сапогами. Если убрать волосы под шляпу, то ее вполне можно было бы выдать за какого-нибудь юного война.
Принц одобрительно кивнул, радуясь, что девушка не отказала ему в этой просьбе и окинул взглядом своих солдат.
– Эй Орли, принеси мне свою охотничью куртку, – крикнул он парню, который выглядел самым хрупким в их компании.
Тот залез в седельную сумку и вытащив требуемое, вручил принцу. Секандус критически осмотрел ее, понюхал и убедившись, что, похоже, перед выездом одежду Орли постирали, вручил ее девушке.
– В этом будет теплее. И вы станете менее заметной.
Ауреллия взяла куртку и помедлив, надела ее.
Клаудиус с интересом смотрел на девушку, он никогда ранее не видел, чтобы девушки носили мужскую одежду, но, непонятно почему, принцессе шла эта одежда.
Наоборот, она даже лучше подчеркивала ее фигуру, чем женское платье. Ее длинные ноги, обтянутые узкими штанами, волк одернул себя и заставил перестать пялиться на девушку.
– Ужин готов, – сообщил кто-то из отряда, Клаудиусу было плевать кто, он не прислушивался. Вместо этого, он встал, снял кабана с вертела и ловко разделал его при помощи своего кинжала.
Потом положил довольно большой кусок на тарелку и протянул эту тарелку девушке, – держите, принцесса. Должно быть вкусно, – он сел обратно на свое место, вдыхая аромат приготовленного мяса.
Есть хотелось, но он точно не собирался делать это при принцессе, подождет пока все улягутся спать.
Секандус тем временем распорядился накормить служанок принцессы и Орли понес им еду, – хотите вина? – спросил он у принцессы и Клаудиус встал, – я принесу.
Когда он принес вино девушка поманила его рукой и тихо прошептала, – а почему вы сами не едите? Вы же наверняка голодны.
Клаудиус налил ей вина и устроился на земле рядом с ней, – я поем потом, чтобы не смущать никого.
– Это только из-за меня или …?
– Просто я ем не как все и неподготовленного зрителя это может напугать, – объяснил он.
– То есть из-за меня, – она криво усмехнулась, – я могу уйти в карету, чтобы вас не смущать.
– В этом нет необходимости, – заверил ее волк, – это я люблю есть в одиночестве.
Девушка хотела возразить, но перевела взгляд на косматую голову и представила, как именно он ест. Правда, по ее мнению, в этом не было ничего удивительного.
Наконец, с трапезой было покончено и Секандус велел расставить дозорных, – ваше величество, лучше было бы вам уже укладываться спать. Выезжать мы будем рано.
– Конечно, – Ауреллия послушно встала и вспомнив совет принца немного растерянно посмотрела на него, – а где мне лечь?
Обвела глазами мужчин, которые уже устраивались на голой земле. Кто-то подкладывал под голову седло, кто-то накрывался какой-то странной тряпкой, и девушка окончательно растерялась.
Секандус задумался, а волк тем временем расстелил чуть в стороне от костра свой плащ на меховой подкладке, – ваше величество, можете лечь здесь, – предложил он.
Она посмотрела на плащ и перевела взгляд на волка, – а вы?
– За меня не беспокойтесь, я устроюсь по близости.
– А вы не замерзните? Ведь вы.– она запнулась, не зная, как сказать ему про то, что шерсть у него не везде и смутилась.
– Я не замерзну, -заверил ее Клаудиус, – не переживайте, – найти вам какую-то подушку?
– Да, спасибо, там в карете есть и подушка и плед.
– Хорошо, я сейчас все принесу, – проговорил Клаудиус и отошел к карете.
Вскоре он вернулся с подушкой и пледом и протянул это все принцессе, – вот, держите. Устраивайтесь.
– Спасибо, – девушка перебралась на его плащ и снова подумала о том, что никогда в жизни не спала в таких условиях и главное в толпе мужчин, слава о которых бежала впереди них. Особенно слава об их любовных приключениях. – А вы правда будете рядом?
– Конечно, – он осторожно присел на край плаща, – я буду здесь, поэтому, ничего не бойтесь.
– Спасибо, – девушка неуверенно улыбнулась, – мне так и правда будет намного спокойнее.
Фиалковые глаза снова встретились с зелеными, и девушка почувствовала, как ее снова охватывает то странное чувство. Словно они знакомы всю жизнь, и он единственный, кто существует в этом мире.
И снова она не видела волчьей морды, та растворилась, оставляя только его глаза и улыбку. Нежную и немного робкую, словно он и сам не был уверен, что имеет право на этот взгляд.
От ее взгляда на душе становилось настолько тепло, будто всю свою жизнь он только и ждал, когда ему в глаза посмотрит эта девушка.
Клаудиус сглотнул, почувствовав непреодолимое желание прижать ее к себе, чтобы она спала в его объятиях и ничего не боялась.
Это желание он сумел побороть, но позволил себе протянуть руку и слегка прикоснуться к ее пальцам, зная, что если она отдернет руку, значит он обманулся и нет никого среди людей, кто мог бы быть добр с таким как он.Только Секандус, но он был ему как брат.
Она вздрогнула, чувствуя его прикосновение и тут же замерла, боясь пошевелиться, потому что это волшебство могло пропасть. Она смотрела ему в глаза и улыбалась, искренне надеясь, что он не уберет руку.
Заметив ее улыбку, Клаудиус позволил себе перевести дыхание, похоже она не собиралась убирать руку, он слегка улыбнулся, чтобы не напугать ее своим оскалом, и осторожно сжал ее пальцы в своих.
Ауреллия отвела взгляд и наконец решилась посмотреть вниз, чтобы убедиться, что все это ей не кажется. И что он действительно держит ее за руку. И поняв, что это правда, а не ее мечты, девушка с улыбкой снова посмотрела на волка.
– Пора спать, принцесса, – тихо сказал волк, – я буду рядом с вами.
– Спасибо, – она осторожно забрала руку и легла на плащ. Он странно пах, по крайней мере, она никогда не оказывалась на таком ложе. Мужской запах смешивался со звериным, но это не пугало, а скорее успокаивало. Казалось, что это и правда гарантирует ей защиту от всего мира.
Клаудиус прилег на плащ, с краю, чтобы не мешать девушке и положил руку себе под голову, но сон не шел, слишком волнительно было от ее близости.
Ауреллия уснула, все-таки день выдался непростой. Засыпая, она легла так, чтобы не дотрагиваться до него, но во сне повернулась на бок закутываясь в пушистый плащ. Стало холодно и когда ее рука уткнулась в пушистую подушку, девушка подползла ближе, зарываясь
