Читаем без скачивания Отходная молитва - Джек Хиггинс

— И что же вы узнали?

Он помолчал, затем рассказал ей. Когда он закончил говорить, то заметил, что на лице ее возникло страдальческое выражение. Она пробормотала:

— Значит, он не совсем тот человек, каким нам показался вначале.

— Он убил Краско, — напомнил священник. — Хладнокровно убил. В нем нет ничего общего с героями романов.

— Конечно, вы правы, — произнесла она, нащупывая свое пальто, собираясь вставать. — Что вы собираетесь делать теперь?

— Черт побери, а чего ты от меня хочешь? — взорвался он. — Чтобы я занялся спасением его души?

— Это хорошая мысль.

Она взяла его под руку, и они вышли.

Позади конторы Мигана находился старый сарай, на крышу которого вела пожарная лестница.

Фэллон, прижавшись к стене, прикреплял глушитель к своей «чешке», оглядываясь по сторонам. Окна квартиры Мигана на последнем этаже были освещены, а шторы не опущены. Надо было преодолеть двадцать метров. Он видел, как Миган ходит по комнате со стаканом в руке. Один раз к нему подошел Руперт и положил руку ему на плечо. Миган грубо оттолкнул его.

С этой дистанции стрелять было трудно, особенно, когда оружие находится в вытянутой руке, однако такая задача не являлась невыполнимой. Фэллон сосредоточился, сжал «чешку» двумя руками и прицелился в левое окно. Вскоре появился Миган со стаканом, он смотрел на улицу. Фэллон выстрелил.

В комнате вдребезги разлетелось настенное зеркало, а Миган бросился на пол. Руперт, который смотрел телевизор, лежа на диване, живо обернулся. Он вытаращил глаза.

— Господи! Посмотри в окно! Кто-то стрелял в меня!

Миган посмотрел на оконное стекло, на маленькую дырочку и на трещины, похожие на паутины, затем обернулся к тому, что раньше было зеркалом. Он медленно поднялся. Руперт подошел к нему.

— Послушай-ка, мой утенок, — сказал он. — Тебя становится чертовски опасно посещать.

Миган отстранил его с бешенством.

— Иди принеси мне выпить, дурачина. Мне надо подумать.

Двумя минутами позже зазвонил телефон. Когда он снял трубку, то услышал щелчок, потому что звонили из телефонной кабинки, а затем раздался голос, когда монетка провалилась.

— Это вы, Миган? Знаете, кто говорит? — спросил Фэллон.

— Негодяй! — пророкотал Миган. — Чего ты добиваешься?

— На этот раз я промазал, но этого я и хотел. Помните об этом и скажите вашим молодчикам не подходить к церкви Святого Имени... это и вас касается...

Он повесил трубку, Миган тоже. Он повернулся, бледный от ярости и Руперт протянул ему стакан.

— Ты неважно выглядишь, утеночек. Плохие новости?

— Фэллон, — прошипел тот сквозь зубы. — Это был мерзавец Фэллон, и он промахнулся, потому что хотел этого.

— Не страшно, малыш. Ты же знаешь, что я всегда рядом.

— Да, правда, — сказал Миган. — А я и забыл.

И сильно ударил его кулаком в живот.

Было поздно, когда Фэллон вернулся, намного позже, чем он рассчитывал, и Дженни не было видно. Он снял ботинки, прежде чем подняться по лестнице и потихоньку прошел в свою комнату.

Он разделся, лег и зажег сигарету. Он устал. Денек выдался прескверный. Тут раздался легкий стук в дверь. Она открылась, и на пороге появилась Дженни.

На ней была ярко голубая нейлоновая ночная рубашка, волосы скреплены лентой, а лицо умыто.

— Полчаса назад звонил Джек Миган, — сказала она. — Он сказал, что хочет вас видеть утром.

— Он сказал где?

— Нет, он приказал мне передать, что встреча будет с глазу на глаз и что машина придет за вами в полвосьмого.

Фэллон поднял брови.

— Что-то рановато для него, не правда ли?

— Я не знаю... Я ждала. Вы сказали, что уходите на час. И не пришли.

— Прошу прощения. Я не мог поступить иначе, поверьте мне.

— Я верю вам, — сказала она. — Вы первый за многие годы, кто не отнесся ко мне как к чему-то, что не жаль растоптать носком ботинка.

Она расплакалась. Не говоря ни слова, он отдернул одеяло и протянул руку. Она подбежала к нему и вытянулась рядом.

Он выключил свет. Она рыдала, уткнувшись лицом в его плечо. Он прижал ее к себе, погладил по голове, и через некоторое время она уснула.

Глава десятая

Эксгумация

Машина, которая пришла за Фэллоном на следующий день в семь утра, оказалась черным лимузином для похоронных процессий. За рулем сидел Уорли в строгом голубом костюме и шоферской кепке. Больше никто в салоне не сидел.

