– Отдай Светлую, – прорычал Антипов, хватаясь за ледяные решетки кованного забора, – я первый её нашел!
Демон не сдержался, рассмеявшись тому в лицо. Погоди, дезертир, вот вернется моя истинная форма, и я покажу тебе Светлую…
Он не удостоил Низшего ни единым словом, продолжая посмеиваться на подобную наглость, и повернул обратно к дому. Его там ждали.
***
Но я точно помнила шрамы! Это же не могло быть галлюцинацией замёрзшего до чертиков разума! Или могло? С силой сжав виски ладонями, я внимательно рассматривала Князева, шагающего к дому по подъездной дорожке. А ведь он сильно изменился за последние дни. Сейчас я могла безнаказанно его разглядывать, не боясь напороться на ответный взгляд. Этот Князев полярно отличался от того, испортившего вечеринку в Камелоте. Тот не стал бы меня спасать, а уж тем более уверять в безопасности или присылать цветы. Прежний Князев, попадись я ему во вчерашнем обмороженном состоянии, наверняка повез бы снова отогревать в баню. Прежний Князев был подонком каких поискать. И перемена случилась крайне резко...
Одним днём он хотел убить невинного человека за Камелот, а другим уже кардинально от него отказался. А еще… Да, он совершенно точно изменился внешне, если не обращать внимание на отсутствующие вопреки всем законам бытия отметины после вчерашней драки. Лицо, осанка, разворот плеч, и даже выражение глаз принадлежали совершенно иному человеку. Так просто не бывает. Опять галлюцинация? И почему любитель эклеров назвал его…
И тут мой рот невольно приоткрылся, а глаза расширились, когда меня накрыло волной осознания. Не-е-ет! Этого просто не может быть… Наверное, я всего лишь сошла с ума, и место мне в том самом дурдоме, в соседней палате с Дашкой Антиповой. Наверняка от нее и заразилась. Но как же тогда объяснить вот это всё? Эти кардинальные перемены, его внешность, поведение, и даже голос? Князев больше не курил и поменял парфюм. А ещё его крылья, и это «догадайся сама». Ну вот и догадалась на свою голову.
Мог ли мафиози каким-то необъяснимым образом превратиться в моего знакомого демона? Честно говоря, гораздо проще было поверить и принять собственное сумасшествие. Но ведь он спрашивал тогда про кота и про серёжки! Откуда ему об этом знать? Ни одна живая душа не была в курсе побега моего шерстяного антистресса, даже Нина. Она тогда проводила отпуск с мужем на море, и я просто не успела ей пожаловаться. Так что, оставалась именно эта, моя наполовину выдуманная, наполовину безумная, совершенно нереальная версия. Или я всё же сошла с ума?
Виски неприятно запульсировали, наливаясь болью. Я отошла от окна и уселась на кровать, уперев ладони в подбородок. В голове образовалась неразборчивая мешанина из противоречивых мыслей, тугой запутанный клубок. И с каждой минутой становилось все трудней разобраться в происходящем. Но толку сидеть и копаться в себе? Сама к верному ответу я не приду, искать ответы нужно у того, кто и вызывал вопросы. Поднявшись, решительно подошла к двери и замерла, медленно считая про себя до десяти. Всё просто, пойду и спрошу. Не покусает же он меня.
Выйдя из комнаты, я прошла по короткому коридору до лестницы и спустилась вниз, в гостиную, совмещенную с кухней, откуда доносились звуки человеческого присутствия. Князев стоял у стойки и, как ни в чем не бывало, разливал кофе по чашкам из металлического кофейника. Он успел переодеться в футболку и свободные штаны, отчего выглядел непривычно, как-то по-домашнему уютно.
Увидев меня, мужчина искренне улыбнулся. Его одобрительный взгляд прошествовал от моей наскоро причесанной шевелюры до босых ног. Поставив кофейник, он выдвинул для меня стул.
– Доброе утро, как самочувствие? Будешь кофе?
Я медленно кивнула, завороженно разглядывая его крепкие загорелые руки с виднеющимися из-под рукавов элементами той самой татуировки.
– Всё хорошо, спасибо… Дейм.
