class="p1">— Это та, которую мы проходили с вами, когда поднимались по лестнице?
Лёгкий кивок головой.
— Дмуаю, что не потеряюсь, — прошептала под нос.
А то с моими то талантами по ориентированию на местности можно только разве что в неприятности угодить. Прямо в могилку к свежему умертвию, а не за обеденный стол.
Служанка пару раз хлопнула в ладоши, и засияли магические светляки, ванная наполнилась мягким светом. Не успела я поблагодарить её, как девушка уже юркнула за дверь и притворила её за собой.
Поспешно сбросив одежду, осторожно шагнула в ванну. Вообще, это целое озеро, в котором можно научить кого-угодно плавать. У нас дома мылись в деревянных кадках или просто растирались снегом, правда, между этими процедурами, часто опрокидывали в себя полную до краёв кружку ляхвы. Вспомнила запорошенный снегом двор "Семи мертвецов". Добралась ли Конфетка до Ривана? Без наездника гёркхи скачут куда быстрей...
— Ай!
Брачная татуировка невыносимо зачесалась. Вот и вспомнила прошлое, называется. Между прочим, Генри, я нахожусь в приличном доме, меня окружают хорошие семейные люди. Всё почти как ты хотел. Клеймо зазудело ещё сильнее. Фыркнув, погрузилась в воду с головой, надеясь, что там эта бессердечная магия брака по расчёту меня не достанет.
Покалывание на кончиках пальцев заставило нервно напрячься. Нет, ну что за безобразие? Если бы можно было поставить все накопившиеся проблемы на паузу, а потом, немножечко передохнув, начать разгребать их, то как бы было здорово. Эх, мечты, мечты... К сожалению, подобного заклинания не существовало. Поэтому нужно постараться расслабиться, чтобы к уркхам всё здесь не заморозить. Не хватало ещё себя изо льда выковыривать, словно я вмёрзшая в него рыба.
Чары бесспокойно трепыхнулись и недовольно затихли. Блаженно взяла мочалку и оглянулась в поисках мыла. Знакомого предмета нигде не наблюдалось. Не беда — возьмём то, что пенится, благо выбор просто фантастический. С сомнением понюхала оранжевую жидкость и на всякий случай скрестила пальцы. Главное, чтобы кожа не стала такого же цвета и волосы на голове не выпали, остальное пережить можно. А вот с подобным амплуа в Академию поступать будет, ой, как непросто. Всё-таки пройти вступительные экзамены — это полбеды, а вот продержаться в этом заведении пять лет и не быть исключённой — уже гораздо сложнее. Особенно если учесть тот факт, что львиная доля поступающих — представители голубых кровей, которых было за что не любить простолюдинам вроде меня.
После двухчасового барахтания радостно вылезла из ванны и ступила босыми ногами на тёплый пол. Пожалуй, стоит поспешить. Не вежливо заставлять хозяев ждать. Тем более, что просиди я в воде ещё хотя бы двадцать минут, и у меня точно вырастут жабры. А русалки ужасно безответствены и, уж чего греха таить, совсем не обременены тяжкими нормами морали.
Завернувшись в белое полотенце, выскользнула из ванной и уверенно подошла к шкафу. Деревянные дверцы даже не скрипнули, когда я бесцеремонно распахнула их. Мда уж, не то что у меня в каморке, где любая дощечка жила своей жизнью и не стеснялась всячески об этом напоминать, когда нерадивая хозяйка желала чем-либо воспользоваться.
В шкафу висело одно единственное платье, осмотрев которое, я невольно зарделась. Как-то это слишком, честное слово... Прекрасные особняки, отдельные покои, бытовые и охранные чары, пропитавшие каждый уголок здания, а теперь это — чудесное платье нежно-розового пудрового цвета. Осторожно прикоснулась к материи, так и льнущей к коже. Казалось, ткань струилась и переливалась. Ещё одно мгновение, и она утечёт, словно вода. Я даже не могла понять, из чего создано платье, а уж определить его стоимость и вовсе не бралась.
С надеждой обернулась, пытаясь найти старую одежду, но служанка всё унесла. Досадно вздохнув, отложила полотенце и надела эту красоту. Ткань обволакивала разгорячённое купанием тело и приятно охлаждала его. Подошла к зеркалу и удивлённо воззрилась на открывшуюся картинку. Так, а где синяки, царапины?
На меня смотрела голубоглазая блондинка, на коже которой не наблюдалось ни одного изъяна. Скривила рожицу, чтобы убедиться, что это всё ещё я. Ага, с этим полный порядок, а вот к остальным моментам имеется парочка вопросов.
То что воронье гнездо превратилось в гладкие и блестящие локоны — понятно, а куда делись ушибы, вернее, боевые травмы? Я к ним, можно сказать, привязалась уже. Неужели у них и вода целебная? Такое вообще возможно? И как, демоны всех зедери, можно показаться людям в подобном наряде?
Платье действительно было мне немножко свободно в талии, но смущало отнюдь не это, а тот факт, что изюминкой наряда являлось глубокое декольте. Так-с, стараемся искать плюсы: вырез всё-таки не до пупа, в столице все так ходят (ага, ни одного нормального человека в таком не встречала), платье лишь на один вечер, и этого никто не увидит, кроме Мейриона и его жены. Щёки предательски заалели, напоминая о минусах, татуировка нещадно зудела. Обычно я прятала её под рукавом, но в данном случае подобное было попросту невозможно.
Рядом с трюмо стояли туфли практически без каблука. Облегчённо выдохнула, хороший знак — не придётся восхищать хозяев своей врождённой грацией. Удивительно, но сели они идеально, словно шили на заказ. Впрочем, может, снова магия?
Конечно, Ведина, иллюзия, — съехидничал внутренний голос. На самом деле ты босая и нагая добровольно идёшь к жертвенному алтарю чародея-отступника. Захотелось суеверно сплюнуть и обернуться вокруг себя три раза. Вовремя одёрнула себя. Не хватало ещё северянину ковры опплевать.
Уже выходя из комнаты, бросила взгляд на своё отражение и тревожно прикусила губу. Именно такой цвет в Арилье традиционно считался цветом невест. Правда, наряды были не столь откровенными, да и вообще-то вдобавок были оторочены чёрным мехом, но будем считать, что это простое совпадение. В столице, насколько я знала, предпочитали венчаться в белом.
Может, всё-таки стоило хотя бы три раза обернуться?
Стараясь не наступить на подол, вышла в коридор и замерла, услышав тихие звуки музыки. Они лились из приоткрытых дверей обеденной залы. Надеюсь, никто не голодает из-за моей медлительности. Было бы, право, неловко.
Огромный зал был освещён множеством хрустальных люстр, угрожающе свисавших с четырёхметрового потолка. Стол, накрытый не менее чем на тридцать гостей, пустовал, и только в его конце возвышался северянин. Увидев меня, он приветственно встал и практически молниеносно очутился рядом со мной. Напряжённо выдохнула. Никак не могу привыкнуть к его резким движениям.
Мужчина галантно взял меня под руку и неспешно повёл вдоль стола к своему месту. Мейрион был одет в чёрный костюм, и сейчас я с трудом узнавала в нём человека, которого избивали на подмостках риванской площади. Остался тот же широкий разворот плеч, хищная грация и непонятный огонёк, тлеющий в поразительно голубых глазах.
— Ты обворожительна, Ведина. И
