— Тим, а ты чего весь какой-то побитый? — не удержалась любопытная Ольга.
— Да так, попал в переделку, — ушёл он от ответа.
— Ты давай себя береги. Нам таких мужиков ой как не хватает. Вся надежда только на тебя.
В «Новостях» показали фотографию Дениса, я вздрогнула и ощутила, как спина облилась холодным потом. Тим тут же напрягся, а Ольга, к моему удивлению, замолчала и обратила свой взор на экран.
«...В своей квартире на Фрунзенской набережной скончался известный бизнесмен, владелец одного из самых модных московских ночных клубов... Его нашла утром мать и тут же сообщила в милицию. По предварительным данным, мужчина скончался от укола в шею, а точнее, от максимальной дозы яда. В милиции рассматриваются различные версии смерти бизнесмена, но основная — убийство. Прокуратура города возбудила уголовное дело по части первой статьи сто пятой — убийство. Ведется следствие».
Чуть позже показали фоторобот рыжеволосой девушки, составленный охранником, дежурившим в момент убийства, и сообщили, что, скорее всего, девушка причастна к убийству бизнесмена. Ещё была выдвинута версия, что, по всей вероятности, девушка имеет медицинское образование и работает в медицинском учреждении. К счастью, фоторобот был составлен довольно слабенько, со мной ни малейшего сходства.
«...Убийца, по словам немногочисленных свидетелей, двадцати четырех–двадцати пяти лет, рост примерно сто семьдесят сантиметров, тонкие черты лица и рыжие волосы. Имеются сведения, что это не первое убийство, совершенное ею за последние время. Её приметы совпадают с неизвестной, которая участвовала в убийстве ещё нескольких бизнесменов в течение последнего года. Почерк всех преступлений весьма похож, и милиция не исключает, что их совершила одна и та же женщина...»
— Молодец девка! — восторженно воскликнула Ольга, глядя на фотографию. — Мочи гадов! Знаем мы этих владельцев ночных клубов. Заманил на квартиру и изнасиловать, поди, хотел.
По телевизору начался какой-то концерт. Тим помрачнел и не сводил с меня своих чересчур цепких глаз. Я делала вид, что ничего не замечаю. Услышав, что Ольга собирается домой, облегчённо вздохнула.
— Ладно, голубки, мне пора. Думаете, не понимаю, что третий лишний? Знаю, как вам хочется побыть вдвоём, поэтому убегаю. Радка, береги Тима, редкий мужик. Его нужно сфотографировать и в рамочку повесить, чтобы другим мужикам в пример ставить.
Я закрыла за Ольгой дверь и ещё явственнее ощутила на себе испепеляющий взгляд Тима. Я почувствовала, как у меня подкашиваются ноги.
Глава 12
— Тим, что-то случилось?
— Ничего, за исключением того, что скоро ты попадёшь в тюрьму.
— С чего бы это? — У меня зуб на зуб не попадал от нервного напряжения.
— С того, что обязательно найдут ещё свидетелей и сделают фоторобот детальнее.
— Я не очень понимаю, при чём здесь я?!
— При том, что убит бизнесмен, досье которого находится у тебя в квартире. Я думал, что ты работаешь в детективном агентстве, но ошибся. Зачем ты его убила? Кто это? Твой любовник?
— Тим, мы с тобой договаривались не лезть в дела друг друга.
— Я просто хочу тебе помочь. Рада, ты не знаешь, что такое тюрьма.
— Можно подумать, ты знаешь.
— Вообще-то я никого не убивал. Рада, кто ты? Чем занимаешься, кроме того, что сидишь на подоконнике, смотришь на Кутузовский, пьёшь вино, ешь шоколад и убиваешь любовников?!
От последних слов я вздрогнула и подскочила на месте:
— Отвали от меня, придурок!
Я бросилась в гостиную и тут же споткнулась о розы. Упала на цветы и закричала оттого, что в лицо и руки вонзились шипы. Тим быстро ко мне подскочил, стал целовать мои ранки. А затем очень терпеливо и достаточно долго ждал, когда я наревусь и успокоюсь.
Чуть позже мы сидели на лавочке на Поклонной горе и смотрели на фонтаны цвета крови... Тим нежно меня обнимал и постоянно твердил о том, что всё будет хорошо.
— Я убила человека, а ты меня даже не презираешь, — произнесла я словно во сне.
— Наверное, у тебя на то были причины. — Голос Тима слегка дрогнул, но парень постарался скрыть нервозность. — Он тебя бросил? Нашёл другую? Может, ты от него беременна?
— Нет. Мне просто за него заплатили.
— В смысле? — Тим не сразу понял, что я имею в виду.
— Не понимаешь? Мне заплатили за его смерть.
— Как киллеру?
— Что-то типа того. Только киллерам платят намного больше. Я нахожусь слишком в большой зависимости.
— От кого?
— От определённых людей, которые сделали меня палачом. Я никогда раньше его не видела. Ты меня презираешь?
— Нет. Я тебя люблю, — твердо произнёс Тим и, к моему удивлению, не убрал руку с моего плеча. — Почему ты решила заработать именно таким способом? У тебя трудности с деньгами?
— Нет, — не раздумывая ответила я. — Я живу на всём готовом.
— Тогда в чём проблема?
Немного помолчав, я прижалась к Тиму сильнее, не сводя глаз с кровавого фонтана:
— Тим, я не знаю, кто я, сколько мне лет, какое моё настоящее имя и чем я занималась. Я вообще о себе ничего не знаю. По телевизору передали, что мне двадцать четыре–двадцать пять лет. Мне тоже хочется в это верить. А вдруг я старше, просто выгляжу моложе?
— Я не понимаю, о чём ты говоришь.
— Меня нашли в лесу с огнестрельной раной в груди.
— А я-то всё не решался спросить, откуда у тебя шрамы.
— Благо пуля прошла навылет. Меня нашёл без сознания лесник, принёс в свою сторожку и выходил. Поил различными отварами, а его жена колдовала и смазывала мои раны своими колдовскими целебными настоями. Я жила у них около четырёх месяцев. Набралась сил, выздоровела. Но самое страшное то, что я потеряла память. Эти добрые люди до последнего верили и надеялись, что память ко мне вернётся и я хоть что-нибудь вспомню. Но этого не произошло. Перед тем как застрелить, меня очень сильно ударили по голове. Лесник сказал, что у меня очень серьёзная черепномозговая травма.
— Ты вообще ничего не помнишь?
— Нет. — Я покачала головой и сжала руку Тима посильнее. — Только очень смутно вспоминаю паренька-старшеклассника. Думаю, он был моей первой любовью. Толком ничего не помню, но знаю, что мы расстались. Сама не пойму, почему этот маленький кусочек жизни врезался в память. А может, это просто видение? И ничего этого не было? Жена лесника назвала меня Радой. — Я достала трясущимися руками сигарету и закурила. Тим сидел не шевелясь. — Лесник объяснил, что память пропала из-за удара по голове, шока и очень серьёзного стресса. У меня не осталось воспоминаний. Вообще память как ластиком стёрли. Помню всё только после того момента, как меня нашли и выходили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
