Слова Слэйда звучали настолько разумно, что она почти согласилась с ним.
- Может, стоило объяснить мне все так, словно у меня есть мозги, и это бы сработало.
Девушка могла быть понятливой. Или была бы ею, если бы они дали ей шанс.
Слэйд взял руку Ханны в свою, и она повернулась к нему лицом. Он был таким красивым, с высокими скулами, сильным подбородком и густыми темными ресницами, обрамляющими его голубые глаза, которые в одно мгновение могли быть спокойными, а в другое - обжигали.
Ей хотелось провести руками по его иссиня-черным волосам, зарыться в них пальцами. Она мечтала в этот момент быть такой, какой он желал - мягкой, покорной, заботливой. Она могла бы отбросить все проблемы, чтобы единственное, о чем ей следовало бы волноваться, был завтрак на следующее утро.
Но Ханна не могла отказаться от всего того, чего с таким трудом достигла, ради мимолетного удовольствия. Еще девчонкой в Two Trees, скучая по вечно пропадающей матери и видя саморазрушение сестры, она уже тогда знала, что девушка должна быть в состоянии сама о себе позаботиться.
Если невинная пленница позволит Дэксу и Сэйду продолжать в том же духе и откажется от своей независимости, братья начнут обвиваться вокруг нее подобно виноградной лозе, думая, что это именно то, что ей нужно. Она не сможет с ними ничего построить, если они не будут уважать ее.
Убрав руку Слэйда, девушка сделала шаг назад. Его лицо вытянулось.
- Ханна, пожалуйста. Мы можем поговорить об этом?
Она покачала головой.
- Если бы мы обсудили это раньше, я бы послушала. Но теперь, когда я понимаю, чего именно вы хотите, признаюсь, что я не могу быть той женщиной.
Побледневшее лицо Дэкса выражало шок.
- Что ты сказала?
- Разве ты не слышал? Я говорю, что хочу вернуться домой и не желаю, чтобы любой из вас звонил мне. Я не хочу видеть вас снова.
Ханна ненавидела себя за эти слова. Она могла бы пожалеть их, но она понимала, что еще больше будет сожалеть о том, если останется, а они уйдут, когда пресытятся сексом.
Лицо Дэкса напоминало каменную маску.
- Всё понятно. Тогда ты по-прежнему остаешься здесь на несколько дней, чтобы мы могли выследить твоего преследователя. Если после этого захочешь вызвать полицию, я приму любое наказание, какое мне назначат. Обещаю, что не прикоснусь к тебе снова. Если мы не сможем решить этот вопрос через день или два, я отпущу тебя домой, но у тебя будут телохранители, пока этот человек не будет пойман.
Ханне не понравилось, как от напряжения сжалась его челюсть. Ей захотелось успокоить его, но она заставила себя быть твердой и придерживаться выбранной позиции.
- Хоть мне и не нравится это, но я вижу смысл в ваших словах. Не более двух дней. После этого я ухожу.
Лицо Слэйда застыло в печальном замешательстве.
- Это из-за того, что я взял твой телефон?
- Не совсем. Давайте назовем это моделью поведения.
- Я не хотел пугать тебя, - сказал Слэйд.
- Слушай, если ты сожалеешь о порке, то мы больше не будем этого делать.
- Стоп, - Дэкс положил руку на плечо брата, - она закончила. Ханна не хочет нас. Мы не можем заставить ее быть такой, как нам хотелось бы. Это против правил. Мы никогда не давали ей стоп-слово, но если бы оно было, она бы воспользовалась им к этому моменту. Это не твоя вина. А моя. Я перестарался. Гэвин прав. Я всё испоганил. А теперь пойдем и дадим ей немного личного пространства. Мне как раз нужно просмотреть отчеты.
Дэкс повернулся к девушке; его лицо было настолько вежливым, что это разрывало ей сердце.
- Ханна, я клянусь, что мы поймаем этого ублюдка. Мы не позволим ему причинить тебе боль.
Взгляд Слэйда обжигал ее.
- Обещаем. На случай, если тебе что-нибудь понадобится, мы будем находиться дальше по коридору. И вот твой телефон. Пожалуйста, умоляю тебя, не звони никому.
Он сунул мобильный в ее руку. Девушка схватила аппарат, чувствуя облегчение. Они уходили. Это было то, чего она хотела и в чем нуждалась, не так ли? Но она не могла вынести маску поражения на их лицах. Или то, как Дэкс смотрел сквозь нее.
- Ты ничего не испоганил, - сказала она нежно.
Тот пожал плечами, как будто это уже не имело никакого значения.
- Так и есть, милая.
- Твой отказ не такая уж большая неожиданность. Думаю, в глубине души я знал, что ты никогда не сможешь захотеть меня по-настоящему.
Ее сердце обливалось кровью. Она знала о его происхождении. Дэкс Таунсенд тяжело трудился, чтобы достичь своего нынешнего положения.
- Если бы вы поговорили со мной, может быть, тогда мы могли бы решить эту проблему
- Я бы сделал то же самое снова. Я как чертова старая собака. Уже не выучу новые трюки. Видя, что ты в опасности, я сделаю все возможное, чтобы защитить и позаботиться о тебе.
- Ханна, - подскочил Слэйд, - мы на самом деле пытались оградить тебя, а не забирать твою независимость. Я понимаю, почему ты расстроена, но это не было какой-то уловкой, чтобы обмануть или использовать тебя. Мы пытались окружить тебя любовью так крепко, чтобы никто и ничто никогда не причинили тебе боль. Мы только хотели получить шанс, чтобы заботиться о тебе, сделать тебя счастливой.
- Я не понимаю этого. В один день мы друзья, а на следующий вы все хотите меня?
- Мы шокировали тебя, я вижу это, - сказал Слэйд, - идея об отношениях с двумя мужчинами-доминантами будет пугающей для большинства женщин.
- Отношения? Вы даже не пригласили меня на свидание. Вы просто залезли прямо ко мне в трусики. Без какой-либо прелюдии.
Праведный гнев на лице Дэкса заставил ее сделать шаг назад.
- Никаких свиданий? Никаких прелюдий? Ты думаешь, что я проснулся сегодня утром и решил, что хочу тебя, и просто взял?
Она была уверена, что так оно и было, но его тон подразумевал нечто иное.
- А разве не так?
- А что, все обеды и ланчи не считаются?
Они со Слэйдом приглашали ее по крайней мере один раз в неделю в течение почти шести месяцев.
- Это было по работе.
- Это были предлоги, Ханна, - сказал Слэйд со вздохом.
- Ты не наш администратор. Только Гэвина. Когда мы решили, что хотим тебя, Дэкс и я решили постепенно двигаться навстречу, чтобы облегчить для тебя эту задачу. Это не совсем традиционные отношения.
Да, он прав, но Ханна была без ума от всей банды Джеймс, с того самого момента, как встретилась с ними. Что-то как будто встало на место, когда она в первый раз оказалась со всеми тремя в одной комнате.
- Разве мы не милашки? - спросил Дэкс, источая горечь.
- Она даже не поняла, что нравится нам.
