Читаем без скачивания Ведьмин дар - Кирилл Кащеев

Она пронеслась через коридор, вбежала на кухню и распахнула дверцу холодильника. Выхватила батон колбасы и, с большим трудом заставив себя не кусать прямо от него, принялась делать бутерброд. У двери послышалось шарканье разболтанных тапок, и на пороге появилась бабка. На мгновение в ее выцветших глазах мелькнуло облегчение. Потом бабка сурово сдвинула черные полоски крашеных бровей. Губы поджались в неодобрительную гузку.

– Зьявилася! Це що, теперь завсегда так будет? Пропадаешь, ани слуху, ани духу, потим зьявляешься…

– Мне не являться? – сквозь набитый рот прошамкала Ирка.

– Грубишь бабке… – тут же приняла подачу бабка.

– А борщ у нас есть? – жадно поинтересовалась Ирка.

Бабка всплеснула руками:

– Ты дывысь, борщ! Для кого мне его варить, тот борщ? Для сэбе? Сама швендяет, а бабка борщ вари! – Бабка вдвинулась на кухню и, продолжая ворчать, принялась вытаскивать из холодильника овощи. – Подождешь з борщом!

– Обязательно! – кивнула Ирка, наскоро чмокая бабку в щеку. Ей вдруг стало необыкновенно хорошо и легко. Она дома, и бабка ворчит, и борщ скоро будет… Все, все! Спаслись, спрятались! Никаких больше мертвецов, байкеров, людоедов и милиционеров!

Танька заглянула на кухню.

– О, и эта тут! – покосилась на нее бабка. – Ну чего встала, садись картошку чистить, раз пришла!

Ирка сунула Таньке бутерброд. Но Танька глянула на него равнодушно.

– А позвонить можно? Там мама…

– Звони, конечно, – наскоро слопанный бутерброд словно заткнул зияющую дыру в желудке. Мир вокруг сразу стал благостным и добрым, и даже не верилось, что где-то караулит опасность и смерть.

Танька схватила трубку старого пластикового аппарата…

– Ир, а он не работает!

Ирка недоуменно послушала гулкую тишину в трубке, растерянно подергала проводочки, вдавила телефонный штепсель в розетку… Ничего не изменилось.

– Ба, а чего телефон не работает?

– А ты за него сплатила? – пышущая негодованием бабка явилась на пороге кухни. Нож в одной руке, здоровенная свекла в другой. – Я вже старая! Я не можу з нашей балки на ту гору до сберкассы бигаты! Не сплатила, ось и видключылы. А якщо б я тут без телефона померла? Така вже эгоистычна дытына, щось страшне! Ни про кого, окромя сэбе, не думает! Другой раз сперва за телефон сплати, а потим вже пропадай.

И бабка тоже исчезла – обратно на кухню. Ирка перевела взгляд на квитанцию за телефон, так и валяющуюся на тумбочке – там, где Ирка оставила ее неделю назад.

– Точно. – Ирка виновато покосилась на Таньку. – Я как раз собиралась сходить заплатить. Кто ж знал, что мы после шабаша не вернемся.

– Так, я иду домой, – решительно сказала Танька и действительно круто развернулась и пошагала к выходу.

– Сдурела? – Ирка не верила ни ушам, ни глазам. – Тебя куда несет? А если тебя за забором караулят? – Ирка схватила подругу за руку.

– Отпусти немедленно! – почти завизжала Танька.

Будто белка из дупла, из кухни выглянула бабка. Поглядела на сцепившихся у порога девчонок, постучала согнутым пальцем себе по лбу и снова спряталась.

– Мама… Папа… – кричала Танька. – Они думают, я пропала! Я тут, в двух шагах, и даже не могу сказать им, что со мной все в порядке? А ну пусти меня!

– Легче им будет, если с тобой станет не все в порядке? – пропыхтела Ирка, изо всех сил вцепившись в вырывающуюся подругу. – Если тебя прямо за порогом – хвать!

Но Танька ее не слушала. Она рвалась к двери.

– Ты эгоистка! – закричала она. – Моей маме сейчас плохо!

Ирка разжала руки. Не ожидавшая этого Танька плюхнулась на пол.

– Я эгоистка? – страшным шепотом спросила Ирка. – Я? И ты туда же? – злые слезы брызнули у нее из глаз. – Это из-за тебя мы вляпались во всю эту историю – я же не хотела брать тебя на шабаш, ты настояла! Это ради тебя я дралась с мертвяками, и людоеды меня чуть не сожрали тоже из-за тебя! А ты говоришь, что я эгоистка?!

– Ты не понимаешь! – По Танькиным щекам катились слезы. – Я к маме хочу!

– Я всю жизнь к маме хочу! – заорала Ирка. – И кого это волнует?

Танька не отвечала. Она молча плакала, уткнувшись лицом в колени.

Ирка коротко, задушенно всхлипнула и бросилась к себе в комнату.

Она не должна была, не имела права говорить такое Таньке! Из-за Таньки она, видите ли, вляпалась! А как иначе? Повернуться и домой полететь, пусть подруга сама выкручивается? А когда Ирку два месяца назад похитили? Танька искала ее по всему городу, с псами-ярчуками дралась, и с ведьмой тоже! Между прочим, ни разу не сказала, мол, «из-за тебя, Ирка, вляпались».

