еж, ее мир для нас тоже в основном закрыт. Мы намного выше ростом и полагаемся главным образом на зрение, тогда как свинья видит все с меньшей высоты, а ориентируется преимущественно по запаху и тактильным рецепторам на морде. Хотя глаза свиньи кажутся очень похожими на человеческие, они играют для нее второстепенную роль. Конечно, нельзя точно сказать, насколько острое у свиней зрение. Раньше считалось, что они (да и все остальные животные, кроме шимпанзе) видят мир черно-белым, однако сегодня биологи сходятся во мнении, что большинство млекопитающих различают цвета. Тем не менее мы все еще не знаем, сколько именно оттенков цвета они воспринимают и четко ли видят очертания предметов.
Хотя зрение у нас намного острее, чем у свиньи, мы и близко не способны заметить так хорошо все, что происходит вокруг, как она. Поле зрения человека составляет 180°, а у свиньи обзор почти круговой, ее поле зрения – 310°. Эта черта характерна для травоядных, которым все время надо быть начеку, чтобы вовремя заметить опасность. Тем же обусловлено боковое расположение глаз свиньи (его мы наблюдаем еще у лошадей, овец и коров). В этом плане человек – в большей степени хищник. У людей расположение глаз фронтальное, мы вглядываемся в то, что перед нами, смотрим, куда идем, выслеживаем добычу.
И в том, что касается слуха, нельзя сказать, что мы со свиньями на одной волне. Да, для обоих видов слух имеет второстепенное значение, но дело в том, что настроены наши уши на разные частоты. Можно подумать, будто низкое хрюканье свиньи означает, что она лучше, чем человек, улавливает низкочастотные звуки, но на деле все наоборот. По диапазону восприятия свинья ближе к собаке, т. к. самая низкая доступная для нее частота – 45 Гц, а самая высокая – 45 кГц. Мы же, люди, слышим в диапазоне от 30 Гц до 20 кГц. Из этого следует не только то, что слух свиньи настроен на другие частоты. Слышимый диапазон у них намного выше, чем доступный нам.
То же касается и обоняния. Если бы кто-то решил заткнуть носовые пазухи свиньи, она бы едва смогла двигаться, не говоря уже про то, чтобы искать пищу, избегать опасностей и общаться с другими особями. У человека обонятельная луковица представляет собой незаметный крошечный выступ на нижней поверхности мозга, тогда как у свиней крупная луковица расположена в его передней части. Вкупе с развитыми рецепторами в носовой полости она позволяет свинье улавливать молекулы и распознавать такие запахи, которые недоступны человеку. Исследования показывают, что свинья, обнюхавшая игральную карту из колоды, даже через два дня может найти ее в куче других карт, несмотря на тщательную чистку. Стоящий передо мной поросенок, основываясь на обонянии, может определить не только то, что я не Лейв. По волнам запаха, исходящим от меня, он способен понять, испуган я или напряжен, да и то, как я на самом деле себя ощущаю в эту минуту – спокойно и только малость неуверенно, от него не скроешь.
Неудивительно, что и это качество мы обернули себе на пользу. Свиньи, превосходные нюхачи, используются для охоты на трюфели в лиственных лесах Южной Европы. Вспоминаю, как сам однажды нашел несколько трюфелей в Ярене. Клубни торчали прямо посреди тропы, по которой я шел. Они выглядели и пахли, как трюфели (по крайней мере, мне так показалось), а когда я отправил снимки специалисту по трюфелям в Университете Осло, она тоже уверенно заявила, что это самые настоящие трюфели, описав мою находку словами «весьма интересная». Впрочем, действительно ли я нашел съедобные трюфели, осталось невыясненным. Чтобы ученые смогли дать точный ответ, грибы надо было послать им по почте. А я, к сожалению, к тому времени их уже выкинул. Не имею привычки есть то, что нахожу на природе, если не уверен, что это съедобно. Еще несколько раз я проходил там, где нашел грибы, но больше мне ничего подобного не попадалось. Надо бы вернуться туда со свиньей – или нет. Если то и правда были съедобные трюфели, находка была бы первой во всей Норвегии. Так что приятнее думать, что я обнаружил именно их, хотя вероятность этого стремится к нулю.
Роль свиней в охоте на трюфели известна с эпохи Возрождения. Итальянский философ Бартоломео Платина отмечал, как практично брать с собой свиноматку на поиски клубневидных грибов. Он писал о недюжинной сноровке, которая требовалась, чтобы не дать свинье съесть трюфели раньше, чем сам до них доберешься. Позже обнаружили и еще один недостаток использования свиней для трюфельной охоты. Рылом они разрывают почву, повреждают грибницу, так что больше на том же месте трюфели не растут. В 1985 г. в Италии был введен запрет на использование свиней при поиске трюфелей. Им на смену пришли собаки. Справедливости ради надо сказать, что свиньи, в свою очередь, кое-где заняли рабочие места собак в полиции и теперь несут службу по обнаружению наркотиков. Одной из первых профпригодность доказала вьетнамская вислобрюхая свинья по кличке Тутси, которая в 1990-х гг. выдержала экзамен и получила диплом Американского центра служебного собаководства[106]. Правда, сколько дури ей удалось вынюхать за время службы в наркопатруле Нового Орлеана, осталось за кадром.
Пока навожу чистоту в остальных отсеках, пытаюсь подружиться с другими поросятами. Удается редко, так что мне вдруг приходит в голову мысль, насколько свинарник – неподходящее место для встречи человека со свиньей. Сидя здесь на корточках, я разве что могу потрепать их по загривку, но не узнаю, какие они на самом деле, как они ведут себя, если дать им волю. И что мне делать? Подбрасывать опилки в воздух? Заставить детенышей перепрыгивать через черенок моего скребка? К тому же мне и самому не хочется задерживаться в свинарнике дольше необходимого. Когда с уборкой покончено, в горле уже першит так, что хочется убраться отсюда как можно скорее.
По крайней мере, покинув это место, я снова смогу считать свинину аппетитной. Если в прошлый раз мне даже трудно было представить, что я смогу съесть поросенка вроде того новорожденного, которого держал на руках, то теперь в этой мысли нет ничего странного. Да, я способен сказать, глядя им прямо в рыльца: «Я тебя съем». Многие люди такое никогда произнести не смогут – не потому, что так сильно любят свиней, а потому, что когда-то им сказали, что есть их нельзя.
Глава 7
Запретное животное
