«Вызов принят», – подумал Кристофер, обходя кругом разрушенный домик Филина. Он заглянул внутрь через дыру в крыше: на полу валялись стол и стулья. Кристофер сделал шаг назад, оступился и чуть не свалился на шершавую доску. К счастью, он смог удержать равновесие. И тут ему на глаза попалась створка окна: её сдуло ветром на землю, и теперь она была покрыта толстым слоем грязи и чем-то очень похожим на следы.
Вдруг Кристофер издал победный крик. Он понял, что произошло.
– Они все были здесь, – принялся он рассказывать Ушастику свою теорию. Кристофер показал на стол, который виднелся через пробоину в крыше, и на дощечку. – Морковка Кролика. А ещё тут кто-то прыгал. Не иначе как Тигруля.
– Очевидно. – Ушастик снова был совсем не впечатлён.
Кристофер показал на створку и подвёл итог:
– Должно быть, она отломилась, взлетела и врезалась во флюгер. И конечно же, все подумали про Слонотопов! В панике они бросились прочь. – Рассказывая, Кристофер изобразил, как, по его мнению, всё было: подпрыгнул, якобы услышав страшный шум, и, напуганный, принялся озираться по сторонам. Он показал на пол и кучку скорлупок желудей. – Скорлупки. След из скорлупок.
– Если пойдём по нему, то найдём Хрюню, – сказал Ушастик, не дав Кристоферу договорить.
Кристофер замер и обиженно посмотрел на ослика.
– Конечно, теперь это очевидно, – процедил он сквозь зубы. А затем подхватил Ушастика на руки и отправился в путь по желудёвому следу. Совсем как на охоте!
* * *
Пока они пробирались сквозь лес, не отступая от следа, оставленного Хрюней, Кристофер не мог сдержать улыбку. Как же замечательно было заниматься чем-то, помимо сидения за рабочим столом. Он и здесь мог быть полезным и продуктивным. А ещё – он никак не мог избавиться от роли трудоголика – достаточно эффективным.
Тем временем из-за облаков стало выходить солнце.
– Вот ещё один! – воскликнул Кристофер, заметив очередной жёлудь. – И ещё!
Желудей становилось всё больше и больше.
Внезапно Кристофер услышал поразительно знакомый хруст. Он навострил уши. Это был не просто какой-то хруст. Это был хруст желудей.
Кристофер сделал ещё пару шагов вперёд. Кажется, звук доносился из ближайших зарослей. Кристофер подошёл к ним поближе и заглянул за ствол дерева.
И действительно, там собственной персоной сидел на камушке и усиленно поедал жёлуди Хрюня. На его маленькой мордашке застыл испуг.
Услышав шорох шагов, Хрюня вздрогнул:
– Кто здесь? К-кто з-здесь? – заикаясь, спросил он.
Кристофер опустил ослика на землю и подтолкнул его к полянке. Хоть поросёнок и поглощал жёлуди один за другим, словно Щелкунчик, Кристофер прекрасно понимал, что его старый друг находится на грани срыва. Может, если сначала Хрюня увидит знакомое лицо, он немного успокоится.
– Это всего лишь я, – сказал Ушастик, неуклюже приближаясь к Хрюне.
Глаза Хрюни загорелись.
– Ушастик! – взвизгнул он. – Слава богу, это ты!
– Ещё никогда и никто не был мне так рад, – как всегда печально отозвался ослик.
Кристофер, который следил за происходящим из-за дерева, видел, что Хрюня заметно расслабился. Решив, что это добрый знак, он вышел из своего укрытия. Но, к несчастью, появившееся на небе солнце сыграло с ним злую шутку: первым делом Хрюня заметил не самого Кристофера, а огромную нависшую над ним тень. Как и Ушастик, поросёнок принял старого друга за Слонотопа и истошно завизжал.
– Хрюня, – попытался успокоить его Кристофер и сделал ещё один шаг, чтобы окончательно выйти из тени. – Это же я. Кристофер Робин.
Однако его слова вовсе не убедили малыша.
– Н-н-не двигаемся! – визжал тот. – И, может, тогда он нас не сожрёт!
Кристофер залез в карман и достал из него один из множества тех желудей, которые он собирал, идя по следу Хрюни. Он протянул жёлудь поросёнку.
– Вот, держи, – сказал он. – Разве Слонотоп стал бы предлагать тебе жёлудь?
Хрюня в задумчивости нахмурил брови:
– Ну... он бы хотел меня обмануть!