Но с другой стороны, что за детство такое? Мама ее, видите ли, ждет! Скажи спасибо, что ждет! Ирку вон не ждет. И никогда не ждала! Ирка шмыгнула носом. Приходилось признать: именно поэтому она на Таньку и накинулась. Обыкновенная зависть, Ирочка! Стыдно!

Всхлипывая, Ирка подошла к окну. Надо теперь извиняться, а не хочется. И с Танькой в ссоре быть тоже не хочется… Она отерла ладонью мокрые глаза.

Из-за окна послышался предостерегающий кошачий мяв.

– Явился. Появляется, исчезает – шастает где вздумается, – в лучшем бабкином стиле пробурчала Ирка и выглянула в сад, разыскивая кота. И первое, что предстало ее глазам, была шагающая к калитке Танька.

Ирка распахнула окно:

– Ты… Что… А ну вернись!

У самой калитки Танька обернулась.

– Ты права! – крикнула она. – Я действительно сама виновата! Спасибо тебе за помощь, дальше я справлюсь!

– Нет! – Ирка чуть не вывалилась из окна. – Я не то хотела сказать! Стой!

Но Танька ее не слушала. Она распахнула калитку и торопливо направилась вверх по тропинке.

Из высоченных кустов смородины, что разрослись у соседнего забора, плавно, будто пчелы жарким летним днем, выпорхнули старушка со строгим учительским пучком на голове и верхом на венике да две девчонки на метлах, рыжая и золотоволосая.

Аккуратно зависнув у Таньки над самой головой, летуньи тихонько потянулись следом.

«Ведьмы низко летят, к дождю», – мелькнула дурацкая мысль. Ирка заорала:

– Кот, держи их!

Мельком успев увидеть, как, стремительно перелетая по ветвям, кот мчится наперехват, Ирка ринулась вниз. Чуть не снеся дверь, она пробежала через сад, выскочила за калитку…

«Училка» нервным движением поправила волосы, будто невзначай чуть обогнала своих товарок, почти вплотную подлетая к Таньке. В ее руке блестело длинное острое шило!

Словно что-то почувствовав, Танька нервно передернула плечами и обернулась. Ирка хотела заорать… Но так и осталась с раскрытым ртом. Недолго думая, Танька протянула руку и выдернула веник из-под ведьмы. «Училка» грянулась оземь, а развоевавшаяся подруга тут же огрела ее веником.

Из ветвей нависшей над тропой вишни выскочил кот. Он рухнул точно на голову рыжеволосой Алле. Его когти впились в рыжие пряди. Истошный вопль огласил окрестности.

Танька продолжала охаживать свою противницу ее же собственным веником.

Золотоволосая Вика взмыла над дракой, сделала в воздухе кульбит. И ринулась на Таньку, вздымая над головой небольшой кухонный топорик. Ирка бежала по тропинке, понимая, что не успевает, не успевает, не успева…

Между Танькой и налетающей Викой вдруг дрогнул, затрепетал воздух. Молодую ведьму будто взрывом подбросило.

Напоследок еще разок шмякнув «училку», Танька рванула обратно. Кот мчался впереди.

И тут на ярко-голубом фоне неба появился ровный треугольник, подобный журавлиному клину. Это летели остальные ведьмы.

– Скорее! – срывая голос, закричала Ирка.

Клин приближался. Припав к метлам, ведьмы пикировали на бегущую. Хрипя и задыхаясь, Танька мчалась по тропе. Воздух вокруг нее вновь дрогнул, замерцал. Словно бы что-то уперлось девчонке в спину и буквально внесло ее в распахнутую калитку.

Ирка захлопнула дверцу…

– Молодец, Танька! – радостно завопила Ирка. – Слушай, а как ты Вику отбросила, у тебя что, уже дар прорезался? Уже стала ведьмой?

– Нечего придуриваться! – резко буркнула Танька. – Это ж ты ее отбросила, и в калитку меня втолкнула ты!

Ирка недоуменно пожала плечами.

Разогнавшиеся ведьмы на полной скорости подлетели к забору. И будто комары в рекламе средства «Рейд», со всего маху впечатались в невидимую преграду. Летуний закрутило, кое-кто рухнул вниз…

– Здесь мой дом! Я вас не приглашала! – через забор крикнула Ирка.

– Отдай нам девчонку, Хортица, отдай! – дружно взвыли ведьмы.

– Фиг вам, – отрезала Ирка и для полноты понимания еще и дулю скрутила.

Ро€бленные переглянулись, оседлали свои метлы и принялись кружить вдоль ограды. Непрерывной каруселью мимо плыли девчонки на метлах, старушонки на вениках… Солнце над домом померкло, приугасло, словно бы на него накинули темную вуаль. Шорох множества голосов наполнил воздух.

– Верни дар, верни! – шептали голоса. – Отдай! Пожалееш-шь!

Мучительно вскрикнув, Танька зажала уши. Но голоса все шебаршились, лезли, проникали в мозг… Ирка досадливо цокнула языком. У, ведьмы проклятые, много их, потому такие наглые. У эдакой кодлы вполне хватит сил накрыть дом мороком, чтоб посторонние глаза не увидели ничего, кроме старого домишки и пустого двора.