агрессировать… – смирившись, сказал я.
Мне ничего не оставалось делать, как подобрать валяющуюся деревяшку у себя под ногами. Это был тренировочный деревянный меч. На картинках по истории видел такие у римских легионеров. Вроде бы такой меч назывался меч-полуторник, но может я и ошибался, сейчас это совершенно не важно.
Меч лег в руку, обозначив свой вес. Таким махать от силы пару минут можно, а потом рука отвалится. Попробовал покрутить его немного в руках и постарался скопировать стойку Байрона, на что тот лишь презрительно ухмыльнулся, отчего сразу же захотелось долбануть его деревяшкой по макушке.
– Начали! – раздался командный голос учителя.
Сердце пропустило удар, когда Байрон неожиданно рванул вперед и длинным выпадом сделал укол в плечо. Левая рука онемела и повисла плетью. Глаза заволокло пеленой, и сквозь боль я увидел, как Байрон медленно, нарочито напоказ, широко замахнулся и ударил по диагонали в район груди. Я нелепо вскинул руку со своим мечом, но это не остановило боль ни на секунду. Грудь поразило огнем, и я завалился на песок, стараясь цепляться разумом за угасающую картинку перед глазами.
– Представляешь, он даже замахнулся на меня! – раздался голос надо мной.
– Мусор. Думают, раз они едят с руки императора, то будут стоять в одном ряду с нами!? Как бы не так!
Рядом раздался глухой удар, а после короткий вздох человека. Я потерял сознание…
***
– Да у меня нет столько коек, сколько больных! И куда мне прикажите положить столько пациентов!?
Я начал приходить в себя. Как только открыл глаза, сразу же увидел знакомое помещение. Два дня назад уже просыпался в этом месте, правда тогда я просто потерял сознание, а сейчас меня вырубили сильным ударом меча.
Чертов Байрон! Чтобы он поскользнулся и расшиб себе голову! Чтобы его кондратий хватил.
Поморщился от боли. Грудь покалывало сильнее, при мыслях о нем. Урод не сдерживал силы и бил со всей дури. Второй удар пришелся в грудь. Байрон мог сломать ребра, а может чего и похуже. Хрип вырвался сам по себе, привлекая к себе внимание окружающих.
– Ну здравствуй, ученик, – добрый старческий голос раздался рядом.
– Здравствуйте Клавдий, не рад новой встрече с вами.
– Пф… – неопределенной цыкнул маг-целитель. – У меня таких как ты все койки и даже больше, – он неопределенно взмахнул руками, пытаясь обвести все помещение.
Тут я проследил за его рукой и дошел смысл слов, которые только что услышал. Все койки в лазарете были заняты учениками первого курса. Часть сидела на стульях и прислонялась к стенам. Большая часть была с факультета земли, но и водники тоже тут были.
– Таллов Линс. Этого стоило ожидать, после его назначения на эту должность, – буркнул себе под нос старик.
– Линс? Учитель Линс? – я не сразу понял, что имеет ввиду Клавдий.
– Ага. Тот самый.
– А он при чем тут ? – я задал логичный вопрос, не понимая слова врача.
– Что, еще не дошло? Присмотрись, – Клавдий указал рукой на койки по соседству. – Кто лежит в койках?
– Ученики, – ответил все еще ничего не понимая.
– Ох, господи. Тяжело тебе будет мальчишка. Вроде уже прожил достаточно, а увидеть очевидное не можешь, – Клавдий с укором посмотрел на меня.
Слова задели, но обижаться на старика не стал. Может для него это все очевидно, но для меня…
– Тут лежит один мусор, как говорят уважаемые господа аристократы, – решил все-таки пояснить Клавдий. – Те, кто недостойны даже дотрагиваться до маны, отбросы общества, нелюди, надоедливые тараканы годные лишь вспахивать поля и кланяться господину.
Мне пришлось привстать на локтях, чтобы лучше рассмотреть лежащих учеников, однако боль в ребрах, напомнила о себе, я вновь скривился от боли и лег сразу же обратно. Клавдий не стал отвечать, лишь дотронулся до груди и замер. Так продлилось минуты три. По телу пробежала приятная волна холода, которая волнами окатила тело, а после исчезла.
– Да, – довольно кивнул Клавдий. – Все же не все мозги тебе отбили. Так, с тобой все. Можешь идти.
Я осмотрел себя и с удивлением потрогал грудь, которая совсем недавно горела огнем, которая совершенно не болела. Пока Клавдий доносил прописные истины для глупого меня, он уже успел подлатать мою бренную тушку. Поблагодарить старика не успел, тот ушел в другой конец лазарета и занимался следующим пациентом. В палате был еще один молодой маг, по виду напоминающий ассистента или медбрата. Он тоже подходил к койкам и водил руками сосредоточенно произнося заклинания.
Тут так же сновали студенты четвертого курса, которые внимательно наблюдали за работой Клавдия и второго врача. Изредка они что-то говорили и ученики делали записи в тетрадках.
– Артем! – меня окликнули в коридоре, который вел на выход из медицинского блока.
Это был Эриот и он тоже был изрядно помят. Одежда для практики, которую он еще не снял, была вся грязной и мятой, а на лице виднелся наливающийся синяк под глазом, который походил на спелую сливу.
– Ты как? – участливо спросил он, видя, что мне досталось больше остальным.
– Нормально, – невесело буркнул я, рукой проводя по ребрам. – Тебя тоже отделали?
