фальшивая? Он взглянул на часы. Скоро час дня. Ван Ян встал, сказав:
— Время поджимает, нам пора.
Затем он с улыбкой обратился к Рейчел:
— Идём со мной, моя главная героиня. Я должен объяснить агенту из актёрского профсоюза, что нашёл тебя.
— О’кей, — откликнулась Рейчел.
В итоге трое людей вернулись в кофейню Любимая. Едва они уселись, как Ван Ян с нетерпением продолжил обсуждать с Рейчел фильм. Хотя последняя видела, что Джессика не может подключиться к разговору, и сознательно переводила тему на неё, однако та, похоже, не оценила такого поступка и каждый раз с каменным лицом отвечала либо «да», либо «нет».
Ровно в час дня вернулся Марк Стрэнг. Как только Ван Ян увидел его, то сразу задорно вымолвил:
— Эй, Марк, я нашёл исполнителя женской роли. Вот она — Рейчел Макадамс!
Указав на Рейчел, он полушутя и с щепоткой злорадства произнёс:
— Но, к сожалению, она не состоит в профсоюзе, поэтому вы не получите комиссионные за неё.
— Здравствуйте, — вежливо поприветствовала Рейчел Стрэнга.
Стрэнг, охнув, смерил взглядом Рейчел и кивнул:
— Неплохо, неплохо. Но, судя по виду, тоже не слишком взрослая. Извините меня за столь дерзкий вопрос, но сколько вам лет, мисс Макадамс?
Рейчел, улыбнулась, ответив:
— Мне 19, в этом году исполнится 20.
Наблюдая, как возникли ямочки на её щеках, Стрэнг воскликнул:
— Какая очаровательная улыбка! Ещё и столь юный возраст. Я как агент с многолетним стажем считаю, что у вас, мисс Макадамс, перспективное будущее. Эх, вот только мои комиссионные пропали.
Стрэнг досадливо покачал головой и, глядя на Ван Яна, в шутку и в то же время недовольно произнёс:
— Юный режиссёр, я правда ничего не понимаю. Мисс Макадамс и мисс Альба на вид примерно одного возраста, обе имеют приятную внешность. Так почему же вы всё-таки не выбрали свою девушку?
Затем он пожал плечами:
— Нет, мисс Макадамс, разумеется, хороша, но из-за неё я лишусь комиссионных, так что я на неё обижен.
Не успел Ван Ян ответить, как всё это время молчавшая Джессика неожиданно нахмурилась и, уставившись на Стрэнга, закричала:
— Я уже говорила, что я не его девушка! Мне омерзительны такие шутки, понятно?! Что, раз ходим вместе, значит, я его девушка? Почему вы, мужчины, только и думаете целыми днями об этих вещах?!
Все присутствующие оцепенели. Ни Ван Ян, ни Рейчел, ни уж тем более шутник Стрэнг не ожидали такого… С чего вдруг Джессика так вспылила?
— Э… Извините, моя вина… — поглаживая свою голову, извинился Стрэнг, хоть и пребывал в недоумении.
— Джессика… — промямлил Ван Ян, но не знал, что следует сказать дальше.
Выпустив пар, Джессика тоже оцепенела. Она с искажённым выражением лица опустила голову, чтобы ни на кого не смотреть, и вымолвила:
— Простите… Я… Я отойду в уборную…
Затем она быстро встала и скорым шагом, чуть ли не бегом удалилась.
— Пойду проведаю её, — Рейчел встала, одарив Ван Яна слабой утешительной улыбкой, и последовала за Джессикой.
— Ох, юный режиссёр, и набедокурили же вы! — Стрэнг тревожно покачал головой, посмотрев на Ван Яна, и, скрестив руки на груди, нравоучительным тоном сказал: — Я бы на вашем месте определённо выбрал Джессику на главную роль. Я правда не вижу, чем она отличается от Рейчел? Да, выглядит чуть моложе, ну и что с того? Разве кому-то это принципиально? Стоит ли из-за этого сердить свою девушку?
Раз ходим вместе, значит, она его девушка? Неужели Джессика так думает? Ван Ян сильно наморщился, прежнее хорошее настроение улетучилось. Но почему она так рассердилась? Из-за роли? Или всего лишь из-за шутки Стрэнга?
Чёрт! Как бы там ни было, этот агент весь день болтает то, что не следует говорить… При виде облокотившегося о спинку стула Стрэнга на Ван Яна напала злость. Он стукнул по столу, заорав:
— Марк, она не моя девушка. Мне тоже отвратительны такие шутки, ясно? Человек просто помогает, и уже сразу моя девушка?!
Стрэнг закатил глаза и развёл руками:
— Ладно, ладно! Моя вина, это я во всём виноват, я преступник.
Глава 11. Ты обязана выложиться по максимуму
В уборной Джессика, глядя в зеркало, сделала глубокий вдох и длинный выдох, после чего схватилась руками за лицо. Ладони оказались ледяные.
Она сама не знала, почему только что так вспылила. В тот момент её сердце было охвачено лишь беспокойством и печалью, а затем она потеряла контроль над собой… Почему? Она понимала, что это точно не из-за шутки Марка Стрэнга, которая послужила лишь спусковым крючком. Возможно, из-за того, что её неосознанно оставили в одиночестве; возможно, из-за того, что Ян не разрешил ей исполнить главную роль; возможно, из-за Рейчел, в компании которой она чувствовала себя ничтожеством…
Дверь уборной со скрипом открылась, и внутрь вошла Рейчел. Она подошла к Джессике и с дружелюбной улыбкой спросила:
— Джессика, ты в порядке?
Джессика с натягом улыбнулась отражению Рейчел в зеркале, сказав:
— Спасибо, я в норме. Прости за недавнее… Я повела себя слишком грубо.
Она с огорчённым видом поглаживала длинные волосы возле уха:
— Сама не понимаю, с чего я вдруг словно с катушек слетела.
— Ничего страшного, Джессика, не зацикливайся на этом. Все беспокоятся за тебя, — утешила Рейчел, а затем спросила: — Это из-за роли в фильме?
Джессика покачала головой:
— Э, не знаю, наверное, просто нездоровится.
В связи с пережитым в детстве опытом она с настороженностью относилась к незнакомым людям и новым друзьям. Тем более с Рейчел она была знакома меньше двух часов и, естественно, не собиралась раскрывать ей свою душу.
Рейчел слабо улыбнулась. Она понимала, что нужно делать в такой ситуации, поскольку в Торонто у неё было много друзей, которые обращались к ней, чтобы излить душу, когда были чем-то расстроены. Она являлась хорошим слушателем и подобную картину, как у Джессики, наблюдала неоднократно. Ей приходилось выслушивать, чем друзья расстроены и что у них на душе.
Главное, заставить их разговориться. Но Рейчел знала, что если сама первой не заговорит, то они будут молчать. Поэтому она произнесла:
— Извини, что мы с Яном только и делали, что болтали о фильме…
— Нет, нет, вы ни в чём не виноваты, — перебила её Джессика, но тотчас вспомнила, как Рейчел и Ван Ян увлечённо обсуждали фильм, а она сама, точно кретин, не могла подключиться к теме. От этих воспоминаний её сердце сжалось, она тяжело вздохнула: — Причина во мне. Наверное… Наверное, я не должна была сегодня приходить.
— Я знаю, как это неприятно. Сама много раз оказывалась в ситуации, когда
