен, и безбожен одновременно. Вспомним программу немецкого фашизма: человечество неравноценно по своей природе, делится на высшие и низшие расы. Высшая раса на земле – арийская, наиболее чистые представители арийской расы – немцы, и им предопределено господствовать. Слово немцы можно заменить любым, кто избирает своей целью национализм. Так прекрасно, быть посредственностью, ничего не делать и одновременно чувствовать себя выше тех, кто превосходит тебя и умом, и душевными достоинствами. В этом случае на первый план выходит решимость верить в свою высшую людскую природу без фактических и логических доказательств. Верующий в нее готов защищать ее не только с пеной на губах, но и оружием в руках. Рождается вера в ее крайнем виде – воинствующем. И богом этой религии в фашистской Германии был Гитлер. Преклонение перед ним достигало степени общенациональной истерии, его личность всячески культивировалась. Его каждое слово возводилось в закон. Он стал богом нации, и все же он – не Бог… Не было у него запредельных для человека возможностей. Тот не Бог, чье могущество не превышает возможностей самых выдающихся людей, героев. Быть Богом и человеком одновременно нельзя.

Но нельзя забывать, что при национализме многое просто принимается на веру. В исключительность своего народа националист фетишизирует свою историю, свой быт, свои традиции, старые обычаи, одежду, речевые обороты. Посмотрите трезвыми глазами на любой национализм в современном мире. Ну, хотя бы, на украинский, и станет многое понятным!

Но продолжим…

Память каждого индивидуума зависит от многих особенностей и условий. Первый параметр памяти – скорость запоминания. Для животного необходима неоднократность повторений, что получило название дрессировки. У некоторых людей скорость запоминания по характеру процесса приближается к животным. Они очень поздно начинают говорить, словарный запас их мал, учат их в специальных школах. Есть и такие, кто проявляет невероятную скорость протекания мозговых процессов. Как ни странно это наблюдается в определенных диапазонах знаний. Например, в середине прошлого столетия в Индии проживала женщина Шакунтала Деви, решавшая с молниеносной быстротой и абсолютной точностью арифметические задачи. Например, на решение перемножения чисел в последовательном ряду от единицы до 73, ей потребовалось всего две минуты. По скорости решения она соперничала с вычислительными машинами. Она обладала удивительной способностью мгновенно называть любые дни календаря. Но, самое удивительное, что эта женщина была неграмотной, нигде и никогда не училась. Вот и задача для неверующих: «Откуда это?»

В среднем же, скорость запоминания зависит от характера нервной системы. Несмотря на долгую историю человечества, лучшей классификацией характеров нервной системы является конституция, предложенная Гиппократом. Согласно этой конституции все люди делятся на четыре группы:

Сангвиники – способны активно и долго работать. Легко переключаются от одного эмоционального состояния на другое, могут ставить перед собою и решать самые сложные задачи, коммуникабельны, с ними легко работать.

Холерики – легко возбудимые люди, долго успокаиваются. Обладают сильной нервной системой, часто становятся лидерами, но работать с ними не легко.

Флегматики – медленно вникают в дело, но обязательно доводят его до конца. В роли руководителя ведут себя спокойно, но при быстрой смене ситуации, не успевают «перестроиться», не терпят быстрых изменений, не любят принимать срочных решений.

Меланхолики – теряются в сложных положениях, не всегда могут найти выход, неохотно принимают решения, быстро устают от умственной и физической работы, плохо переносят неприятности и заболевания, трудно приспосабливаются к новой обстановке.

Второй параметр памяти – объем ее. В определении ее играла роль не только конституция, но и величина переработанной информации. Здесь может иметь место узкая направленность информации, и ее широкий охват.

Память может зависеть от преобладания деятельности того или иного органа чувств. Если преобладает работа зрительного анализатора, легче запоминаются зрительные картины. При преобладании слухового анализатора – нагрузка для формирования памяти падает на орган слуха.

Что касается самой конституции, то следует знать, что особенности конституционного типа – это результат «творческой» жизни всех предшествующих поколений, о которых вы ничего не знаете. Вам это передали в наследство. Когда и кем вынашивался ваш генетический код, вы не знаете? Говорят, что вы от обезьяны произошли, и вы верили этому. Ведь так просто согласиться, не подвергая сомнению такого предположения. Ведь в том, что предки ваши – порождение великого разума доказывать еще надо. А безбожие – этого не требует…

А как же быть с конституцией? Как быть с кодом генетическим? Откуда он все-таки пришел?