больше двух лет, — равнодушно пожал плечами, жалея, что пришлось все рассказать.
Сдавленно выдохнув, девушка села на пятки, а изумрудные глаза засверкали от наворачивающихся слез.
— Почему ты не рассказывал раньше?! Я имела право знать! — повысила голос Фрейя, дрожа всем телом.
— Что бы это изменило?
Девушка подняла на меня полные боли глаза. Ее сердце разрывалось, я чувствовал это, страдая за нас обоих.
— Я бы не ушла... Мы бы что-нибудь придумали.
— Поэтому я ничего не говорил! У тебя должен был всегда оставаться выбор. Ты могла влюбиться в другого или просто решить, что я тебе не подхожу. Как бы я, по — твоему, себя чувствовал? Неведение — благо.
— Какой же ты дурак! — всхлипнула рыжеволосая бесовка, ударяя меня кулачком в грудь.
В ответ я усмехнулся, а по щекам девушки потекли слезы.
— Да что ты улыбаешься?! Я — я... Что я натворила?! — плача, она задрожала, отползая от меня.
Поймав любимую за руку, притянул ее к себе, вытирая бегущие по щекам слезы.
— Ты чего рыдаешь?
Уткнувшись мне в грудь, она щебетала, подобно маленькой птичке, нервно сжимая кулачки.
— Ты... я... Я не хочу снова тебя терять... Это все моя вина...
Наконец поняв причину накатившей истерики, я отстранил ее от себя, находя заплаканные глаза.
— Лисичка... Все не так. Заканчивай рыдать без повода. Ты вернулась вовремя, — я поцеловал дрожащие соленые от слез губы. — Просто не оставляй меня больше... Я восстановлюсь, обещаю. Для нас все только начинается.
«Женщины! Из всего делают проблему... Только повод дай, чтоб поплакать...»
Фрейя рыдала больше часа. Никакие аргументы не могли успокоить ее. Возможно, причиной всего стал нервный срыв. Слишком много она пережила за последнее время. А может, и не только за последнее. Моя упрямица упорно продолжала молчать о том, через что прошла за годы брака, отгораживаясь лишь дежурными фразами, но я видел, как меняется ее лицо при упоминании о бывшем муже.
Оперевшись о старое дерево, я устроил девушку на себе, боясь, что, не привыкшая к походным условиям, она замерзнет на сырой земле.
Фрейя доверчиво прижалась ко мне, положив голову на мою грудь. Огненные волосы непослушным водопадом разметались по смуглой коже, сильно контрастирующей с ее сливочной, усыпанной маленькими частыми веснушками.
Я наконец почувствовал себя на своем месте...
Задумчиво поглаживая тонкую, почти прозрачную кожу, наслаждался нашей близостью, вспоминая, как еще два дня назад проклинал Регана за согласие отправить меня на встречу к фениксам. Я был уверен, что поход станет адом...
«Как же сильно я ошибался.»
Фрейя порывисто всхлипнула, и на секунду мне показалось, что она проснулась, но, обвив хрупкими руками мою шею, она пристроилась удобнее, продолжая размеренно глубоко дышать.
“Вот он — мой маленький рай в самом центре безумного ада!”
Глава 22
Киллиан
К утру, убедившись, что вокруг тихо и нет видимой угрозы, я позволил себе задремать. Тем не менее, стараясь оставаться начеку.
Видимо, поход дался мне не так легко, как я надеялся, и измученное тело поддалось усталости. Первое, что я ощутил, когда проснулся, — отсутствие мягкого давления... Фрейи не было. Еще не открыв глаза, я ощутил, как меня накрывает паника. Кровь зашумела в ушах, порывисто сев, я пробежался взволнованным взглядом по поляне и успокоился лишь тогда, когда мне на глаза попалась хрупкая фигурка, устроившаяся на валуне, на котором я вчера заставлял ее сидеть.
В первых лучах восходящего солнца она напоминала видение, эфемерную фантазию воспаленного ума.
Стараясь не создавать лишнего шума, дабы не нарушить ее спокойствия, я подошел к девушке, обвивая ее талию, сел за спиной. Не оборачиваясь, Фрейя тут же прильнула ко мне.
— Давно не спишь?
Коротко Фрейя пожала плечами.
— Некоторое время... — задумчиво она продолжала смотреть вдаль. — С тех пор, как мы виделись в последний раз, у тебя добавилось двадцать три новых шрама...
— Ты считала?
— Угу... Иногда так получается.
Отодвинув край сползающей рубашки, я поцеловал хрупкое плечо, просто наслаждаясь возможностью это сделать.
— Я не хочу уходить отсюда... у меня дурное предчувствие, — робко прошептала она.
— Фрейя, не говори глупости... Это место тебе не подходит. Мало того...
Перебив меня, она вырвалась из моих рук, резко оборачиваясь. В больших зеленых глазах читалась мольба и страх... Животный страх.
— Мне все равно! Я не хочу в город... Что, если Мальхом меня найдет?! Если узнает, что я жива?!
— Лес опасен... Чудо, что мы столкнулись лишь с представителями фауны... Я знаю, о чем говорю и намерен вывести тебя отсюда как можно скорее. Насчет Мальхома... — я затих, ловя ее встревоженный взгляд. — Я что-нибудь придумаю.
Тонкие пальчики скользнули по моей обнаженной груди, обжигая кожу. Они очертили рваный шрам прямо под сердцем.
— Откуда он?
Импульсивно я поймал ее руку, поднося к губам и целуя венки на запястье.
— Вендиго... В то время мы только учились бороться с этими тварями…
— Ты мог умереть... — девушка не отрывала глаз от безобразного шрама.
— Мог... Но я все еще здесь. Хватит об этом. Давай перекусим — и в путь. Даже разговора быть не может о том, что мы задержимся в этом месте. Хотя бы на этот раз доверься мне.
Глава 23
Фрейя
К полудню мы добрались до места. Перед нами предстал белый город. Высокие башни уходили в небо, прячась за низко плывущими облаками. Словно в кольце массивных стен, окруженных сапфировым озером, расположилась величественная крепость — цитадель нефилимов.
Я была здесь лишь однажды и до сих пор помнила, какое неизгладимое впечатление произвела на меня архитектура крепости.
Соединенная с сушей лишь одним широким мостом, она казалась почти неприступной. По обе стороны у самых ворот, подобно стражам, охраняющим свой дом, расправили белоснежные крылья над крепостными башнями два ангела. Статуи держали в руках большие чаши, из которых водопадом по обе стороны от моста текли мощные потоки воды. В них играло солнце, образуя яркую радугу, создавая поистине волшебное зрелище.
— Добрались...
Пытаясь справиться с нервозностью, я следовала за Киллианом, уверенно ступившим на мост.
Стоило нам это сделать, как большие ворота распахнулись, выпуская конников. С огромной скоростью стражники, вооруженные до зубов, кинулись вперед.
— Не бойся! — шепнул мне любимый, вот только было проще сказать, чем сделать. Внутри все клокотало, а жуткое предчувствие чего — то страшного не желало оставлять в покое мое израненное сердце.
Инкуб махнул рукой, заставляя меня отступить. Солдаты, сидя на одинаковых белых конях, остановились в нескольких шагах от нас.
Вперед выехал крупный мужчина, отделяясь от группы. На
