по прихоти Марьяны.
Однако Фальковский перехватил ее ладонь, не позволив спешно покинуть салон. Маша попыталась отвоевать свободу. Кажется, в глубине девичьей души уже зарождалась паника. Но Алек держал Машкину руку вполне невинно, едва ощутимо и не пытался подтянуть девушку ближе. На протяжении пары секунд. А после легко развернул ладонь и огладил чувствительную кожу большим пальцем.
В машине погас свет. Марьяна слышала, как негромко хлопнули передние дверцы за миг до этого, закрываясь. И теперь в темном салоне никого не осталось, только Маша и Алек.
Девушка чувствовала, как вспыхнули щеки алым румянцем, как быстрее забилось сердце и предательски участился пульс. Адреналин взрывал вены, и мозг отказывался логично мыслить.
Тем временем Алек скользнул горячими, обжигающими пальцами по ее запястью, огладил проступавшие венки, будто прощупывал пульс. Наверное, так оно и было, потому что мужчина вдруг произнес:
– Боишься меня?
– С чего бы? – честно возразила Марьяна.
– А стоило бы, – пробормотал Фальковский, а Маша увидела, как он наклоняется к ее руке.
Кожу обожгло прикосновение твердых губ. А следом по внутренней стороне запястья заскользил и влажный язык.
Марьяна приглушенно вскрикнула. Возмущение затопило ее. Но сильнее ее негодования было совсем иное чувство. Порочное и запретное. Такое взрывоопасное, что пришлось свести колени, чтобы хоть как-то успокоить взбунтовавшиеся гормоны.
– Позвони мне. Сегодня, – с трудом разобрала Марьяна требовательный голос. Алек не выпускал ее руки, исследовал кожу губами и языком. А Маша ничегошеньки не могла сделать. Тело становилось непослушным и неподвластным командам собственного мозга. Будто им управлял кто-то другой.
Маша не понимала, что с ней твориться. Все инстинкты кричали, что ей следует бежать подальше от этого человека. Но тело… Оно не слушалось. Подчинялось обволакивающему шепоту, обжигающему дыханию, настойчивым касаниям.
В стекло коротко постучали. Марьяна поняла, что это был сигнал для Алека. Потому что мужчина тут же отстранился и разжал пальцы. Маша моментально выскочила из машины, когда охранник Фальковского приоткрыл для нее дверь.
Не оглядываясь, Марьяна сделала несколько шагов.
– Я перепутала машины, Дима! – нарочито громко проговорила девушка, увидев свою всполошившуюся охрану. Маша понимала, что действовать нужно быстро. Знала, что если Баграт еще не в холле, то наверняка очень близко. Значит, катастрофы и потасовки точно не избежать. – Я хочу домой, Дим! Поехали!
Маша говорила уверенно, твердо. Совсем без капризов и истерик. Не надеялась, что Дмитрий послушается. Ведь пусть всего на пару минут, а она исчезла с его глаз.
– Баграту доложу, – предупредил телохранитель.
– Разумеется, но ведь можно и по телефону? – не унималась Маша и уже сама села в машину. – Едем! Мне правда нужно домой, Дим.
Маша видела сомнения на лице охранника. Но выиграла этот раунд.
И хорошо, что в машине было темно. Потому что, проезжая мимо автомобиля Фальковского, Маше удалось отчетливо рассмотреть мужчину. Он стоял перед распахнутой настежь дверью. Убрав руки в карманы, следил за тем, как Маша проезжает мимо него. Серьезное, сосредоточенное выражение на лице не обещало Машке ничего хорошего, ведь хмурый Алек казался девушке еще более притягательным. Манил ее, точно магнит.
* * *
– Придурок… Долбодятел… Тупица…, – бормотал Алек, умываясь ледяной водой.
Поднял голову. Посмотрел на свое отражение.
– Дол***б, – подвел он итог.
Это еще пару часов назад все «лестные» эпитеты Алек бормотал в адрес брата, а сейчас все недовольство было направлено исключительно на самого себя.
Выходит, накосячил он побольше брата. Посильнее. Качественно так накосячил. На ровном месте.
Это ж еще постараться нужно, чтобы вот так.
Алек не стал вытирать капли воды. Вышел из ванной и, не включая света, отправился в кухонную зону. Нет, алкоголь – не выход, а потому Алек сварил крепкий кофе. Полную кружку гигантских размеров. Руки действовали на автомате, а вот в мозгах была каша.
Разговор с Багратом вышел… Можно считать, неплохим. Продуктивным. С перспективами на улаживание конфликта. По крайней мере, Тахиров прозрачно намекнул, что Демид пойдет на диалог. Фальковский примерно прикидывал, сколько ему встанут такие уступки со стороны Ирбисов. Но все было приемлемо. Важнее – не допустить открытого противостояния. Худой мир лучше хорошей войны.
Алек задумчиво помешивал горячий бодрящий напиток, добавляя в него сахар. И чего бы не радоваться, раз уж ситуация может проясниться?
А, нет. Особой радости не чувствовалось, потому что, уладив косяк брата, Алек организовал свой собственный.
Еще днем Фальковский взвесил свое положение. Подумаешь, красивая молоденькая девушка встретилась на его пути. Да сколько их было в биографии Алека? Дохрена.
Подумаешь, у него слегка сдвинулась кукуха, когда девчонка оказалась в его руках. Это же минутная слабость. Так, пустяки. Просто Алек давно не спускал пар.
– Пи**бол, – уличил себя во лжи Фальковский и отбросил ложку в раковину.
А перед мысленным взором – Марьяна. Их первая встреча. Ее удивительный голос и охренительные, просто сразившие его наповал глаза.
Он узнал ее. Не раз видел в сети ее фото. Слышал о ней. Спокойная и хорошая девочка. Младшая дочь Тамика Тахирова. Гордость и радость родителей. Но там интереса не было. Вернее, так, сугубо профессиональный. Алек ведь обязан знать все о конкурентах. Их слабые и сильные стороны.
Узнал. И даже лично познакомился. И даже, как чертов сталкер, пару недель за каким-то лядом ездил в универ, чтобы поглядеть на эту слабость издалека.
А после – как подарок, или же насмешка судьбы. Смотря с какой стороны взглянуть. Но Марьяна сама оказалась с ним в одном лифте. А дальше – вынос мозга прямо на капоте левой тачки. И тонкая оправа очков на память – как напоминание о девушке.
Он смотрел, как она возвращалась к лифту. Как плавно двигалась, торопясь исчезнуть из жизни Алека. А он стоял и смотрел. И между пальцев хрустнули те самые очки, которые невероятно шли Марьяне.
Фальковскому изготовили новые. Почти такие же, но в более дорогой оправе. Он сам выбирал, представляя очки на хорошеньком личике девушки. И даже так заводился.
Маньяк, самый реальный озабоченный придурок.
Когда футляр оказался у Алека в руках, мужчина принял решение. Марьяна Тахирова – не та девушка, не для него. А потому следует передать очки и забыть обо всем.
Таков был план. Поигрался, пощекотал нервишки и хватит. Бизнес важнее. И совать собственный зад в пекло разборок Алек не собирался. Хватит с него. Навоевался в свое время.
План был. Но покатился к чертям. Всего за секунду покатился. Но смачно так, со всем пафосом и последствиями.
Алек увидел Марьяну. Через несколько метров, через бронированное стекло VIP-кабинки, через толпу клубных тусовщиков. Увидел, и мозги посыпались.
А дальше ему просто повезло. Долго ждать перед
