— Бегите, Пьер! — крикнул он. — Бегите, если можете, не теряйте ни секунды!
Он намеренно выстрелил поверх голов людей, копошившихся по ту сторону расщелины, и заметил, как Пьер, повинуясь его приказу, бросился в сторону, но в тот же миг раздался первый выстрел со стороны нападавших. Пуля пронеслась мимо ушей Филиппа, который услышал сейчас же второй выстрел и увидел, что Пьер, как мертвый, свалился на землю.
Прицелившись, Уайтмор выстрелил во второй, третий и четвертый раз, и один из троих людей, которые белыми, призрачными силуэтами карабкались вверх по скале, скатился вниз и упал таким же камнем, как и Пьер. Его товарищи остановились на миг, подхватили его под мышки и продолжали свой путь. Филипп выстрелил в последний раз, но промахнулся, и не успел он еще снова зарядить свой револьвер, как неизвестные скрылись за массивами скалы.
— Пьер! — закричал он. — О, Пьер Куше!
Ответа не последовало. Тогда он побежал по краю расщелины до тех пор, пока близ леса не увидел тропинки, по которой свободно мог спуститься вниз. Он так торопился, что упал, расцарапал себе руки, окровавил лоб, но, не теряя ни секунды, поднялся с места падения и стал озираться вокруг, желая определить направление, по которому следовало идти. Он хотел было закричать, увидя какую-то фигуру, поднявшуюся среди камней, но его волнение было столь велико, что оно лишило его голоса. Нечленораздельные звуки сорвались с его губ, когда он подошел к Пьеру.
Пьер собственными силами дотащился до скалы. Все лицо было залито кровью. В одной руке он держал жалкий остаток рапиры, которая была сломана до самой рукоятки. Его глаза горели лихорадочным, безумным огнем, и все лицо было сведено такими муками, что Филипп содрогнулся при взгляде на него.
— Это ничего, мсье, ничего! — простонал Пьер, уловив выражение глаз Филиппа. — Сейчас не надо обращать на меня никакого внимания! Не во мне дело, а в Жанне! Они унесли Жанну… унесли с собой.
Рапира выпала из его рук, и он, совершенно обессилев, прислонился к камню. Филипп опустился на колени и, вынув из кармана платок, начал вытирать кровь, выступившую на лице человека, которого он считал уже своим другом. В продолжение нескольких минут Пьер лежал, как мертвый.
— Что случилось, Пьер? — спросил Филипп. — Если можете, объясните мне толком. Вы говорите, что они унесли Жанну?
Пьер сделал попытку выпрямиться. Видно было, что ему стоит невероятных усилий преодолеть свою слабость и привести в порядок мысли.
— Выслушайте меня, мсье, — сравнительно спокойно произнес он. — Они напали на нас в то время, когда мы с Жанной отправлялись на свидание к вам. Их было четыре человека. Один из них уже умер. Остальные, захватив Жанну, бежали в лодке. Это для нее смерть… даже хуже, ужаснее, чем смерть…
Он весь скорчился от страданий, но хотел подняться на ноги и в тот же миг упал на землю с таким криком, что Филипп испугался за его жизнь.
— Пьер! — закричал он. — Я сейчас побегу за ними! Я сделаю все, что в моих силах. Я верну ее вам, клянусь, что верну!
Он хотел было подняться, но рука Пьера задержала его.
— Вы обещаете?
— Да!
— За ближайшей расщелиной находится лодка. Это — наша лодка. Они направились в Черчилл.
Его голос слабел с каждым словом. В судороге острого ужаса, боясь мучительного головокружения и потери зрения, он снова схватил руку Филиппа.
— Мсье, — хрипло прошептал он, — если вам удастся спасти ее, не привозите ее сюда! Уезжайте с ней в Божий Форт! Но не теряйте ни часа, ни минуты! Никому не доверяйте! Спрячьте Жанну, спрячьтесь сами. Боритесь, делайте все возможное, но не оставайтесь здесь, а уезжайте в Божий Форт. Вы это сделаете, мсье? Вы обещаете мне сделать это?
