Не поздоровавшись, Алекс охрипшим голосом спросил:
— Что там у тебя происходит?
— В каком смысле происходит? Ничего. Который сейчас час?
— Почти полночь! Зачем ты включила всю иллюминацию вокруг своих хором?
— Я ничего не включала!
— Что за странные звуки слышны мне в трубку?
— Это звонит мой будильник, напоминая, что пора проверить оросительную систему. Сейчас пойду проверю.
— Не делай этого. Пожалуйста, не выходи. Я очень прошу тебя. Я мчусь к тебе!
— Зачем? Здесь все спокойно, не утруждайте себя.
— Я еду. Никому не открывай двери. Когда подъеду я, то постучусь и обращусь к тебе по имени. Слышишь, ты откроешь только мне. — И он положил трубку до того, как Инга, обескураженная его тоном, успела спросить, что вызвало его опасения.
Потом снова раздался звонок, и Алекс продиктовал ей номер своего домашнего телефона.
Обеспокоенная, пожалуй даже напуганная, Инга, дрожа всем телом, возвратилась в спальню. Ей надо было одеться. Не могла же она встретить гостя, что бы там ни происходило, в ночной рубашке.
Вскоре она увидела, как по потолку и стенам скользнули отблески фар, и уже через несколько минут автомобильный мотор затих рядом с воротами ее дома. В дверь тихо постучали, и она услышала, не без волнения, уже такой знакомый голос Алекса:
— Инга, дорогая, открой. Это я.
Инга без колебаний распахнула входную дверь и тревожно спросила:
— Что случилось? — Она буквально втянула своего позднего гостя в дверь.
Алекс бесшумно скользнул в комнату, бережно затворил за собой дверь и сообщил:
— Понимаешь, несколько часов назад меня ограбили. Я еще не полностью знаю, что утащили, да мне в общем-то и наплевать на это — ничего ценного у меня не было. Огорчителен сам факт. Особенно неприятно то, что грузовик, разбудивший меня шумом мотора, двинулся в твоем направлении. А может быть, все было наоборот: сначала они заехали к тебе, а уж потом направились к моему дому.
Свет, пробивавшийся снаружи, позволял разглядеть его лицо, заострившееся от тревоги… тревоги за нее, а не за себя. Сердце Инги захлестнула волна благодарности. В ее короткой жизни он был первым, кто абсолютно бескорыстно тревожился за нее и ее жалкую собственность, дающую тем не менее ей хлеб насущный.
— Не скрою, я поражена этим фактом. У нас на Аландах это редчайшее явление. Здесь живут честные люди. Не представляю, откуда могли появиться здесь эти гастролеры. Что они взяли?
— Материалы для ремонта забора и кое-что из инструментов.
— Я пойду посмотрю свой хозяйственный сарай.
— Нет, это сделаю я. Пожалуйста, посиди в комнате.
— Хорошо, давайте пойдем на компромисс, учитывая, что это мои владения. Мы отправимся вместе.
Неожиданно Алекс прижал ее к стене двумя руками. Выражение лица его было каким-то потусторонним, глаза сверкали.
— Инга, будь осторожней. Ты просто нарываешься на наказание.
Он быстро и жестко поцеловал ее, словно это и было наказанием. Она вздрогнула, как от электрического удара, и тут же странно расслабилась, словно давая повод к продолжению.
— Ты просто сводишь меня с ума, — сказал Алекс, — хотя пока мы не очень-то продвинулись с детского уровня. Пожалуйста, останься в доме. Не знаю почему, но у меня очень тревожное настроение.
Глянув на выражение его лица, Инга согласилась:
— Ладно, договорились, уберите, пожалуйста, руки. Мне больно.
При следующих словах Алекса она не смогла скрыть изумление.
— Если со мной что-нибудь случится, обещай, что немедленно сбежишь отсюда. Вот ключи от моей машины.
Инга еще озадаченно молчала, когда он, выключив верхний свет, исчез в темноте. Она осталась в одиночестве. Было слышно, как шелестят листья и все слабее падают дождевые струи. От необычности ситуации на душе у нее стало очень тревожно.
Алекс возвратился бесшумно и довольно скоро. Услышав, как открылась дверь, Инга вздрогнула.
— Это я, — успокаивающе произнес он.
Новости были крайне огорчительными. Воры украли пульт управления и некоторые механизмы оросительной системы. В каком-то озверении они перерезали пластиковые трубы. С корнем были выдернуты все посадки в оранжерее и теплицах. Погибли ее любимые растения — выкорчеванные и здесь же брошенные кусты перца и плети гороха.
— Самое страшное, что у меня в хозяйстве ничего не было застраховано, — деревянным голосом, ни к кому не адресуясь, произнесла Инга. — Я не могла платить страховые взносы. Зачем им понадобилось это оборудование и зачем они так варварски порушили все остальное?
— Ну, положим, кое-что они могут преспокойно продать. — Алекс притянул дрожащую всем телом Ингу к себе. — Думаю, что до расследования инцидента тебе лучше здесь не оставаться. Бери зубную щетку, необходимые вещи и поехали.
— Куда? Здесь мой дом. Не могу же я потерять его из-за кучки подонков.
— Ты его не потеряешь. Но сейчас есть только два выхода из ситуации. Либо я остаюсь тут с тобой. Либо ты уедешь со мной. Что ты выбираешь?
Она подняла голову и заметила, что его лицо озарено призрачным светом, пробивающимся через окна от наружного освещения.
— Я оставляю выбор за вами, — обреченно прошептала Инга.
— Значит, едешь со мной. — Он вопросительно посмотрел на нее. — Тебе долго собираться?
— Нет. Не в этом дело.
— А в чем же?
— Я не могу бросить скот и птиц!
Алекс был опытным в сельскохозяйственных проблемах человеком, несмотря на свой сугубо городской вид. И он понял Ингу. Они тут же отправились к птичнику и загону. Включив фонарь, он с удовлетворением отметил, что с птицами все в порядке. Вандалам тут нечего было делать. А загон оказался пуст!
— Они увезли коров в том крытом грузовике, который нам повстречался на дороге, — тихо заметил Алекс. — Причем это был, видимо, второй рейс. Первым они вывезли оборудование и материалы для ремонта забора. Сволочи, мерзавцы! Не переживай так, безвыходных ситуаций не бывает.
Инга промолчала. Что она могла сказать? Сердце ее сжал спазм. Неизвестные негодяи за одну ночь разрушили дело жизни ее отца и ее самой.
— Поехали, — сказал Алекс. — По дороге заедем в полицию. Хотя я уже звонил туда, они обещали кого-нибудь для начала прислать сюда. Надо добиться, чтобы они возбудили уголовное дело.
Инга быстро собралась. Он проводил ее до машины, открыл ей дверцу и заботливо накинул ремень безопасности.
— Учти, завтра все будет выглядеть не так мрачно, как сегодня. Хотя этих подонков я бы передушил собственными руками, их будут сулить по закону. Думаю, что они достаточно хорошо осведомлены о твоей жизни. И это может стать зацепкой к их поиску.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
