– Что и требовалось доказать?
– Что и требовалось доказать.
– Я не знаю, как они вообще могут сомневаться. Ни одна женщина не устоит против такого мужчины.
Он тихо засмеялся, прижавшись губами к ее уху.
– Ты сама такая красивая, что я уже не могу терпеть. Но… Оденься, пока я приму душ. А то еще мгновение – и я утащу тебя в постель на целые сутки.
– Заманчиво звучит, мистер Хондо, очень заманчиво.
Он поцеловал ее страстно, ненасытно, и поцелуй этот говорил яснее всяких слов. Надежда окрылила Уинн.
Или… может, это ложная надежда?
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
– Вы, должно быть, здорово перепугались, когда узнали, что Бастер пытался оседлать Бешеного Пса? – спросил судья Грейдон, покачивая головой.
– Не то слово, – сухо парировал Джейк. – Я испытал настоящий ужас.
Судья помешивал кофе, скрывая выражение глаз под густыми бровями.
– Семья, знаете ли, большая ответственность.
– Я это уже понял.
– И все-таки игра стоит свеч?
Джейк посмотрел на Уинн.
– Да. Стоит.
– Э-э-э, да хватит вам, о чем вы говорите?! – взвизгнул Рэндолф. – Думаете, он скажет что-нибудь другое? Он сделает все, лишь бы унаследовать это место. И на ложь пойдет, я уверен.
Чашка Уини застучала о блюдце.
– Он не лжет! – отрезала она. – И я тоже. И, чтоб вы знали, Джейк и я в брачную ночь спали вместе! – Она помедлила, затем неохотно добавила: – Точнее, это произошло утром следующего дня. Так что мы настоящая, полноценная, состоявшаяся семья. Вот так. И, поскольку с этим покончено, не угодно ли приступить к торту?
– Кто сказал ей? – Джейк вскочил на ноги и, гневным взглядом обведя по очереди всех сидящих за столом, остановился на Питере. – Ты. Это твоих рук дело, ведь так?
– Я… я действительно пришел раньше других сегодня, – признался адвокат, – чтобы удостовериться, все ли готово к разговору.
– Ах ты сукин сын!
– Подожди минуту, не кипятись, – запротестовал Питер. – А что ты, собственно, так расстроился? Неужели не сказал ей, о чем сегодня пойдет речь?
– Нет, не сказал, – отрезал Джейк.
– Но ты же говорил, что скажешь.
– Говорил, но… не сказал.
– Видите, он все-таки лжет! – с радостью в голосе вставил Рэндолф.
– Какого же черта ты не объяснил ей? – в запальчивости спросил Питер. – Чего тогда ждал от этой встречи?
Джейк сложил руки на груди.
– Я ожидал, что судья задаст несколько тонких вопросов. Настолько тонких, что она не поймет, для чего это нужно.
Судья Грейдон нахмурился.
– Почему вы хотели скрыть от Уинн такое важное обстоятельство, Джейк?
– Я хотел пощадить ее чувства, – ответил тот после длинной паузы.
– Он хотел защитить меня, – объяснила Уинн, ослепительно улыбаясь своему мужу. – Он благородный человек.
Услышав эти слова, Рэндолф, как ужаленный, вскочил с места и, судорожно тыча пальцем в Джейка, закричал:
– В нем нет ни на йоту честности! Ему плевать на чьи бы то ни было нежные чувства. Я вам скажу, почему он так поступил. Он знал, что она уйдет от него! Любая нормальная женщина предпочтет уйти от мужчины, а не обсуждать прилюдно интимные подробности.
– Уйти от него? – Уинн тоже вскочила, отодвинув в сторону стул. Глаза ее пылали негодованием. – Вы считаете, я смущена или унижена тем фактом, что я законная, настоящая жена Джейка Хондо? Я горжусь этим. И готова заявить это всему миру, если меня попросят.
– Да он вас просто использует! – гневно бросил Рэндолф. – Вы что, слепая? Не видите этого?
– Вы плохо знаете Джейка! – с убеждением сказала она.
– Я знаю его давно, в течение многих лет. К сожалению. – Он посмотрел на нее с подчеркнутым сочувствием. – Похоже, у вас сложилось впечатление, что он мягкий и пушистый… ручной зверек, одним словом. Вы очень заблуждаетесь, мэм. Этот человек – свирепый хищник, он подкрадется сзади, а как только вы обернетесь, тут же растерзает вас.
Джейк, с улыбкой глядя на Рэндолфа, подзадоривал его:
– Ну, давай, давай, Честерфилд! Ты так ждал этого момента. Сегодня твой день. Валяй, говори, я послушаю.
– Ты прав. Я давно хотел тебе это сказать. – Рэндолф сжал челюсти и напрягся, как в ожидании удара. – Здесь судья, и ты не сможешь помешать мне сказать правду.
– Твою версию правды, – мягко поправил его Джейк.
– Не только мою, но и всех, кто живет в этом городе. – Рэндолф положил ладони на стол. – Ты – ничтожная личность, Хондо, ты всегда смотришь, как бы урвать кусок побольше! Так же, как твоя мать. Единственная разница между вами в том, что ей повезло меньше, чем тебе. Если бы старик не был так к тебе привязан, он бы никогда не включил тебя в завещание.
Джейк пожал плечами.
– Это давно всем известно, Честерфилд. Дед и не скрывал этого. Если бы у него были законные наследники, я бы так и остался в канаве, где он меня нашел. Ну и что? Что? Я никогда не горел желанием поехать с ним.
– Но поехал! Вернулся вместе с ним. С намерением расквитаться с теми, кто знал твою мать.
Ножки стула, на котором сидел Джейк, угрожающе скрипнули.
– Я не приехал, меня привезли! Я бы даже сказал, привезли связанным, как кабана.
– Ты хотел расквитаться, потому что мы все были безучастными свидетелями, когда Честерфилд прогнал твою мать.
Джейк рассмеялся холодным смехом.
– Никто не выгонял ее. Черт побери, ему и не нужно было ее выгонять. Бросил бы ей несколько монет – она бы и сама ушла, еще была бы благодарна ему за эти гроши.
– И тем не менее ты вернулся, чтобы расквитаться, потому что никто и пальцем не пошевелил, чтобы помочь ей. Ты замечал каждый косой взгляд в свою сторону и набрасывался на каждую женщину, до которой можно было дотянуться.
Эви встала и подошла к мужу.
– Рэндолф, прекрати! Что ты говоришь, разве так можно!
– Я знаю, что говорю! И хочу, чтобы эта милая и благородная миссис Хондо тоже знала. – Он посмотрел на Уинн. – Ну как? По вкусу вам эта горькая правда?
– Какая правда? Что Джейк – незаконнорожденный? – Она пожала плечами. – Он говорил мне. Но это не его вина, и я не понимаю, почему он должен отвечать за… свою незаконнорожденность. И не понимаю также, в чем вы его обвиняете.
– Я сказал, что он несет ответственность за свои поступки с того момента, как приехал в этот город. Не настораживает ли вас, что он всегда отстаивает свою правоту кулаками и что ни одна порядочная женщина не хочет с ним знаться?
– Если вы думаете, что я в шоке оттого, что Джейк попал в несколько переделок, то ошибаетесь. Да, он не стоит в стороне. Но вы же его сами спровоцировали. – Уинн гордо улыбнулась. – Он прирожденный боец. Это одна из причин, почему я вышла за него замуж.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