И с этими словами он упал навзничь. Филипп осторожно приподнял его и так примостил его голову к скале, что мог заглянуть в глаза, которые все еще были открыты и все, казалось, понимали.
— Да, Пьер, я все сделаю, что вы просите! Я обещаю вам. Я увезу ее в Божий Форт! И…
Какая-то тень пробежала в глазах Пьера. Он делал над собой последние усилия для того, чтобы понять слова Филиппа и удержать сознание, которое каждую минуту готово было покинуть его.
— Послушайте, Пьер! — страстно закричал Филипп. — Вы не умрете. Пуля только поверхностно задела вашу голову, и рана уже не кровоточит. Завтра вы должны во что бы то ни стало добраться в Черчилл и найти там человека по имени Грегсон. Это мы с ним вышли на пристань, когда прибыл пароход. Передайте ему, что случилась одна очень важная вещь, и что он должен всем сказать, что я отправился на промыслы. Он поймет, что это значит. Расскажите ему, расскажите ему…
Он хотел найти последние, самые важные слова для Грегсона. Пьер все еще слушал его, но уже лежал на земле с закрытыми глазами.
Филипп наклонился поближе к нему.
— Скажите ему, что я напал на след лорда Фитцхьюга! Скажите это ему!
Едва только он произнес последнюю фразу, как Пьер снова раскрыл глаза. Страшный крик сорвался с его губ, точно это имя привело в действие последний остаток его сил. Он вырвался из рук Филиппа, пытаясь что-то сказать, но в его горле заклокотали нечленораздельные звуки, и после этого последнего, чрезмерного усилия он упал без сознания. Филипп перевязал своим носовым платком его рану, которая снова засочилась кровью, и постарался как можно удобнее прислонить неподвижное тело к скале. Потом он поднялся с места и зарядил револьвер. Его руки приобрели уже прежнюю крепость. Мозг был совершенно ясен, а лихорадочное состояние уже оставило его молодое, сильное тело. Только сердце еще работало, как машина, которой задали слишком много топлива.
Он повернулся и быстро понесся по тому направлению, по которому ушли неизвестные враги. Он бежал с низко опущенной головой и с револьвером в руках, но не прошел еще и ста ярдов, как вдруг что-то задержало его. На дорожке, лицом вверх, в полном сиянии луны лежало человеческое тело. Филипп на минуту остановился и наклонился над трупом. Сломанный клинок рапиры торчал из горла покойного. Безжизненная рука вцепилась в этот клинок, точно и после смерти пытаясь вырвать его. Лицо было страдальчески перекошено, глаза и рот раскрыты. Очевидно, смерть пришла с потрясающей неожиданностью.
Филипп склонился еще ниже и стал внимательно вглядываться в покойника, лицо которого показалось ему знакомым. Где он видел его раньше?
Вдруг он вспомнил. И, вспомнив, стремительно подался назад. Холодный пот покрыл все его тело и лицо. Этот человек, который сейчас лежал пред ним с рапирой Пьера в горле, сошел с парохода на берег вместе с Айлин и ее отцом! Он был уверен в этом.
Это открытие так подействовало на Уайтмора, что с минуту он совершенно позабыл про то, где находится, и что собирается делать. Все, что случилось за последнее время с ним, — встреча с Жанной на скале, прибытие парохода, столкновение Жанны с Айлин, — все воспоминания одновременно нахлынули на него, когда он стоял и смотрел на убитого человека. Что все это значит? Почему Пьер так заволновался, как только слуха его коснулось имя лорда Фитцхьюга? Как объяснить странное стечение обстоятельств, которое определенно говорило за то, что Жанна и Пьер замешаны в заговоре против него? Хорошо ли он в конце концов сделал, что направил умирающего Пьера Куше к Грегсону? Не повредит ли это их общему делу?
