В понедельник отправился в школу. Математичка ему очень обрадовалась. Приближалось время очередной школьной олимпиады. Только в этот раз Сашка наотрез отказался:
— Простите, Надежда Алексеевна, боюсь я не смогу принять участие в этой олимпиаде поскольку буду отсутствовать в школе.
— Почему это ты будешь отсутствовать? — Подозрение в голосе учительницы можно было черпать ложкой. Явно решила, что Сашка просто не хочет в очередной раз время терять или вообще заподозрила, что мстит за то, что на областную олимпиаду другие вместо него поехали.
— Вот увидите, Надежда Алексеевна. Все будет, как я сказал. — Не стал вдаваться в подробности парень.
— Я все же запишу тебя. Вдруг так случится, что ты никуда и не исчезнешь от нас.
Ну, ну. Главное, Сашка предупредил.
С последнего урока Иванова вызвали в кабинет директора. Парня провожала полнейшая тишина. Как на казнь. Редкое это дело, когда к директору вызывают и обычно, ни к чему хорошему такой вызов не ведет.
В кабинете, кроме самой директрисы присутствовал невысокий скуластый, сухощавый мужчина в темно коричневой дубленке. Понятно, это у них тут еще зима с осенью борется, а в Сибири уже давно морозы трещат вовсю. Там дубленка — первейшая одежда.
— Вот, Иванов, по твоему поводу приехал товарищ…, - Она замялась, запамятовав, как зовут приехавшего гражданина.
— Тимур Мансурович. — Пришел на выручку директрисе приехавший.
— Да, Тимур Мансурович приехал, чтобы пригласить тебя в Новосибирскую школу олимпийского резерва.
— Я согласен. — Ни секунды не раздумывая, ответил парень.
По-видимому, их директор не ожидала столь быстрого согласия, а, скорее всего, вообще была уверена, что ее ученик, спортсмен и умница, останется в родной школе, поэтому тут же заюлила:
— Саша, ты не можешь так быстро принимать столь ответственного решения. Это очень важный шаг, его нужно хорошенько обдумать, посоветоваться с родителями.
— Полностью с вами согласен, Маргарита Федоровна, — с самым серьезным видом заявил ученик. — Поэтому я приглашаю Тимура Мансуровича прямо сейчас к нам домой. Дома мама, пусть они с ней обсудят мои перспективы по учебе в Новосибирске.
Что оставалось делать директрисе, согласилась. Сашка сразу и повел тренера прямиком к выходу из школы, от последнего урока всего минут пятнадцать оставалось, не возвращаться же.
— Мама, у нас очень важный гость! — Еще с порога позвал он родительницу, которая, усыпив дочку, возилась с готовкой на кухне.
Разговор состоялся серьезный. Мать выспросила все про условия учебы и жизни в интернате, обсудила возможные перспективы для сына в будущем и, вроде, согласилась, но оставила окончательное решение до возвращения с работы мужа. Похоже, Тимур Мансурович и не рассчитывал вот так, с порога, согласие получить. С готовностью собрался и отправился в поселковую гостиницу на постой устраиваться. Директор спортинтерната велел ему без перспективного подростка не возвращаться.
Вечером очередной семейный совет состоялся, на котором Сашка был за отъезд, мать вовсю сомневалась, а отец не столько об учебе сына думал, сколько жену успокаивал. Да еще малышка, почувствовав беспокойство матери разревелась так, что всем табором утихомирить не могли. Короче, цирк на выезде. Но, в конце концов, согласие родителей все же было получено. Осталось только на следующий день матери в школу прийти, заявление написать.
Случайно так получилось, или Лианка целенаправленно караулила Сашку, но они нос к носу столкнулись прямо возле кабинета директора. Мать туда как раз заявление ушла писать, и никто не мешал все точки над «и» расставить.
— Решил ехать? — Скорбным голосом поинтересовалась девочка.
— Да. Там перспективы хорошие. — Нейтральным тоном ответил Саша.
— А как же я? — Лианка, похоже, готова была разрыдаться, даже носом шмыгала.
— Так ты же сама наше общение прекратила? — Удивился парень выверту женского сознания, на что получил соответствующий ответ:
— Настоящий мужчина должен добиваться своей любимой.
