что Роксана сможет использовать любые сведения против нас, — недовольно проговорила Сара.
— И какие же сведения она использует? Папа, а ты знаешь, у Гретского большой дом, в котором много спален?
— Ага, в которые ее не пускали! Не пускали, Бастиан! — рыкнул Такс.
— И что? Я и не обязан пускать. Вы создаете несуществующие проблемы.
— Бастиан, что с тобой происходит? — Сара даже отлипла от шкафа. — Ты совсем голову потерял? Почему ты вообще дал этой дуре документы? Сначала синяя папка, потом план дома, ты это специально⁈ — последние слова она буквально прокричала.
— Значит, так, — я медленно начал подниматься со своего места, опираясь на стол и в упор глядя на девушку, — если тебя что-то не устраивает, ты всегда можешь уйти. Если ты боишься, что Роксана сдаст меня отцу, не переживай, я пойду по делу в одиночку. Если ты боишься тех дел, которые мы тут творим, можешь отказаться. Я никого не держу.
— Бастиан… — уже не так уверенно начала она, но я не был намерен ее слушать.
— Еще раз посмеешь поднять на меня голос, и вылетишь отсюда туда, откуда пришла. Мне кажется, вы оба забываете, кому служите. Да, именно служите! Не дружите, — с этими словами я посмотрел на своего девария, — не семью строите, — холодный взгляд на Сару. — А именно служите. С этого наши отношения начались, и на этом они будут держаться! Я хозяин, и я буду решать, что и кому давать. И я не обязан ни перед кем отчитываться. Если есть еще какие-то вопросы или возражения, то засуньте их себе… А хотя нет, лучше оформите их в письменном виде и пошлите мне открыткой из какой-нибудь далекой страны, в которую я предварительно вам советую уехать. Но знайте, я все равно найду.
Я внимательно наблюдал, как Такс и Сара поклонились. Первым из кабинета вышел деварий: ясно, обиделся. Сара выдавила из себя подобие извинений и скрылась следом. А я остался в компании коричневой жидкости пятидесятилетней выдержки.
Аккуратно налил себе пол бокала, уселся обратно в кресло и уставился в окно. Да, я ошибся, причем дважды. Но из синей папки Роксана точно ничего не поняла. А из плана дома… План дома она поняла, но что это дает? Она девушка, а значит существо любопытное, наверняка она раньше задавалась вопросом, что там, за переходом, а сейчас знает — просто комнаты. Да, я определенно сделал только лучше.
Я пытался себя успокоить, но чувство, что я облажался, не покидало. И правда, зачем я дал ей это дело? Потому что был уверен, что она если и справится, то настолько плохо, что все равно ничего не поймет. Да и потом, это был верный способ занять ее на весь день, а этот день нам был ой как нужен.
К тому же, все равно они скоро приедут, а значит Роксана обо всем узнает. А после этого пути назад не будет. Ее братец пришел как нельзя кстати, но Роксана, почувствовав себя сильной, отказалась.
Отказалась… Думала, что будет еще шанс? Прости, девочка, но тебе, видимо, придется тут остаться до конца.
До чьего? И хочу ли я этого? Одно дело они, а другое дело…
Как все сложно.
Роксана
Хорошее настроение до сих пор меня не покинуло. Я даже встала в пять утра и, не зная, чем заняться, решила порисовать. В детстве занятия рисованием были одними из немногих уроков, которые мне искренне нравились. Я даже просила маму продлить эти занятия, но она лишь отмахнулась, сказав, что мой навык достаточен, а улучшать его нет смысла. Хотя сейчас это становится логичным — зачем мне настоящее увлечение, чтобы я могла бы стать кем-то?
Меня даже перекосило от таких мыслей, но простой карандаш и бумага сотворили чудеса. Я убежала с ними на улицу и принялась рисовать сад Бастиана, только не такой, каким он был сейчас, а такой, каким бы я хотела его видеть.
Изначально у меня в планах было пораньше вернуться в комнату, чтобы сделать макияж и прическу, но рисование меня так увлекло, что я снова обошлась хвостиком и слегка накрашенным глазами, на большее времени не хватило.
— Кто⁈ — рявкнул господин из кабинета, когда я постучала.
— Я, — приоткрыла дверь и начала неловко топтаться. И куда Такс пропал? Мы же уже давно встречаемся по утрам в коридоре.
— Тебе чего?
— Так я это… — я даже растерялась. — За Таксом пришла. Обычно он ждет в коридоре, а сейчас его там нет.
— Тут, как ты видишь, его тоже нет, — засмеялся Бастиан.
Он что, пьян?
— С вами все хорошо? — неуверенно спросила я.
— Со мной? Отлично! А ты что, беспокоишься? — он снова захохотал, ну вот что за человек?
— У вас глаза красные. Вы, наверное, всю ночь работали. Может, вам отдохнуть?
— Отдохнуть? Работал? — и снова смех, нет, он определенно пьян. — Роксана, вот иногда смотрю на тебя и думаю, вроде не безнадежна. А иногда мышление ребенка… Вот скажи, ты вчера все поняла на плане? — На последней фразе его голос изменился с расслабленного на резкий, а взгляд стал цепким и внимательным.
— Ну я старалась…
— И что находится в той части дома, в которую тебя не пускают?
— Несколько жилых комнатах, какой-то большой стол, и еще помещение, которое просто темное, то есть, никак не обозначено.
— Верно, и тебе разве не интересно, что там?
— Нет! — я демонстративно покачала головой и даже развела руками.
— Серьезно? Ты же девочка, ты должна быть любопытной!
— Ну так я и любопытна, но…
— Что, но? — Взгляд Бастиана становился все более внимательным и горячим. И как ему удается за секунду превращать взгляд с ледяного на обжигающий.
— Вам честно сказать?
— Конечно. Не люблю, когда мне врут. Точнее я всегда это чувствую и не прощаю подобного! Так что?
— Просто помимо чувства любопытства у меня еще есть инстинкт самосохранения. И я не знаю, что вы на самом деле за человек. Пока я не видела в вашем доме и поведении ничего плохого, но я не могу игнорировать разговоры, которые