Тот так резко поднял голову, что, не будь я слегка заторможенной после долгого сна и вчерашней заморозки, наверняка отшатнулась бы. Наши взгляды встретились. Несколько долгих секунд он изучал мое лицо, затем расслабленно улыбнулся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Не за что, Катя, присаживайся, кофе стынет.
Я послушно уселась у стойки напротив него, и мужчина подвинул ко мне чашку с дымящимся ароматным напитком.
– Догадалась, значит, – констатировал он, с довольным видом отхлёбывая кофе.
Я закусила губу. Мысли в голове настолько тесно перемешались с доброй сотней вопросов, что невозможно было решить, с чего начать допрос с пристрастием. Это казалось невероятным, но мой сон всё-таки был самой что ни на есть реальностью. Тот самый демон сидел напротив в обличье Князева, размешивая сахар в стеклянной кружке, глядел на меня темными насмешливыми глазами и улыбался.
Вздохнув, я попробовала собственный кофе и зажмурилась, чувствуя, как тот согревает мое озябшее тело изнутри. Перед внутренним взором замелькали воспоминания более чем двухмесячной давности: высокая крылатая фигура, подаренные мне четыре желания, его странно привлекательные рога и тот поцелуй, после которого всё показалось инфернальным сном… Судорожно выдохнув, я распахнула глаза.
– Значит ты вернулся, – пробормотала хриплым от волнения голосом, избегая его взгляда, – но как так вышло, что ты занял место Князева?
Мужчина пожал массивными плечами. Странно, ещё недавно в студии они казались не такими большими. Даже одежда истинного владельца была ему уже слегка мала, туго натягиваясь при каждом движении. Демон явно менял тело мафиози под себя.
– Грех было не занять. Он крайне удачно подвернулся под руку, спасибо тебе.
Я тяжело сглотнула.
– А где же он сам? – спросила я, тут же осознав глупость подобного вопроса. Перед глазами всплыла жуткая картина мужского тела, распростертого на деревянном полу с медленно стекленеющими глазами и яркой струйкой крови, вытекающей из-под затылка…
Меня передернуло от леденящих душу воспоминаний. Отставив кружку, я подняла глаза на бывшего Князева, всё еще не до конца осознавая реальность происходящего. Мужчина смотрел в ответ глазами настоящего демона. Они слегка светились, окрашивая темные человеческие радужки неестественно бордовым.
– Но для чего ты вернулся?
Чужие губы расплылись в улыбке, полной нетерпеливого предвкушения, и он медленно подвинул ко мне корзинку со сладостями.
– А вот это и есть тот самый главный вопрос. Печеньки?
11
На автомате моя рука потянулась к корзинке и взяла первое, на что наткнулись пальцы.
– Для начала спасибо тебе, – пробормотала я, опуская взгляд на песочное пирожное в своей ладони, – за кофе и… за спасение. В очередной раз. Сейчас я понимаю твои мотивы… наверное. А теперь расскажи мне всё, чтобы я знала наверняка.
– Ты Светлая, Катя, – мужчина выудил из корзинки очередную печеньку и лениво закинул в рот, неспешно запив из чашки.
Я подняла на него изумленные глаза. Где-то я уже, кажется, слышала подобное. Не от него ли? Светлая. Было в этом слове что-то неуловимо знакомое, с куда более тонким смыслом, нежели обычное обозначение оттенка. И сомневаюсь, что дело было в новом цвете моих волос.
– Светлые были одними из жителей Запретного мира, откуда я родом, – пояснил Дейм, прожевав печенье, – поэтому ты и привлекла меня с самого начала. Зов крови.
– И ты точно уверен, что я… хм, Светлая?
Мужчина кивнул.
– Я понял это, как только ты коснулась моих рогов.
Вспомнив этот необъяснимо загадочный момент, я невольно опустила глаза. Было в нём нечто невероятно особенное, я бы даже сказала интимное… И дернул же меня тогда чёрт.
– А после я наконец то почувствовал твой необыкновенный запах. Светлые сбежали из Запретного мира сотни лет назад и спрятались здесь, перемешались и слились с местными настолько, что даже ваш уникальный аромат стал практически неразличим. Но, стоит только понять, что перед тобой Светлая, как аромат раскрывается, отметая все сомнения. А ещё… твоя энергия – самая восхитительная вещь на этом свете. И на том тоже, поверь мне.