Сашка представил себя, голосящим морозной ночью под Лианкиным окном серенаду и чуть не рассмеялся. Впрочем, не рассмеялся. Момент требовал наоборот, максимально скорбного выражения лица, которое он и состроил. Так и попрощались, девушка, с глазами на мокром месте и парень с лицом, словно какую-то лягушку проглотил. Не дорос еще Сашка до настоящей любви.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На окончательное утрясание всех формальностей еще сутки ушли, после которых Сашка Иванов уже тащил свой чемодан, идя в направлении железнодорожной станции рядом с Тимуром Мансуровичем. У того своей поклажи оказалось много, поэтому своему будущему ученику не помогал. Спрашивается, и чего такого можно было в их поселке отыскать, что даже в Новосибирске не купишь?
В поезде, куда загрузился наш герой вместе с наставником, было не жарко. Точнее, если откровенно сказать, так просто колотун. Да еще от окна сквозило. Иван, по примеру Тимура Мансуровича, улегся на свое спальное место под одеяло и сверху еще верхней одеждой укрылся. Только так и получилось чуток согреться. Есть не хотелось, разговаривать в полупустом купе было не с кем. Сопровождающий всерьез спать вознамерился, даже уже вон, похрапывать начал.
После того, как Свердловск проехали Иванов внезапно испытал странное состояние. Головокружение и легкость во всем теле.
«Ага. Вот мы и покинули окончательно территорию контролируемую вампирами». — Прокомментировал это чувство дух-симбионт, тоже, видать, почувствовавший что-то подобное.
«Это что за воздействие было»? — Заинтересовался сообщением духа Сашка. Он, вообще, сильно интересовался всем, что связано с вампирскими воздействиями. Хобби у него такое образовалось в последнее время.
«Это не воздействие, а его отмена. На всей территории людей, контролируемых вампирами, действует ментальное поле, под воздействием которого у разумных сильно ослабляется критичность восприятия реальности, а взамен повышается внушаемость. Причем, все это воздействие работает на пране самих людей, ослабляя дополнительно их здоровье. Слыхал выражение «Сибирское здоровье»? Сибирь — наша территория, духам ментальные воздействия без надобности, мы на популяции в целом не воздействуем, исключительно по персоналиям работаем, вот люди и остаются более здоровыми».
«Как со мной, что ли»?
«Примерно. Обычно, мы ищем и раздуваем у разумного мысли о совместной выгоде».
Интересная информация. Особенно понравилось то, они что из-под оболванивающего поля смогли убраться. Еще бы родителей с сестренкой как-то в Новосибирск перетащить.
В Новосибирск приехали в три часа ночи. Общественный транспорт еще не ходит, пешком, Тимур Мансурович сказал, очень далеко идти. Да и холодно тут, чтобы ночной порой на дальние расстояния гулять. Решили переждать на сиденьях в зале ожидания. Тренер, как уселся, так и сразу снова задремал, а Сашка принялся по сторонам глазеть. Новый город, интересно же.
Несколько минут прошло, и уже интересный для наблюдения объект в поле зрения появился. Точнее, объекты: трое смуглолицых скуластых мужчин с узкими глазами-щелочками.
«Ух ты, настоящие китайцы»! — Восхитился про себя Иванов.
«Сам ты, китаец». — Ответил дух. — «Буряты. Шаманы. Мне дух одного из них немного знаком».
«А я не вижу этого духа», — расстроился Сашка несовершенству своего восприятия.
«Просто не на то смотришь. Попытайся вчувствоваться в этих «китайцев». А потом точно также прочувствуй кого-нибудь из других пассажиров».
Попробовал. Труднее оказалось, как раз, с другими пассажирами, они какими-то блеклыми, незапоминающимися были. Зато китайцы очень-очень реальными воспринимались. И запомнились на раз.
«Именно так! Вселение духа повышает уровень реальности разумного. Потому ты и обратил на них внимание слета. И потом долго не забудешь». — Объяснил это различие дух.
За окнами вокзала по-прежнему еще ночное небо звездами переливалось, когда проснувшийся тренер повел его на остановку общественного транспорта.