Кристофер усмехнулся, подумав, что Хрюня, должно быть, шутит. Не успел он и глазом моргнуть, как поросёнок выхватил у него жёлудь и отбежал подальше. К счастью, маленький Хрюня не очень быстро бегал. Кристофер посмотрел, как тот побежал к поваленному дереву и скрылся в дупле.
Кристофер последовал за ним и услышал, как из дерева доносятся приглушённые голоса. Он нагнулся поближе к дуплу. Голоса стали отчётливее. Один из них явно принадлежал Кролику.
– Хрюня, – говорил он, – садовая твоя голова! Зачем же ты привёл его к нам! Теперь нам крышка!
Кристофер наклонился ещё ниже.
– Всем привет! – сказал он в нору.
В ответ из неё выпрыгнул Тигруля. Он сложил лапки на манер каратиста и скакал даже быстрее обычного, так что смахивал на оранжево-чёрную кляксу. Но хоть Тигруля и строил из себя храбреца, было очевидно, что ему очень страшно. Его глаза были широко распахнуты, а голос заметно дрожал:
– Я тебя атакую! Я тебя одолею...
– Тигруля, – сказал Кристофер. Он уже начал привыкать, что никто его не узнаёт. – Это я. Кристофер Робин.
Затем он присел на корточки и просунул голову в дупло. Все были в сборе: Кролик, Филин, Кенга, Ру и, конечно, Хрюня. Они и без того дрожали, плотно прижавшись друг к дружке, а, завидев его огромную голову, и вовсе завизжали.
Но постепенно визг утих. Они стали неуверенно переглядываться. Неужели это правда? Неужели Кристофер Робин вернулся? Наконец Ушастик нарушил повисшее молчание. Он вытянул шею и, нос к носу с Кристофером, уставился ему в глаза.
– Это Кристофер Робин, – кивнул он. – По глазам видно.
Один за другим друзья стали подходить поближе, чтобы рассмотреть Кристофера. Тот терпеливо ждал. Он позволил Тигруле подёргать его за нос, а Ру – потрогать его лицо. Удовлетворённые результатом осмотра, они отступили, и, наконец, к нему подошёл Филин.
Старый мудрый пернатый друг не торопился. Он то наклонялся поближе, то делал шажок назад. Потом снова наклонялся и смотрел на Кристофера огромными немигающими глазами. Наконец он кивнул:
– Да, – сказал он. – Вижу. Совершенно отчётливо. Даже и не сомневался.
Кристофер открыл было рот, чтобы возразить, но прикусил язык. Филин продолжил:
– Не желаешь ли ты к нам присоединиться, Кристофер Робин? Мы тут прячемся от Слонотопа.
– Но Филин, это был не Слонотоп, а твой старый поломанный флюгер! – сказал Кристофер, вытягиваясь в полный рост.
Кролик высунул голову из норы и цокнул:
– О боже, – сказал он друзьям. – Он тронулся умом. Такое бывает со стариками. – И обернулся к Кристоферу. Разговаривая с ним, как с несмышлёным ребёнком, он объяснил ему, что флюгер и Слонотоп – это совершенно разные вещи.
– Бедный старичок, – ласково сказала Кенга своему малышу. А потом уже громче, будто обращаясь к кому-то тугоухому, добавила: – Слонотоп – это не флюгер, милый.
Кристофер замер, не зная, плакать ему или смеяться. Он понимал, что изменился. Он понимал, что стал значительно старше с тех пор, как последний раз посещал Зачарованный лес. Но за это время он не стал инвалидом. И не потерял слух – и уж тем более разум. Но пока он собирался с мыслями, все остальные решили тоже вставить свои рассуждения на тему очевидных различий между флюгерами и Слонотопами.
– Точно, – согласился Тигруля. – Чудище настоящее. Мы сами слышали его этим утром. Оно нас всех разбудило. Оно снова на свободе.
Филин кивнул:
– И хуже того: пропал Винни.
Выглянув из маминой сумки, Ру испуганно посмотрел по сторонам:
– И я... я никуда не выйду, пока он не уйдёт, – сказал он. Его большие глаза от страха стали ещё больше.
– Но в природе не существует чудищ, – сказал Кристофер, когда все его друзья высказались.
Но это не сработало. Напротив, они снова съёжились от страха. Бесполезно было просто говорить им про то, что чудовищ не существует. Кристоферу нужно было со всей серьёзностью отнестись к их общему страху, если он хотел, чтобы они перестали дрожать и доверились ему.
