является любая исправительная колония в системе ФСИН, но и попросить не демонстрировать перед зеками запрещенные предметы в виде огнестрельного оружия.
Что уж говорить, если сам начальник колонии, которого многие уважительно называли хозяином, изо всех сил старался стать меньше в размерах. Но его потуги были тщетны. Наетые на казённых харчах и сильно обвисшие бока не давали ему никакого шанса воплотить желание в жизнь. Разве что волшебство могло помочь. Но единственный доступный поблизости волшебник был занят, и ему некогда было обращать внимание на мелкого коррупционера. Волшебник при всех послал начальника матом, и тот скромно унёс свою неправдоподобно разросшуюся тушку куда-то на задний план, туда, где с самого начала стоял «кум», то есть его заместитель по оперчасти. После этого Волшебник продолжил колдовать, приговаривая:
– Началась война, в которой мы должны победить. Война тяжёлая. Не сравнить с тем, что было в Чечне и в Сирии. Мы великая страна, и мы обязаны победить! И у нас всë для этого есть. Есть артиллерия, бронетехника, вертолёты, но нам нужны штурмовики! Нам не нужны люди никаких других военных профессий, нам нужны только штурмены!
В какой-то момент мне показалось, что я нахожусь в толпе массовки на съёмках очередного фильма про Великую Отечественную войну: выстроенный на плацу лагерь, лампы освещения, лай собак, и посреди стоит комиссар ГБ, призывавший зеков идти на фронт Родину защищать:
– … Первое: полная амнистия по истечении шести месяцев участия в боевых действиях. Второе: в течение шести месяцев вам будет выплачиваться заработная плата в размере ста тысяч рублей в месяц. Деньги будут выдаваться только наличными вам или вашим родственникам, которых вы укажете в заявлении. Третье: в случае гибели вашим родственникам будет выплачено пять миллионов рублей, а также будет проведена полная реабилитация вплоть до захоронения вашего праха на аллее славы вашего родного города. Четвёртое: если у вас другое гражданство, то по истечении шести месяцев участия в боях вы будете также полностью амнистированы. Кроме того, вам выдадут паспорт гражданина России, чтобы вы могли легально находиться на территории РФ. Потому что, в зависимости от политической обстановки, вас могут преследовать по закону в ваших государствах за наëмничество. Теперь откровенно: те условия, в которых вы сейчас находитесь, на войне покажутся пятизвёздочным отелем на курорте! Вы будете спать в окопах, прямо на земле, в полях. Но это не значит, что вы станете «пушечным мясом». Нет! Вы станете нашей семьёй. Будете есть ту же еду, что и наши бойцы, которые воюют сейчас. Будете спать там же, где и они, выполнять те же боевые задачи, что и мы…
Кто-то из толпы зеков выкрикнул:
– А как всë это будет происходить?
Волшебник развернулся в ту сторону, откуда исходил почти анонимный вопрос, и ответил:
– Вы прямо сейчас изъявляете добровольное желание ехать на войну. В течение недели наши психологи проведут с вами собеседование, мы посмотрим вашу медицинскую карту, уголовное дело, и если вы нам подходите, то через неделю мы забираем вас. Потом на «автозаке» везëм на аэродром, откуда на самолëте вы полетите на Украину в наш тренировочный лагерь. Там вы сбрасываете тюремную робу и надеваете нашу камуфляжную «зеленку». С этого момента начнутся ваши шесть месяцев службы на СВО. Если вы были гражданином другого государства, то в этот момент можете начинать считать себя россиянином.
Далее вы проходите обучение в нашем подготовительном лагере. Там вас будут ждать двадцать часов тренировок в день и только четыре часа на сон и приём пищи. В следующие две недели вы начнёте участвовать в боевых действиях позади наших лучших подразделений на второй линии обороны. Будете запоминать, как они действуют, будете учиться. И только потом вас разделят на группы по десять-пятнадцать человек. Среди людей из вашей колонии вы сами выберете старшего группы и станете полноценно выполнять боевые задачи наравне с нашими опытными подразделениями. Сразу скажу, что мы не живëм ни по понятиям, ни по законам, но мы не призываем никого из так называемых «обиженных» для того, чтобы вам нормально служилось. И у нас есть строгий кодекс чести… Вот по нему мы и живём!
Волшебник намеренно сделал паузу, выискивая глазами начальника колонии, и сказал:
– Выражаясь другим языком, мы самая крупная ОПГ в России и нам нужны ваши криминальные таланты! – было понятно, что заранее приготовленная шутка всего лишь отражала ту истину, что в каждой шутке есть только доля шутки.
Мне, как и многим, от этой шутки стало весело, и я бросил взгляд на сотрудников колонии: было очевидно, что услышанное вызвало в их глазах удивление, а может быть, и страх. А ведь нас разделяла всего лишь шутка…
– В нашем кодексе чести есть четыре главных греха, которые немедленно будут караться смертью. Первый: за неподчинение приказу командира – расстрел! Второй: за дезертирство – расстрел! Если кто-то поедет с нами, а потом скажет: «Нет, это я куда-то не туда попал», мы поставим отметку в его личном деле «дезертир» и расстреляем. Третий: за употребление алкоголя и наркотиков – расстрел! И четвёртый: за мародёрство и насилие – расстрел!
Вы поедете освобождать народ Украины, а не насиловать его! Теперь, когда вы знаете основные правила, я хочу услышать ваши вопросы.
Волшебник стал смотреть по сторонам, но лагерь стоял молча. Зеки в любых исправительных учреждениях давно привыкли, что не стоит задавать лишние вопросы любым гостям колоний. Генерал ФСИН, также прилетевший в свите Волшебника, первым понял в чем дело. Он как никто знал, из-за чего на плацу стояла насторожённая тишина. Поэтому громко произнёс:
– Задавайте вопросы, задавайте! – и приложил максимум усилий, чтобы придать своему лицу как можно больше дружелюбия. Но получился странноватый оскал, увидев который, не хотелось даже шевелиться. Ему явно хотелось сказать: «Ну не бойтесь, спрашивайте!». Но тогда он выдал бы главный секрет ФСИН, который заключался в том, что наша карательно-исправительная система держится исключительно на тотальном страхе.
Зеки по-прежнему стояли молча, как партизаны перед расстрелом. Тишина начала переходить в опасную стадию. Наконец кто-то из задних рядов заключённых сжалился над генералом и спросил Волшебника:
– А что будет, если я попаду в плен?
И тут Волшебник вынужден был признаться, что в его «волшебной стране» пленных не бывает.
– Тогда вы будете обязаны подорваться. Для этого у вас под рукой всегда будет две гранаты, вам покажут, в каком месте их лучше закрепить и держать при себе. Но за это мы гарантируем, что обязательно заберëм ваше тело. Для этого мы в огромном количестве тащим в плен «укропов» и меняем
