жалобно, что на фоне этого плача, рев белуги покажется детским смехом.
Охх, значит он тоже не выжил и ждал меня тут всё это время… Старик вновь потерял сознание.
Глава 9
Не знаю, есть ли на этой планете кофе, но и без этого знания, моё утро началось точно не с него. Я проснулся от небывалой тошноты, ощущая вкус речного ила во рту, пулей выскочил из избы и рухнул на колени под ближайшим деревом, извергая из желудка черный густой вихрь. Ствол дерева окрасился так, будто на него выплеснули пару ведер гудрона.
Какая расточительность… в прошлой жизни, я сдерживал рвотные позывы даже при сильном отравлении, ведь каждая калория была на вес золота, а сейчас сил терпеть нет, во рту настоящая агония.
Вы не подумайте, меня рвет не потому, что я сейчас в положении, просто злоупотребление видоизменением не проходит даром. Каждую секунду пока я заимствую чужие конечности, в организме скапливается особая масса, такая же потустороння как внезапно отращенные крылья. Если совсем наплевать на технику безопасности, то она достигнет уровня мозга и тот захлебнется.
Я вспомнил фразу — Нельзя бросать товарища в беде. Хороший совет, ведь бюджетное лекарство — это разделить тяготы с кем-нибудь еще, если утро станет паршивым не для меня одного, сразу станет легче.
И поэтому я окатываю спящего старика ледяной водой. Ничего страшного, у него будет возможность отоспаться на том свете. Он закричал и задергал ногами так, словно я ошпарил его кипятком.
— Ну как, пришел в себя? Спросил я, пощелкивая пальцами перед носом.
Взгляд у него как у собаки, которой наступили на хвост.
— Ало, старик, ты в себе? В ответ лишь сонное бормотание…
Я отвесил ему пару пощечин.
— Да-да я, то есть? А ты? Как? Что? В ответ на несвязный бред я выплеснул второе ведро.
— Ужас! Холодно! Я же проснулся! Зачем?
— Чтоб вонь отбить.
Он нюхнул себя и согласился…
— Где мы? Как мы? Что я? Господи… вопросы в точности как у меня в первое пробуждение. Пришлось потратить минут двадцать, чтобы хоть как-то отрезвить его и привить мысль, что он еще жив.
— Одумайся старик ты не попал на небеса, оглянись, тут даже потолок бревенчатый.
— Давай лучше знакомиться. — Как тебя зовут то? Шах и мат, этот вопрос обезоружил его. Может он не проснулся до конца, а может о себе дали знать другие старческие проблемы, только в отличии от них, он о себе знать не дал…
— Кажется… а нет, не так… может быть, вроде… а нет, это тоже не моё… Похоже, я не помню. Нда… дела. Если бы меня спросили — Скажи мне кто твой друг, и я скажу тебе кто ты. — То я был бы пустым местом.
— Давай тогда, я назову тебя Ярослав. Смешанные чувства испытываешь, когда даешь имя старику, интересно, а с младенцами так же?
— Ярослав… Мне нравится, красиво звучит, даже гордо… Так это что, получается, у меня теперь как у человека имя есть? Охх, кажется, он бы и собачей кличке обрадовался.
— Так вот Ярослав, если не хочешь, чтобы я вновь окатил тебя ведром воды, выполни задание. Мне нужно отойти по делам до вечера, за это время приведи себя в порядок и собери вещи для дальнего пути.
— А куда?…
— Мир большой старик, поживешь увидишь. Еще вопросы есть?
— Да есть, как ты себя чувствуешь? Ты бледный как смерть! А еще у тебя с животом, вздутие какое-то.
— Ну раз вопросов больше нет, я пошел, буду вечером.
Вот что мне в нем нравится это неспособность обижаться на что-либо. Ты можешь не ставить старика ни во что, делать вид что он пустое место, пропускать слова мимо ушей, и за это он никогда не затаит обиды. Раб — это воспитание, раб — это профессия, раб — это состояние души! Раб не может обижаться, в точности, как рыба не может ходить по суше. Поэтому он, просто нашептывая с улыбкой новое имя, стал метаться по дому в поисках вещей, сам не знаю каких, это было задание ради задания, чтобы занять старика.
* * *
Я возвратился в деревню, и в это время она активно заживляет свои раны. Уже есть редкие прохожие, звери самоорганизуются и оттаскивают трупы в кучу, чтоб далеко не носить. Сваливают их в том месте, где я устроил резню. Моя главная цель — выяснить, остались ли в живых те свиньи, что держали нас в неволе.
Я поджидал около четырех часов, прежде чем заметил знакомую свиную морду. Это был один из прихвостней главного хряка, который ранее, держал моё правое плечо, пока начальник кочегарил мне спину и зад.
Сейчас он войдет внутрь, чтобы проверить активы и с ужасом выбежит от туда, увидев, что все имущество превратилось в фарш.
Я стоял возле двери ведущий вниз, и как только услышал деревянный скрип, бросился ему навстречу. Мы сорвались вниз по лестнице, и завязалась борьба. В конечном итоге я вышел победителем и выбрав позу наездницы, начал методично бить в пяточек. Было нелегко нанести серьезные повреждения, его харя, заплывшая от жира, амортизирует все удары.
— Помнишь меня?
— Ты! как ты⁉ Я последний, кого он ожидал увидеть.
— Не важно! Отвечай на мои вопросы или убью! В ответ он закивал головой.
— Где твой начальник?
— Его убили разбойники!
— Следующий вопрос. Отвечай быстро и не думай — откуда я? Как я попал к вам в рабство? Всегда было интересно…
— Я нашел тебя в лесу… подумал, ты сбежавший раб.
В тот момент мне пришла в голову мысль: «О боже, какой я дурак, существует же более надежный способ добыть информацию». Казалось, по его взгляду он понял, что я пришел к этому выводу и в решительной попытке