Фэллон сел на заднее сиденье и хлопнул дверцей. Он наклонился, чтобы отодвинуть стеклянную загородку между шофером и пассажирами.

— Хорошо, — сказал он, когда Уорли тронул автомобиль с места. — Куда мы едем?

— На католическое кладбище.

Фэллон, который закуривал первую сигарету за день, подскочил, и Уорли поспешил добавить успокаивающим голосом:

— Не беспокойтесь, мистер Фэллон. Не нужно. Просто мистер Миган сегодня утром проводит эксгумацию.

— Эксгумацию?

— Ну да. Такое часто случается, и мистеру Мигану нравится лично присутствовать на подобных мероприятиях. Он очень добросовестно относится к своей работе.

— Охотно верю. А что необычного в данном случае?

— Да ничего особенного. Он видно решил, что вам будет интересно посмотреть. Человек, которого сегодня откопают, был немцем. Умер около восемнадцати месяцев назад. У его жены не было возможности перевезти останки в Германию, а теперь она получила небольшое наследство, и хочет похоронить его в Гамбурге... Ах, мистер Фэллон, похороны — это захватывающая работа. Все время происходит что-нибудь новое.

— Не сомневаюсь, — сказал Фэллон.

Десять минут спустя они приехали на кладбище. Уорли шел впереди. Он вошел в ворота, прошел по аллее, минуя часовню и домик смотрителя. Затем вступил на узкую дорожку.

Искомое захоронение представляло собой холмик, накрытый брезентом. Около двенадцати человек стояли там, а в стороне находились грузовик и два автомобиля. Миган стоял у одного из них и разговаривал с человеком с сальными серыми волосами в резиновых сапогах. На голове у Мигана была надета черная шляпа с круглыми полями и все то же узкое пальто. Доннер держал над ним зонтик.

Когда Фэллон вышел из машины и зашлепал по лужам к ним, Миган повернул голову, улыбнулся и произнес:

— А, вот и вы. Позвольте представить — мистер Адамс, инспектор по охране общественного здоровья. Мистер Фэллон, один из моих служащих.

Адаме пожал руку Фэллону и сказал Мигану:

— Пойду посмотрю, как там дела, мистер Миган.

Он отошел. Фэллон спросил:

— Ну, и в какую игру мы будем играть теперь?

— Ни в какую. Это очень специальное мероприятие, затем у меня похороны, так что я все утро буду занят, но думаю, что мы улучим момент для разговора. Мы могли бы сделать это в машине, по дороге. А сейчас я прошу вас остаться здесь и сыграть роль служащего фирмы. Это дело сугубо частное. Смотритель кладбища будет недоволен, если узнает, что кто-то чужой проник внутрь.

Он подошел к могиле. Доннер нес за ним зонт, а Фэллон шел следом. Вонь была ужасающая, он в жизни не нюхал ничего хуже. Когда он наклонился над открытой могилой, то увидел, что изнутри она покрыта известью.

— Внутри стоит вода, сантиметров пятьдесят, мистер Миган, — сказал инспектор Адамс. — Осушение невозможно, глины слишком много. Так что гроб должен быть в жалком состоянии. Возможно, он весь раскрошился.

— Это случается. В самый раз иметь запасной.

Миган подал знак двум могильщикам, которые вытащили из кузова грузовичка большой дубовый гроб и поставили его возле могилы. Его открыли, и Фэллон увидел, что изнутри он обит цинком.

— Старый гроб кладется внутрь, а сверху кладется крышка, — объяснил Миган. — Все очень просто. Крышка должна прилегать герметично, проследите за этим в присутствии инспектора Адамса. Таков закон, когда перевозят трупы из одной страны в другую самолетом.

Тут началась возня и, повернув головы, они увидели, как шестеро людей вынимают гроб из могилы. Под ним были протянуты ремни, чтобы в пределах возможного помешать его разрушению. Но все таки одна доска упала, и все увидели истлевшие ноги, лишенные пальцев.

Распространилась ужасная вонь, и она усиливалась, пока несчастные могильщики тащили гроб к новому саркофагу. Казалось, что Миган очень доволен всем этим делом, он подошел ближе и отдавал приказы.

— Внимание там! Осторожно! Чуть левее... Вот так. Вот.

Старый гроб упал внутрь нового, крышка была закрыта. Он с торжествующим видом повернулся к Фэллону.

— Я же говорил вам, что это просто, не так ли? Теперь надо спешить. У меня кремация в полдесятого.

Могильщики были страшно измучены. Один из них закурил дрожащими руками и сказал Фэллону с дублинским акцентом:

— Это правда, что его сегодня отправляют самолетом в Германию?

— Кажется, да.

Старик скорчил гримасу.

— Думаю, пилоту придется открыть окна, чтобы не задохнуться.

Эта шутка была достойна смеха Фэллона.