— Как тебе не стыдно Мэтт? Как не стыдно? — продолжала девушка, сверкая глазами. — Твой лучший друг умер, а ты думаешь только о своих дурацких фильмах!
— Нет, — запротестовал он, но Эйприл не давала ему слова вставить.
У меня есть новость для тебя, Мэтт, — произнесла она презрительно. — Наша жизнь — это реальность.
— Я знаю, но…
— Жизнь — это реальность, Мэтт, а не идиотские ужастики. — в уголках ее глаз выступили слезы.
"О нет, — подумал он, ощущая, как колотится сердце. — Я не хочу, чтобы она плакала. Разве мы мало наплакались за эту неделю? "
— Тодд умер, и это невозможно объяснить, невозможно принять, — сказала Эйприл, стараясь сдержать слезы и взять себя в руки. — Но сваливать на вампиров… Это так по-детски. Это ни в какие ворота не лезет!
— Но Эйприл… — Мэтт не знал, что сказать. Он неотрывно смотрел на две маленькие ранки на ее шее.
— Габри — вампир, — бухнул он неожиданно даже не понял, что произнес, не слышал своего голоса и не понимал, что Эйприл все слышит.
Девушка одним движением вытерла мокрые дорожки, оставленные слезами на ее бледном лице, и яростно накинулась на Мэтта.
— Ты совсем спятил, да? — завопила она, — Убирайся! Убирайся отсюда! — повернувшись она устремилась в дом, — Не понял? Убирайся! Я больше не желаю тебя видеть! И не звони, я не подойду!
— Что там происходит? — из-за двери выглянула золотистая головка одной из сестричек
— Они сражаются? — донесся из дома голос другой.
— Дай посмотреть! — Девочки с шумом вывалились за дверь, а Эйприл вбежала в дом, громко всхлипывая.
Мэтт с растерянным видом, не оглядываясь, вышел на улицу и зашагал прочь. Ему перебежали дорогу два кролика, но он даже не заметил. Пошел дождь. Первые тяжелые капли упали землю, а через несколько секунд ливень уже стоял стеной.
Парень двигался медленно, опустив голову, и даже не обращал внимания на дождь. Тяжелые думы досаждала ему куда сильнее.
"Конечно, Эйприл права, — говорил он себе, поддавая носками кроссовок комья грязи. Волосы упали на лоб. Промокшая запыленная майка противно липла к спине. — Конечно, она права. И чего это я помчался к ней, чтобы рассказывать про вампиров? Надо было держать все при себе".
"Вампиры! Конечно, она решила, что я спятил. И она права. Габри никакой не вампир. А я просто ревную. К тому же совсем растерялся. И мне так жалко себя".
"Вампиры… Я должен посмеяться над собой чтобы не заплакать. И откуда взялась такая дикая мысль? Как это я был настолько глуп, что поверил ей?"
Он глубоко вздохнул, погрозил кулаком деревьям, склонившимся под тяжестью собравшейся в кронах воды. Ему хотелось увязнуть в грязи увязнуть по самую макушку, и чтобы никто его оттуда не вытащил.
"Я выставил себя набитым дураком, — подумал он, удрученно тряся головой и ежась, когда ветер задувал за ворот. — Я выставил себя полным идиотом. И лишился Эйприл".
— Чего это ты целый день шатаешься под дождем? — спросил Бен, появляясь из высокой травы, покрывавшей дюны.
Мокрые от дождя стебли стегали Мэтта по ногам при ходьбе, и он подумал, что лучше было надеть джинсы, чем шорты.
— Просто так, — ответил он другу. Вообще-то большую часть дня он провел, глядя на дождь из окна гостиной, вертя в руках бутановую зажигалку Тодда и беспрерывно размышляя о своем сновидении и о том, как глупо было мчаться к Эйприл.
Зажигалку он сжимал в руке и сейчас" будто ища в ней разгадку. Казалось, что с зажигалкой как-то уютнее — ведь это единственная память о Тодде. Мэтт с зашагал вместе с Беном через дюны. — Песок уже снова сухой, — сказал Бен, поддавая землю носком сандалии. — Разве не удивительно? Дождь льет весь день, а песок не собирает воду.
Мэтт бросил взгляд в сторону океана. Облака уже рассеялись. Ночное небо было почти ясным.
Над морским горизонтом висел бледный круг луны.
— Сегодня утром я сделал настоящую глупость, — пробормотал Мэтт.
— Какую по счету? — пошутил Бен, оторвав длинный стебель и засунув его в рот.
— Да нет, это действительно была глупость, — объяснил Мэтт, глядя под ноги, он в нескольких словах поведал Бену про свой сон и разговор с Эйприл. И закончил словами: — Это все было нелепо.
Бен задумчиво жевал травинку.
— "Нелепый" — это еще мягко сказано, — согласился он, качая головой. — Более подходит слово "глупый". Я бы даже сказал "идиотский".
— Знаешь, я рассказал тебе все это не для смеха, — обиделся Мэтт.
"И зачем тогда я это рассказывал? — подумал он. — Может быть, Бен должен был подпрыгнуть, похлопать меня по спине и сказать: "Ты прав, Мэтт! Эти мыши — вампиры!" Просто мне нужно было с кем-то поделиться".
— Извини, — быстро сказал Бен. — Правда, извини. Ты, наверное, чувствуешь себя настоящим болваном.
— Утешил, — пробормотал Мэтт.
Совсем низко над их головами промелькнула летучая мышь и черной тенью пронеслась над Пляжем, Приглядевшись, Мэтт заметил еще двух мышей, паривших над соседней дюной.
— В прошлом году в школе нам объясняли, что они полезные, — сказал Бен. — Они необходимы для экологического равновесия, ну, ты знаешь насекомых едят. А их помет — очень ценное удобрение.
— Оставь себе мышиный помет, — пробурчал Мэтт раздраженно. — Спасибо за лекцию.
— Я понимаю, что у тебя паршивое настроение, — сказал Бен миролюбиво. — Мне тоже не по себе из-за Тодда. А тут еще этот парень перехватил твою девчонку…
— Не надо об этом больше, — отрезал Мэтт удивляясь собственной горячности. — Хватит.
— Эй, а ведь я собирался в кафе "Суэнни", — проговорил Бен, чтобы покончить с неприятным разговором. — Пойдешь со мной?
— Лучше еще погуляю, — ответил Мэтт грустно качая головой. — Может быть, подойду попозже.
Он кивнул на прощание, Бен помахал ему рукой.
— Утешься, — крикнул он издалека. — У меня худшее еще впереди.
Он не засмеялся, против обыкновения, над собственной плоской шуткой и зашагал в направлении города.
"Вот придурок", — подумал Мэтт. Обычно Бен действительно утешал его своими научными выкладками и глупыми шутками" но только не сейчас.
Парень зашагал через дюны. Увидев группу ребят, знакомых ему по пляжу, Мэтт повернулся, чтобы не попадаться им на глаза, и быстро пошел в обратном направлении. Его внимание приковала к себе скалистый утес и черный силуэт в ясном ночном небе.
Парень поймал себя на том, что думает, как оправдаться перед Эйприл. Но ни один из вариантов не выглядел убедительным. Он не мог предстать, что произнесет все это вслух. Ступая по песку, Мэтт размышлял о том, как бы помириться с девушкой и убедить ее не встречаться с Габри. Но и то, и другое казалось невозможным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
